Прочное умиротворение мыслей есть дар Божий; но дар сей не дается без усиленных собственных трудов. И одними своими трудами вы ничего не достигнете и Бог ничего вам не даст, если не потрудитесь всеусильно. Таков закон неотложный (36, с. 176).

И явился человек в мир, обладатель тройственной жизни: духовной, духовно-телесной или душевной, и телесной (51, с. 195).

Дух, сочетанный с телом, поставлен в великом мире Божием быть жрецом; чтоб не только самому жить в Боге, но и все вещественное ввести чрез себя в общение сей Божественной жизни (51, с. 195).

Когда пресеклось живое общение с Богом, пресекся приток и божественной силы. Дух, себе оставленный, не мог уже быть властителем души и тела, но был увлечен и сам завладел ими. Над человеком возобладала душевность, а через душевность телесность, и стал он душевен и плотян (36, с. 74).

Дух чистый Богодвижен. Внутренно приемлет он мановения Божии, и соответственно им устрояется и действует (51, с. 196).

Чувствуете разсеяние мыслей поберегитесь. Это очень опасно. Враг хочет загнать вас в какую-нибудь трущобу и там убить. Мысли блуждать начинают от умаления страха и охлаждения сердца (4, п. 732, с. 221). ...Ко вниманию всегда надо прилагать разсуждение, чтобы обследовать как должно происходящее внутри и требуемое внешностию. Без разсуждения и внимание ни к чему. Где взять разсуждения? В совести, просвещенной ведением Божественной воли, сказанной в Евангелии и Посланиях Апостольских (5, п. 764, с. 17).

Чтоб мысли не блуждали, надо возыметь такое чувство, чтобы быть неисходно в сердце с Богом... и сторонним помыслам места не будет (5, п. 800, с. 86).

...Старица правду говорит, что для удержания ума от блуждания хорошо воображать предмет образно... Это можно... Но к одному образу привязываться нет резонов. Господь теперь во славе, сидит одесную, и все святые окрест Его. И так можно воображать. Но лучше без образов обойтись, ибо воображение грубая сила. Лучше в одной вере стоять, что Господь близ, чем воображать. Старица привыкла, и образ Распятого Господа слился у нее с сердечною молитвою, в которой все дело. Что старица углубляется в молитву до забвения всего, это истинно, и есть милость Божия, ради ее смирения, без коего не дано было бы сие... (5, п. 896, с. 165-166).

Разум это созерцание... Молитва внутренняя не бывает без созерцания, которое, собственно, есть предзрение Бога пред собою выну. Его также и с богомыслием сочетавают. Он есть явленных нам Богом святых Своих таин миробытия, мирохранения, промышления, воплощенного домостроительства 1, спасения каждого и кончины всего, просматривание, иногда с разсуждением и размышлением, а иногда и просто (6, п. 1006, с. 146). Богомыслие есть углубленное размышление о домостроительстве спасения, или вообще, или о каком-либо одном предмете, входящем в состав его. Как проснетесь тотчас обозрите все от сотворения до второго пришествия, суда и решения участи всех. Это скоро... И держите молитву, пока уберетесь. Потом берите один предмет и углубитесь в него, пока он обымет сердце... И в сем объятии творите потом молитву... И так весь день... перемешивайте богомыслие с молитвою... (6, п. 1044, с. 209).

Никто, кроме Господа, не может научить истинному познанию себя (46, с. 300).

СВОБОДА ВОЛИ

Все доброе созидается в нас взаимодействием свободы и благодати. Обще это так выражется: начни трудиться над чем-нибудь и трудись... Увидит Бог, что искренно желаешь искомого, и даст то... Хочешь приобресть молитву... трудись в молитве... и Господь даст молитву... Хочешь избавиться от гневливости, трудись над сим... и Бог, видя твое усердие, даст тебе безгневие... Человек сам собою ничего не созиждет в себе доброго, если не придет благодать и благодать не дает ничего человеку, если человек сам не трудится... Заучите сей пунктик (6, п. 957, с. 57).

...Побуждение не есть необходимость делать, а предложение дела. Дело предлагается, душа обсуждает, сделать ли и решает делать или нет. Этого решения у души вынудить никто не может. Сама решает. Сюда и Божеская сила не заходит, и никаким мановением свободы души не связывает. Прародители пали. Почему? Нашли, что лучше будто не исполнять заповеди, и нарушили ее. Змий предлагал. Ева рассуждала и нашла, что он не худо предлагает, и по этому своему смышлению решила сорвать плод и вкусить. Решения этого никто не вынуждал. Тоже и духи пали, конечно, вследствие разсуждения и своеличного решения, что лучше не слушать Бога, а жить по своему смышлению. Разсудили так и отпали от Бога. Решения этого никто не вынуждал. Так и всякая душа действует. Побуждений может быть много и самых сильных и понудительных, а решение всегда от воли души зависит. Она может решить и наперекор всем понудительным побуждениям. Возьмите мучеников! Предлежат орудия мучений, обещается покойная жизнь, иногда сбоку стоят мать и отец и уговаривают бросить несколько ладана в жаровню пред идолом, иногда же кроме этого и жена молодая, любимая, и еще с ребенком. Сколько понуждений! А мученик решает совсем наперекор им. Не свободен ли он?! И тот, кто падает падает по свободному решению. Сознавши, таким образом, что свободное решение всегда от нас, вы должны положить, что всеведение Божие не имеет на него определяющего влияния. Да этот вопрос давно решен, и очень удовлетворительно. Именно Бог предвидит, потому что видит свободныя решения воли. Эти решения составляют предмет всеведения, и составляют его в том виде, в каком являются, именно, как свободные решения (8, п. 1462, с. 214-215).

О свободе. Как ни будь сильны возбуждения, все решение дела принадлежит лицу действующему; и всякий сознает момент, когда он внутри произносит: так и так надо сделать. В этом и есть существо свободы. И этого никакая сила исторгнуть у души не может (8, п. 1465, с. 221).