1. Так как Божественное Писание упоминает о внешнем и внутреннем человеке и столь сильно различает их, что апостолом сказано: «Но если внешний наш человек и тлеет, то внутренний со дня на день обновляется» (2 Кор.4:16), может возникнуть вопрос: только ли один из них создан по образу и подобию Божию? Ведь если только один, то глупо спрашивать: который из них? Ибо кто станет сомневаться, что скорее тот, о ком говорит [апостол], что он обновляется, чем тот, о ком говорит, что тлеет. Но не оба ли, — это большой вопрос. Ведь если внешний человек — Адам, а внутренний — Христос, то правильно предположить, что оба. Но так как Адам не пребыл благим, таким, каким был сотворен Богом, и из-за любви к плотскому сделался плотским, то может показаться весьма уместным, что пасть для него означало потерять образ и подобие Божие. И поэтому он обновляется и является также внутренним [человеком]. Каким же образом он является при этом и внешним? Разве не сообразно телу, как и внутренним он является согласно душе, и внутреннему присуще воскресение и обновление, происходящее ныне путем смерти для прежней жизни, то есть для греха, и возрождения для жизни новой, то есть для праведности? Также, упоминая об этих двух человеках, одного, которого нам надлежит совлечься, апостол именует внешним, а другого, в которого должно облечься — внутренним (Ср. Кол.3:9-10). В другом месте одного из них он называет «образом земного человека», так как тот рождается, будучи связан грехом первого человека, то есть Адама; а другого «образом небесного человека» (Ср. 1 Кор.15:47-49), — ведь тот рождается благодаря праведности второго Человека, Иисуса Христа. А внешний человек, тлеющий ныне, будет обновлен в грядущем воскресении, после того как уплатит дань той смерти, которую должен природе, по закону, данному в раю посредством заповеди.

2. А по какой причине не является несообразным и то, что, как говорят, также и тело создано по подобию Божию, легко поймет тот, кто обратит пристальное внимание на сказанное: «И сотворил Бог все весьма благим» (Быт 1:31); ведь никто не станет сомневаться, что Сам Он — Первое благо. Ибо вещи могут быть названы подобными Богу во многих смыслах: одни — будучи сотворенными сообразно силе и премудрости, ведь и в Нем Самом пребывают несотворенные Сила и Премудрость; другие живут лишь потому, что Он в высшей степени и изначально живет; третьи есть в силу того, что Он в высшей степени и изначально есть. Поэтому и то, что лишь есть, но не живет или не мыслит, является все же Его подобием, но не в совершенстве, а лишь отчасти, ведь и это есть нечто благое на своем месте, тогда как Он благ превыше всего того, что является благим от Него. А все, что живет, но не мыслит, немного больше причастно подобию. Ибо то, что живет, также и есть, однако не все, что есть, также и живет. В свою очередь, то, что мыслит, уже настолько приближается к подобию Ему, что нет среди творения ничего более близкого. Ведь то, что причастно мудрости — и живет и есть, а то, что живет — с необходимостью есть, но не обязательно мыслит. Поэтому, так как человек может быть причастен мудрости сообразно внутреннему человеку, то сообразно ему он обладает образом [Божиим] так, что образуется [Богом] без посредства какой-либо природы, и потому нет ничего более соединенного с Богом. Ибо [человек] и мыслит, и живет, и есть; так что нет ничего лучше этого творения.

3. Также если считать внешним человеком ту жизнь, в которой мы воспринимаем посредством тела пятью известнейшими чувствами, общими у нас со скотами, — ведь и она может тлеть по причине чувственных тягот, производимых преследованиями, — то и такой человек весьма справедливо называется причастным подобию Божию не только потому, что живет, — ведь это наличествует также и у животных, но скорее в силу того, что обращается к правящему уму, просвещаемому премудростью, — а это невозможно для животных, лишенных разума. Также и тело человека, — а оно единственное среди тел земных животных не склоняется вниз, будучи согнуто в области живота, ибо является видящим и устремленным к созерцанию неба — начала всего видимого, — хотя считается, что оно живет не само по себе, но благодаря присутствию души, однако не только поскольку оно есть, — а насколько оно есть, непременно оно есть и благое, — но и из-за того, что оно наиболее приспособлено для созерцания неба, может по праву показаться, что оно в большей степени создано по подобию Божию, чем прочие тела животных. Однако поскольку лишенный жизни человек назывался бы так неправильно, то вернее будет считать внешним человеком не одно только тело и не одну лишь жизнь, содержащуюся в чувстве тела, но и то и другое вместе.

