Interpretation of the Gospel of John
Стих 2. Зван же бысть Иисус и ученицы Его на брак, тоже как знакомые. Спаситель пришел, не взирая на Свое Божественное достоинство, но имея в виду пользу людей. Узаконивший брак пришел, чтобы почтить его и освятить Своим присутствием, и принявший образ раба не возгнушался присутствия на браке рабов, хотя пригласившие и не имели еще должного понятия о Нем. Они пригласили Его просто как знакомого, одного из многих.
Стих 3. И недоставшу вину, глагола Мати Иисусова к Нему: вина не имут.[93] Недоставшу вину, т. е. когда была нужда в вине, когда оно истощилось. До сих пор Иисус Христос не сотворил еще чуда: но так как Матерь Его знала все относительно Его, именно — что ради Него пришел Иоанн, что он свидетельствовал об Его Божестве, что Сам Он получил свидетельство с неба, а также видела, что Он принимал учеников, то из всего этого Она поняла, что Иисус Христос начинал уже открываться людям. Поэтому Она смело просила Его совершить чудо, когда не достало вина, желая и отблагодарить пригласивших, и себя прославить могуществом Сына. Поэтому-то Иисус Христос и упрекает Ее, не оказывая этим непочтение Матери, а исправляя в том, что Она просила неблаговременно. А что Он весьма уважал Свою Мать, это видно как из многого другого, так и из того, что Он исполнил Ее просьбу. Упрекнул Ее, научая еще не требовать чудес, но оставить совершение их до соответственного времени, однако послушался Ее, уважая, как Мать.
Стих 4. Глагола Ей Иисус: что (есть) Мне и Тебе, Жено… Что за нужда Нам в том, о чем Ты просишь? Что Нас заставляет так спешить? Можно и иначе понимать: что общего у Меня и у Тебя? Я, как Бог, знаю время приличное для чудес, а Ты, как человек, не знаешь этого. Не сказал: Мати, но: Жено, как Бог.
Стих 4. Не у прииде час Мой. Еще не настало время для совершения чудес, о чем Ты просишь; оно наступит тогда, когда нуждающиеся в чуде узнают, что Я могу совершить его, и сами попросят об этом. Теперь просьба Матери не только была неблаговременна, но могла возбуждать подозрение и порицание. Выражение: не у прииде час Мой; никтоже возложи Нань руки, яко не у бе пришел час Его (Ин. 7, 30); Отче, прииде час (Ин. 17.1) и другие не показывают, что Он обязательно должен был наблюдать время и часы, — да и каким образом это могло быть, когда Он Творец их, — но слова эти обозначают надлежащее время и указывают, что все должно происходить благовременно и в порядке. Сказав: не у бе пришел час Мой, Иисус Христос, однако, совершил чудо из уважения, как сказано, к Матери, а также для доказательства того, что Он не служит времени, но господствует над ним.
Стих 5. Глагола Мати Его слугам: еже аще глаголет вам, сотворите.[94] Поняв цель и значение слов Иисуса Христа, именно, — что уклончивость Его не свидетельствует о бессилии Его, а о том, что Он не желает, чтобы подумали, что Он Сам стремится к чудесам и хочет показать Себя, и что Он, однако, уважит просьбу Матери, — Она ставит возле Иисуса Христа готовых слуг, тоже некоторым образом вместе с Нею упрашивающих Его.
