Философ Фихте говорит: "наша система мыслей есть часто только история нашего сердца", то есть люди хотят чего-либо не так, как думают, но думают так, как хотят. Поэтому наша вера, или наше неверие большею частью есть отражение нашего нравственного настроения. Иисус Христос так именно и объяснял своим противникам, книжникам и фарисеям, причину их неверия в божественность Его миссии. Он сказал им: "вы от нижних, Я от вышних; вы от мира сего, Я не от сего мира... Кто от Бога, тот слушает слова Божий. Вы потому не слушаете, что вы не от Бога" (Ин. 8, 23 и 47).

Христианство есть добрая весть спасения всему миру, ибо весь мир, как говорил Спаситель, во зле лежит. Путь спасения от этого общемирового зла открыл Иисус Христос своим 1 учением и своею жизнью, и кто тяготился этим злом, не мирился с существующим строем жизни, стремился воплотить правду Божию на земле, тот внимал словам Христовым, следовал им. Для тех же, кто чувствовал себя хорошо в этом мире или, по крайней мере, рассчитывал наличными средствами улучшить будущее, смысл христианства оставался темным. Для таких людей проповедь Христа была немым словом, потому что они не видели того зла, от которого Христос пришел спасти мир. А не видели они его и не видят потому, что они сами от сего мира, совсем одержимы мировым злом, не хотят возвыситься над ним, отрешиться от него.

Миллионы людей до такой степени поглощены заботами о материальном благополучии, что им прямо некогда подумать, какими, собственно, мотивами они руководствуются в своей деятельности, высока или низка ценность самых этих мотивов и вообще, что такое они сами в себе, какое положение они занимают в гражданской, общественной и религиозной Жизни, и соответствует ли это положение сколько-нибудь требованиям, какие сами собой вытекают из идеи человеческой личности? Такие люди обыкновенно теряют даже вкус к высшим вопросам и заниматься ими считают поэтому делом пустым, совершенно не свойственным деловому человеку.

Другие, при полной материальной обеспеченности и при совершенной свободе от всяких деловых занятий, увлечены целиком погонею за удовольствиями и внешними радостями жизни. Самоотверженная работа на общее благо им представляется сумасбродством фантазеров-мечтателей; высшие требования нравственности - ненужным стеснением свободы действий. "Жизнь улыбается, - говорят они, - манит к себе, сулит блаженство; к чему тут серьезные лица, какие-то вопросы о целях и задачах жизни? Здоровья, средств избыток; живи и жить давай другим!"

С таким мировоззрением люди, понятно, не могут иметь искреннего сердечного влечения к христианству, как к голосу, призывающему человечество от эгоизма грубой животной природы к воплощению в себе и в ближних высшей любви и правды Божией. Они ушли целиком в земное и даже не мечтают о небесном. Голос Христа не находит доступа к их сердцу, не будит в них недовольства собою, не призывает их к внутренней работе. Они духовно не растут, а если организмы не растут, они неизбежно должны ухудшаться. Это закон природы, одинаково действующий и в мире физическом, и в мире духовном.

Мир неорганический инертен, неподвижен, свободный от воздействий извне, он неизменно сохраняет свою устойчивость. Иное дело мир органический: живые существа подвижны. Еще древнегреческий философ Гераклит учил, что как нельзя дважды войти в одну и ту же струю, которая постоянно сменяется в потоке, так нельзя дважды, то есть в два различные момента времени, быть в одном и том же теле, находиться в одном и том же состоянии. "Наши тела, - говорился, -текут, как ручьи; материя вечно возобновляется в них, как вода в потоке. Движется, изменяясь, и наше сознание".

При такой постоянной смене материи в теле и чувствований в духовном мире чрезвычайно трудно, чтобы не сказать, невозможно живым организмам сохранить равновесие; в них жизнь идет или вверх, или вниз: организмы или совершенствуются, развиваются, или вырождаются, делаются хуже. Возьмите любое растение; при надлежащем, умелом уходе оно может быть изменено к лучшему до неузнаваемости: и форма, и окраска, и запах цветка станут совершенно иными. То же самое повторяется над животными. В Англии есть знаменитые птицеводы, которые в три года берутся создать для голубя какой угодно цвет перьев, а в шесть лет могут переработать голову и клюв. При соответствующем знании и настойчивом труде, они придают птице, а равно и животному все лучшую и лучшую форму. Наоборот, когда заботливый уход о растениях или животных прекращается, они обязательно ухудшаются, дичают. Всеобщий закон природы таков: под воздействием соответствующей культуры организмы совершенствуются, без нее - вырождаются. От влияния его не свободен и человек, как со стороны своей физической, так и со стороны своей духовной организации.