4. И не неумело различают, что одно — образ и подобие Божие, называемое также Сыном, а другое — то, что по образу и подобию Божию, и мы знаем, что так создан был человек. Есть также те, кто не напрасно думают, что в двояком смысле сказано было: по образу и подобию, так как утверждают, что если бы это было одно и то же, то было бы достаточно одного имени. Но желают, чтобы по образу был создан ум, который образуется непосредственно самой Истиной. Этот ум называют также духом, однако это не Тот Дух Святой, Который имеет ту же сущность, что Отец и Сын, но дух человека. Ведь апостол разделяет их таким образом: «Никто не знает, что делается в человеке, кроме духа человеческого, и никто не знает, что делается в Боге, кроме Духа Божия» (1Кор.2:11). Также говорит о духе человека: «Да сохранит [Бог] дух ваш и душу и тело» (Ср. 1Фес.5:23). Ведь и дух создан Богом, как и прочее творение. Ибо в Притчах написано таким образом: «Знай, что Богу известны сердца всех, и Кто сотворил дух всех, Тот знает все» (Притч 24:12). Итак, считают, что, без всякого сомнения, создан по образу и подобию Божию тот дух, в котором есть разумение истины, ибо он непосредственно связан с Истиной. А все прочее в человеке желают видеть созданным по подобию, поскольку всякий образ подобен, однако не все подобное есть также образ в собственном смысле, — это, вероятно, может быть сказано [только] в несобственном смысле. Но в этом вопросе должно остерегаться, как бы не стали утверждать решительно чего-либо лишнего, и будет весьма разумно наблюдать за тем, чтобы, поскольку какое угодно тело имеет пространственную протяженность, не приняли бы, что сущность Божия есть нечто подобное. Ведь вещь, часть которой меньше, чем целое, не соответствует достоинству души, и того меньше — величию Божию.

Вопрос 52. О сказанном [в Писании]: «Я раскаялся, что сотворил человека» (См. Быт.6:6-7)

Божественное Писание, возводя нас от земного и человеческого образа мыслей к Божественному и небесному, снисходит до таких слов, которыми пользуются между собой даже самые глупые люди в повседневном общении. Поэтому не усомнились и те мужи, через которых говорил Дух Святой, предложить в книгах, там, где это необходимо, также и названия чувств, претерпеваемых нашей душой; хотя и ясно всякому, кто правильно мыслит, что чувства эти далеко отстоят от Бога. Так, например, поскольку трудно, чтобы человек отомстил за что-либо без гнева, то отмщение Божие, происходящее целиком без этого возбуждения, они все же сочли нужным назвать гневом. Точно так же, поскольку привыкли, что чистота жены охраняется ревностью мужа, то и Божий Промысл, предписывающий и делающий так, чтобы душа не растлилась и не развратилась некоторым образом, следуя то одним, то другим богам, назвали ревностью Божией. Подобным образом и рукой Божией именовали силу, которой Он действует, и ногами Божиими — силу, посредством которой Он все хранит и всем правит, и ушами Божиими или очами Божиими — силу, посредством которой Он все воспринимает и разумеет, и лицом Божиим — силу, через которую Он являет себя и познается; и прочее таким же образом. И все это, конечно, из-за того, что мы, к которым обращено слово [Писания], имеем обыкновение руками действовать, ногами ходить и добираться туда, куда влечет дух; ушами, глазами и прочими телесными чувствами воспринимать телесное, лицом приобретать известность; и все прочее, относящееся к этому правилу. Точно так же нам свойственно легко отлагать нечто начатое и обращаться к другому, лишь когда мы раскаиваемся. Поэтому хотя для исследующих светлым умом ясно, что все управляется Промыслом Божиим в строжайшем порядке, однако то, что начало быть, но не продлилось (хотя предполагалось, что оно продлится), вполне сообразно с немощным человеческим разумением называется отложенным как бы посредством раскаяния Бога.