Стих 6. Беху же ту водоноси каменни шесть, лежаще по очищению Иудейску, вместящии по двема или трием мерам[95] Водоносы (υδριαι) — это сосуды для воды… Они лежали для очищения иудеев, т. е. служили им для омовения, чтобы не ходить далеко к источникам и ручьям, когда нужно было помыть руки. Под шестью водоносами св. Максим разумеет шесть известных способов милостыни: накормить алчущих, напоить жаждущих, принять странников, одеть нагих, посещать больных и приходить к находящимся в темнице. Эти шесть водоносов, не имеющих соответствующего им действия, вследствие охлаждения любви, из которой они наполняются, как из источника, — Божественное слово евангельских заповедей сначала наполнило водой, т. е. благодеянием чувственным, а затем заменило его, как бы вином, благодеянием духовным, которое согревает душу, благотворно действует на ум и, уврачевав таким образом, выводит его из прежнего состояния. Каждый сосуд вмещает две или три меры, — две, вследствие двоякого рода, как сказано, благодеяния по каждому из шести способов, именно материального и духовного, — три, так как благодеяние совершается согласно с учением о Божестве Святой Троицы. Почерпают указанную воду добрые помышления, которые служат разуму. Отведавший вина распорядитель, т. е. рассудительный ум, говорит: прежде нужно было пить это хорошее вино; заботу о душе предпочитать заботе о теле. Жених — это человеческий разум, соединяющийся с добродетелью, как бы с невестою для сожительства. Оказывая честь браку этому, Сам Бог и Слово является, чтобы еще более скрепить соединение их. Можно предложить и другое объяснение шести водоносов. Под ними можно разуметь способность человека исполнять свои обязанности; она была пуста и недеятельна, но Божественное слово наполнило ее знанием сначала попечения о теле, а потом о душе, или сначала знанием практическим, а потом теоретическим, или сначала естественным, а потом сверхъестественным. Из двух мер одна есть знание всего чувственного, а другая — всего духовного, третья же мера есть откровение о непостижимом Божестве. Под шестью водоносами мы разумели способность человека исполнять свои обязанности, или потому, что Бог сотворил мир в шесть дней, а мир есть также и человек, или потому, что к пяти душевным способностям мы причисляем и самое тело. Как чистая и истинная вера делается матерью Божественного слова, евангельского благовестия.
Стих 7. Глагола им Иисус: наполните водоносы воды. И наполниша их до верха. Прислужников пира делает прислужниками чуда, чтобы они сами были свидетелями этого дела. Приказал наполнить не сосуды от вина, а водоносы, чтобы не могли подозревать, что тут произошло смешение воды с осадками, оставшимися на дне от вина. Но почему Сам Иисус Христос одним словом не наполнил водоносов, но приказал служителям? Чтобы не показалось это призрачным, чтобы черпавшие воду сами заставили молчать порицающих это чудо.
Стихи 8-10. И глагола им: почерпите ныне и принесите архитриклинови. И принесоша. Якоже вкуси архитриклин вина, бывшаго от воды, и не ведяше, откуду есть: слуги же ведяху почерпшии воду: пригласи жениха архитриклин и глагола ему: всяк человек прежде доброе вино полагает, и егда упиются, тогда хуждшее: ты (же) соблюл еси доброе вино доселе.[96] Архитриклином называет начальника, распорядителя пира, потому что триклиниями назывались ложа для троих, употреблявшияся при пиршествах. Не просто претворил воду в вино, но в вино хорошее, как засвидетельствовал архитриклин, потому что такие чудесные произведения Иисуса Христа были гораздо лучше естественных. Свидетелями претворения воды в вино были служители, а того, что вино было хорошее — архитриклин и жених; таким образом не могло остаться не замеченным чудо, имеющее таких близких свидетелей. Вероятно, и жених сказал еще что-либо об этом, однако евангелист пропустил, как не необходимое. О, если бы и мне, холодному, нетвердому и неустойчивому и в этом отношении ничем не отличающемуся от воды, превратиться в духовную теплоту, густоту добродетелей и утверждение нравов, чтобы можно было радовать и других.
Стих 11. Се сотвори начаток знамением Иисус в Кане Галилейстей…[97] Не только записал это чудо, но и прибавил, что оно было началом чудес. Так как не бесполезно было знать об этом чуде, как опущенном другими евангелистами, то Иоанн рассказал о нем, полезном еще и для того, чтобы уничтожить веру в так называемые чудеса детства Иисуса Христа; вот начало чудес, а те есть вымысел человека, заблуждающегося от истины. Если бы Иисус Христос еще в детстве творил чудеса, то Он тотчас сделался бы для всех известным, и Израилю не было бы нужды в том, чтобы Иоанн открыл ему Иисуса Христа; между тем сам же Иоанн сказал: да явится Израилеви, сего ради приидох аз водою крестя (Ин. 1, 31). И вполне естественно было Иисусу Христу ожидать возраста совершеннолетнего человека, чтобы все случившееся не показалось призраком. Если весьма многие предполагали это даже тогда, когда Иисус Христос творил чудеса в совершенно зрелом возрасте, то тем более — в незрелом; мало того, съедаемые завистью они скорее, чем должно было, возвели бы Его на крест и таким образом могли не только не поверить тайне воплощения, но и воспрепятствовать евангельской проповеди. Найди также в третьей главе (1 ст.) Евангелия от Матфея то место, где говорится: во дни оны же прииде Иоанн Креститель, проповедая в пустыни Иудейстей, и там найдешь основательные причины того, почему Иисус Христос пришел креститься тридцати лет.