Когда культурный европеец, выкинутый после кораблекрушения на пустынный остров, бывает вынужден несколько лет пренебрегать заботами о своем теле, он по виду вырождается в грубого дикаря, полуживотного-получеловека. Если подобным же образом человек будет лишен возможности заботиться о развитии своего ума, он опустится умственно, отупеет, может даже дойти до идиотизма. Печальным доказательством тому служат одиночные заключения на долгие годы: они нередко делают из заключенных идиотов. Тот же самый процесс вырождения, при отсутствии надлежащей культуры, происходит и в нравственной природе человека. Если мы будем пренебрегать духовными потребностями, перестанем прислушиваться к голосу совести, мы станем людьми порочными, утратим всякое нравственное чувство. С течением времени это нравственное чувство совершенно замрет; человек не только не будет духовно расти, совершенствоваться, но лишится самой способности воспринимать и отзываться на все нравственно прекрасные впечатления. Получится тип откровенного хищника, нагло попирающего все святое; все возвышенное, истинно человеческое будет атрофировано, останется одно злое животное, вооруженное силою ума и могуществом науки. Апостол Павел вполне законно и основательно спрашивает: "как мы избежим, вознерадев о толиком спасении, которое быв сначала проповедано Господом, в нас утвердилось слышавшими от Него?"... (Евр. 2, 3).

В природе (физической, равно и духовной) существует закон, по которому всякий орган, не развиваемый, не упражняемый, постепенно ослабевает и наконец атрофируется, совершенно парализуется и даже исчезает. Известно, например, что в огромных пещерах австралийской провинции Карнеолии и американского штата Кентукки живут целые особенные породы крыс, насекомых, лягушек, раков и даже рыб, так как в этих пещерах находятся подземные озера и реки. Все эти животные, принадлежащие к самым различным отделам и классам, находятся между собою в том отношении, что все они совершенно слепы. У тех, которые живут поближе к самому входу в пещеру, глаза существуют, но ничего не видят; а у многих других, живущих в самой глубине пещер, нет даже признаков органа зрения, не существует глазных впадин. Очевидно, туда, под своды пещер, целые века не проникал ни один луч света; рыбы и крысы никогда не пользовались органом зрения, и он сначала ослабел у них, парализовался, а потом и совсем исчез5. Орел, живущий на горных вершинах, изощрил свое зрение до того, что свободно смотрит на солнце, а у рыб Мамонтовой пещеры не осталось даже и следа глазных впадин. То же и с духовным зрением. Просветленное, нравственное чувство дает человеку возможность слышать в себе голос Божества. "Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят" (Мф. 5, 8). Нерадение же о нравственном самосовершенствовании приводит к духовной слепоте, к полному притуплению самого даже чутья ко всему доброму, высокому, святому. О людях подобного рода Иисус Христос замечал: "и сбывается над ними пророчество Исаии, которое говорит: слухом услышите - не уразумеете, и глазами смотреть будете - и не увидите, ибо огрубело сердце людей сих и ушами с трудом слышат, и глаза свои сомкнули, да не увидят глазами и не услышат ушами, и не уразумеют сердцем, и да не обратятся, чтобы Я исцелил их" (Мф. 13, 14-15). После этого становятся понятны и слова притчи о талантах: "всякому имеющему дастся и приумножится, а у неимеющего отнимется и то, что он имеет" (Мф, 25, 29).

У каждого из нас есть свои запросы сердца, духовные потребности. Эти потребности - самый дивный и священный наш талант. Умейте его ценить, старайтесь развить и приумножить. Не заглушайте в себе добрых порывов, послушно следуйте влечению своего юного, пока еще чистого, не оскверненного житейской пошлостью и грязью сердца. Берегите в сердце искру Божию; задуть ее нетрудно, но помните: когда огонь потухнет и ветер жизни самый пепел разнесет, тогда уже не раздуешь пламя.

"Светильник для тела есть око, - говорит Спаситель, - и если око твое чисто, то и все тело светло, а если око будет худо, то и все тело будет темно". Если же источник света потемнеет, то какова будет тьма? А как мы сможем избежать этой тьмы, если станем пренебрегать тем светом, который дал нам Иисус Христос?

"Знай и помни,- учил древний мудрец Эпиктет, - что если люди бывают несчастны, то в этом они виноваты сами, потому что Бог создал всех людей для счастья, а никак не для того, чтобы они были несчастны. Бог поступил с нами, как добрый Отец; по Своей благости Он дал в нашу собственность все, что ведет к истинному благу". И если при всем том жизнь наша складывается неудачно, тяготит нас,

Как ровный путь без цели,

Как пир на празднике чужом,