Вопрос 53. О золоте и серебре, которое израильтяне получили от египтян

1. Всякий, кто станет внимательно рассматривать действия домостроительства, относящиеся к двум Заветам и распределенные в соответствии с соразмерностью сроков по возрастам человеческого рода, вполне поймет, насколько могу я предположить, что подходит первому возрасту человеческого рода, а что — последующему. Ведь Божий Промысл прекрасно всем управляет, так что вся преемственность поколений от Адама до скончания века распределяется точно так же, как у отдельного человека [распределяется] течение его времени в соответствии с определенными возрастами от детства до старости. И поэтому обращающему благоговейную душу к Божественным чтениям должно различать также и степени добродетели в нравах, по мере их приближения к высшей и совершенной человеческой добродетели. Ибо если он вдруг обнаружит, что иногда малое предписывается малым, а иногда большее — большим, не следует ему, сочтя грехами меньшее в сравнении с большим, заключать из этого, что прилично Богу предписывать таковые людям. Но ныне о степенях добродетели рассуждать слишком долго, и потому достаточно того, что относится к разрешению настоящего вопроса. Что касается обмана, то высшая и совершенная добродетель — никого не обманывать и соблюдать сказанное: «Да будет в устах ваших: да, да, нет, нет» (Мф.5:37). Но поскольку это предписано тем, кому обещано уже Царство Небесное, а достигнуть того большего, за что причитается такая награда — великая добродетель; «ибо Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают» его (Мф.11:12), то следует спросить, какими степенями можно достичь этой вершины и совершенства. Понятно, что на этих степенях находятся те, кому обещано было пока что земное царство. Подобным обещанием они, как малые дети, приуготовлялись, и, выпросив земные радости, пока что желанные для них, у единого Бога и Господа всего, начиная с этого и возрастая духом, решались надеяться также и на небесные. Поэтому как высшая и почти божественная добродетель состоит в том, чтобы никого не обманывать, так и предельный порок — в том, чтобы обманывать кого угодно. Для направляющихся от этого предельного порока к той высшей добродетели есть степень — никого из друзей или незнакомцев не обманывать, но врагов иногда обманывать. Отсюда [происходит] также и сказанное поэтом, что уже почти вошло в пословицу: «Хитрость и храбрость в битве с врагами равны!» (Вергилий. Энеида). Однако могут, как часто бывает это, и врага обманывать несправедливо, как например, когда заключают некий договор о временном мире, именуемый перемирием, и не соблюдают обещания, и в других подобных случаях. И поэтому гораздо более чист и близок к упомянутой высшей добродетели тот, кто, даже если и желает обмануть врага, все же обманывает его не иначе как по Божественному изволению. Ибо какого наказания или награды кто достоин, знает или только лишь Бог, или, во всяком случае, [Он знает это] намного лучше и вернее, чем люди.

