Более того, часто одним и тем же словом называются совершенно различные понятия. Так, например, словом "любовь" называют и чисто животное, физиологическое проявление, и вместе с тем и самое возвышенное духовное чувство.

Также и понятие "печаль" может говорить о чувстве при неудовлетворении страсти или прихоти, а также и о печали при совершенном грехе или о сочувствии при бедствии ближнего; в основе той и другой печали имеются совершенно различные состояния души.

Ап. Павел пишет поэтому: "Печаль ради Бога производит неизменное покаяние ко спасению, а печаль мирская производит смерть" (2 Кор. 7, 10).

Поэтому чаще всего является необходимым к каждому слову, определяющему то или иное душевное состояние, добавлять эпитеты или пояснения, уточняющие понятие. Например, "естественная любовь к близким", "любовь Христова", "страх за существование", "страх перед Богом" и т. п.

Известные способности души простираются от одного положительного полюса (совершенной добродетели) до ее антипода - соответствующего ей порока.

Совершенствование - переход от порока к добродетели - может иметь для каждого свойства души два этапа: от глубины порока до "естественного" (берем этот термин условно) состояния еще не возрожденной души и от последнего до "сверхъестественной" (это также условный термин) добродетели в душе, освященной присутствием Святого Духа Божия. Для пояснения приводим примеры.

От глубины эгоизма и черствости сердца душа человека может при исправлении достигнуть благорасположения хотя бы к родным по плоти и близким людям. Это будет пока еще "душевный человек" (по терминологии ап. Павла, 1 Кор. 2, 14).

Под действием Святого Духа Божия душа может достигнуть далее Христовой любви, которая при полно-те развития будет изливаться на всех, включительно даже до врагов, и будет готова пожертвовать ради ближних и своею жизнью и даже блаженством Царства Небесного, как это было у пророков Моисея и ап. Павла (Исх. 32, 32; Рим. 9, 1-5).

От сатанинской гордости душа может подняться до естественной скромности и затем действием Духа Святого достигать Христова благодатного смирения, когда человек считает себя хуже всех, будучи сам в состоянии святости.

Ужас перед смертью у неверующего человека может смягчиться до спокойного к ней отношения - у святых же будет стремление "разрешиться и быть со Христом", как это было у ап. Павла (Флп. 1, 23).

Полное рабство страстям и велениям своего тела может смягчиться до способности воздерживаться - у святых же будет стремление к суровому аскетизму.

Такие переходы имеют место для всякого порока и его "антипода" - соответствующей ему добродетели.

Обычные люди из неверующих находятся где-то на пространстве между пороком и состоянием естественной добродетели у душевного, не возрожденного человека.

Христиане, в какой-то степени освящающиеся Духом Святым, находятся на пути от естественных добродетелей к добродетелям "сверхъестественным" (Христовым), имея конечной целью своего пути уподобление Христу (Гал. 4, 19).