Стих 11… И яви славу Свою…, силу Свою, величие Своего Божества. Каким же образом это могло быть, когда обратили внимание на случившееся немногие: слуги, архитриклин, жених и ученики Его? Насколько это зависело от Иисуса Христа, то Он явил Свою славу через это чудо, потому что если не многие заметили это тогда, то потом это чудо было разглашено и привлекло многих. А что в тот самый день никто другой не уверовал, это видно из прибавления евангелиста:
Стих 11… И вероваша в Него ученицы Его,[98] которые и прежде этого чуда дивились Ему. Заметь же, что чудеса должны быть тогда, когда зрители будут благорасположены и внимательны.
Стих 12. По сем сниде в Капернаум Сам и Мати Его, и братия Его, и ученицы Его и ту не многи дни пребыша.[99] Пришел в Капернаум, чтобы поместить там Свою святую Мать; а братья Его, конечно, по закону, а не по плоти, это сыновья Иосифа, который был отцом Его по закону, а не по плоти.
Стихи 13–15. И близ бе Пасха Иудейска, и взыде во Иерусалим Иисус. И обрете в церкви продающыя овцы и волы и голуби, пеняжники сидящыя. И сотворив бич от вервий, вся изгна из церкве, овцы и волы: и торжником разсыпа пенязи и дски опроверже.[100] Подобное же рассказал и Матфей в двадцать первой главе (12 ст.) своего Евангелия; прочитай объяснение того места, — весьма полезное и для этого. Пеняжники (χερματισται) — это меновщики, которых Матфей назвал торжниками (χολλυβισται). Как χολλυβος есть мелкая монета, так и χερμα есть кучка мелких монет и разменных лепт. Бич (φραγελλιον) — это род плети. Он был плетеный, потому что как поступок изгоняемых был как бы сплетен из неразумных слов и дел, так и поступок изгоняющего из чудесных слов и дел, из Божеских и человеческих. Иисус Христос совершил это дело с великой властью. Так как Он намерен был исцелять в субботу и делать много такого, что казалось иудеям нарушением закона, то чтобы не подумали, что Он делает это, как противник Божий, теперь же уничтожает такое подозрение. Тот, Кто показал такую ревность о доме Божием, обнаружил такую силу и негодование из-за него, Кто решительно никого не пощадил, но даже Самого Себя подверг опасности, Кто возбудил против Себя продавцов и дозволивших им это дело иудеев, а Сам был готов все претерпеть из-за благочиния в храме, Тот не мог быть противником Владыки этого храма.
Стих 16. И продающим голуби рече: возмите сия отсюду и не творите дому Отца Моего дому купленаго.[101] Домом торговли делают дом Божий и торгуют в нем голубями и те, которые продают священные должности, так как голубь служит образом благодати Святого Духа, явившегося в виде голубя. Они же оказываются богопродажными, продавая из-за постыдной корысти то, что принадлежит Богу. Слова: возмите сия отсюду указывают на отмену и оставление законного служения. Не только делом, но и словами Иисус Христос показывает, что Он не противник Божий. Конечно, Он назвал Бога Отцом по естеству, но иудеи подумали, что Он назвал по усыновлению, и потому не возмутились при этих словах; мало того, они даже не были раздражены и Его поступком, так как сама совесть обличала их и свидетельствовала, что Иисус Христос справедливо так поступил и сказал. Дом купленаго, вместо: дом торговли. В вышеупомянутой главе (13 ст.) Евангелия от Матфея говорится, что Иисус Христос сказал: вертеп разбойником; там же мы заметили, что Свою ревность и смелость против торгующих в храме Иисус Христос показал дважды, в начале евангельской проповеди и в конце: то, что произошло в начале описал Иоанн, а что в конце — Матфей.