2. А потому Бог, разумеется, Сам лично никого не обманывает, ибо Он — Отец Истины и Истина и Дух Истины. Но, воздавая достойное достойным (ведь и это также относится к справедливости и истине), Он пользуется для возмездия и вознаграждения теми душами, которые находятся на соответствующих уровнях. Итак, если кто-либо заслуживает быть обманутым, то Бог не только Сам лично не обманывает его, но [не обманывает] и через такого человека, который уже любит подобающим образом и упорствует в соблюдении [Господнего повеления]: «Да будет в устах ваших: да, да, нет, нет» (Мф.5:37). Также [Он не обманывает] и при помощи ангела, которому не подходит личина обмана, но [делает это] или посредством такого человека, который не отрекся еще от страстных желаний подобного рода, или через такого ангела, который по причине извращенности своей воли помещен на низших уровнях природы, либо для кары грешников, либо для упражнения и очищения тех, кто возрождается по Богу. Ведь мы читаем, что царь был обманут неверным прорицанием лжепророков, так что можем обнаружить, что это совершилось не без Божественного суда, поскольку царь заслуживал быть подобным образом обманутым. И [совершилось это] не через ангела Божия, которому не приличествует воспринимать обязанность обмана, но при помощи ангела заблуждения, добровольно и с радостью стремившегося к тому, чтобы на него была возложена подобная роль (Ср. 3 Пар 22:6-36). Ведь с помощью некоторых мест Св. Писания более доступно изъясняется то, что усердный и благочестивый читатель может найти также и в других местах, где это менее ясно. Ибо подобным образом Бог наш для блага душ Духом Святым приспособил Божественные Книги, поскольку пожелал, чтобы мы не только питались ясным, но и упражнялись темным. Итак, на основании того неизреченного и возвышенного управления вещами, которое совершается Божественным Промыслом, в разумной душе как бы записан естественный закон, чтобы и в образе жизни, и в земных нравах люди соблюдали подобие приведенного выше распределения. Потому и судья считает недостойным и беззаконным сам лично казнить осужденного, но по его приговору делает это палач, назначенный для [исполнения] этой обязанности по своей склонности [к подобным делам], чтобы тот, кто по своей жестокости может казнить даже невинного, сдерживаемый законами, казнил лишь осужденного. Ведь не сам лично делает это судья, и не посредством правителя, адвоката или кого-либо другого, исполняющего свои обязанности, на кого не приличествует возлагать подобное поручение. Поэтому также мы пользуемся неразумными животными для того, что нечестиво делать при помощи людей. Ибо вор, несомненно, заслуживает терзания укусами, но человек делает это не сам лично, и не при помощи сына, родственник ка или кого-либо из своего дома, но при помощи собаки, и этому животному подобает поступать так сообразно уровню [своей] природы. Итак, если должно, чтобы кто-либо претерпел то, что не подобает делать другим, то некие служители являются посредниками, и на них бывают возложены подобающие обязанности. И используя их, сама справедливость руководит не только тем, чтобы каждый претерпел то, что ему следует претерпеть, но также и этими действующими, ибо им не меньше приличествует так поступать. А потому, поскольку и египтяне были достойны обмана, и народ Израильский в соответствии с тогдашним возрастом человеческого рода находился еще на таком уровне нравов, что не недостойно для него было обмануть врагов, то случилось, что Бог повелел или, вернее, дозволил сообразно их влечению, чтобы они потребовали у египтян золотые и серебряные сосуды, которых они страстно желали, стремясь пока еще к земному царству, — потребовали, не собираясь их отдавать, и получили, как будто собирались вернуть (Ср. Исх.3:21-22). Бог пожелал, чтобы и награда за столь продолжительные труды и тягости сообразно с уровнем этих душ не была несправедливой; чтобы не несправедливым было также и наказание тех, кого достойно заставил Он потерять то, что должны были бы они получить назад. Итак, Бог не обманщик, — ибо кто не сочтет, что верить в это преступно и нечестиво? — но справедливейший распределитель наград и ролей, нечто — что достойно Его одного и Ему одному приличествует, как например, просвещать души и Самого Себя представлять им для всецелого наслаждения, делая их мудрыми и блаженными — делающий лично Сам; другое [совершающий] при помощи служащего Ему творения, расположенного в соответствии с непреложными законами сообразно заслугам; и кому-то Он приказывает, а кому-то дозволяет, так что подобным образом Божественный Промысл простирается вплоть до управления малыми птицами, как говорит Господь в Евангелии, и до украшения [полевой] травы, а также и до числа наших волос (Ср. Мф.10:29-30). Об этом сказано также: «Достигает же от конца и до конца крепко, и управляет всем приятно (Прем.8:1).

3. А по поводу того, что посредством подчиненных Его законам служений душ Бог наказывает и воздает заслуживающим заслуженные кары, в то время как Сам пребывает в высшей степени невозмутимым, написано вполне ясно: «Ты почитаешь несвойственным Твоей силе осудить того, кто не заслуживает наказания. Ибо сила Твоя есть начало правды, и поскольку Ты Господь всех, Ты принуждаешь Себя щадить всех. Силу Твою Ты показываешь неверующим в совершенство силы, а в знающих обличаешь дерзость. Свое же, будучи Господом сил, Ты судишь с кротостью, и управляешь нами с великой милостью» (Прем.12:15-18).