94. Как просветляется красота твоя, целомудрие, возлежанием на голой земле, трудом алкания, отъемлющаго сон, злостраданием плоти, которая, при воздержании от яств, между ребрами и чревом делается подобною глубокому рву! Всякая снедь, приемлемая нами внутрь и всякое упокоение плоти образуют в нас срамныя представления и безобразныя мечтания; и оне, пораждаясь, раздражают нас к тайному склонению к делам срамным. А пустота чрева и мысли наши делает страною пустынною, не тревожимою помыслами, и безмолвствующею от всех мятежных помыслов.

95. Некоторыя нужныя указания безмолвствующему: Если во время разных служб, бываешь, по возможности, далеким от парения ума, и внезапно пресекается стих на языке твоем, и на душу твою налагает оковы молчания, без участия твоей свободы, и последует сие за долговременным пребыванием на безмолвии; то знай, что ты в безмолвии своем простираешься вперед, и что кротость начала в тебе углубляться. Ибо простое безмолвие в правду достойно осуждения.

Если примечаешь в душе своей, что при каждом возникающем в ней помысле, при каждом припамятовании, и во время созерцаний, какия бывают в безмолвии твоем, глаза твои наполняются слезами, и слезы без принуждения текут по ланитам твоим; то знай, что начало совершаться пред тобою отверстие преграды на разорение сопротивных.

Если находишь в себе, что по временам мысль твоя, без предварительнаго о том примышления, вне обычнаго порядка, погружается внутрь тебя, и пребывает в этом состоянии около часа, или сколько нибудь времени, а потом примечаешь, что мир царствует в помыслах твоих, и тоже самое повторяется с тобою всегда; то знай, что облако начало приосенять скинию твою.

Если же, когда вступишь в дело сие, не обретаешь мира от тревожащих себя страстей; то не дивись. Если недро мира, по удалении от него лучей солнечных, надолго остается темным, также запах врачевств и аромат мира, разливающийся в воздухе, пребывают не малое время, прежде нежели разсеются и исчезнут; то тем паче страсти, подобно псам, привыкшим лизать кровь в мясной лавке, когда не дают им обычной пищи, стоят и лают, пока не сокрушена будет сила прежняго их навыка.

Когда же простираешься ты вперед, то следующие явственные признаки найдешь близкими в душе своей: будешь укрепляться во всем надеждою и обогащаться молитвою, не оскудеет никогда в уме твоем служащее к пользе всякий раз, когда встречаешься с людьми и ощущаешь немощь естества человеческаго (каждый такой случай будет охранять тебя от гордыни), недостатки ближняго сделаются недостойными внимания в очах твоих, вожделеешь ты выдти из тела сего с таким же желанием, с каким стал бы пребывать в будущем веке, о всяком скорбном приключении, встречающемся с тобою явно и тайно, найдешь, что по справедливости и по суду приближилось к тебе все сие, и принесешь за то благодарение Богу.

96. Страсти приводятся в движение или какими-нибудь образами, или чувством без образов, и памятию сначала без страстных движений и помышлений, которая потом производит раздражение.

97. Всегдашнее бдение с чтением, и в след за оным частые поклоны не замедлят рачительным подать благомирнаго устроения сердца. И кто обрел его, тот обрел сими именно средствами. Желающие снова приобрести его имеют нужду пребывать в безмолвии, а вместе и в делании сказаннаго; прежде же всего им надо ни к чему кроме души своей не привязываться мыслию своею, упражняться же во внутреннем делании, да и в разсуждении самых дел, упражняться в тех именно, в которых особенно находим близким к себе определенное ощущение, утверждающее нас в добром настроении.

98. Во всяком разумном естестве без числа бывают перемены, и с каждым человеком ежечасно происходят изменения. Разсудительный может умудриться в уразумении сего, производя испытания над собою; если будет трезвиться, и наблюдать за собою в уме своем, то легко дознает, какое когда изменение принимает мысль его и как внезапно из мирнаго состояния приходит в смущение и по каким причинам.

О сем и св. Макарий написал в наставление братиям, чтоб, во время изменения в противное, не впадали в отчаяние; потому что и с стоящими на степени чистоты, как с воздухом охлаждение, приключаются всегда низпадения из лучшаго в худшее состояние, между тем, как нет в них нерадения или послабления себе; напротив же того, даже когда соблюдают они чин свой, случаются с ними подобныя низпадения, противныя намерению собственной воли.

Тоже утверждает и блаж. Марк, говоря: "Изменения в каждом бывают, как в воздухе". В каждом, т.-е., не в низших только и хуждших, но и в совершенных. Как в природе бывает холод и вскоре потом зной, также град и не много спустя ведро: так бывает и в нашем упражнении, то брань, то помощь от благодати; иногда душа бывает в обуревании и возстают на нее жестокия волны, и снова происходит изменение, потому что посещает благодать и наполняет сердце человека радостию и миром от Бога, целомудренными и мирными помыслами.

99. Итак и когда обуреваем бываешь, не отчаявайся, и когда бываешь миром осеняем, не превозносись. Напротив того, разсмотри лучше в себе нечистые помыслы и те не благоприличные образы, какие утвердились в уме твоем во время обуревания, в час смятения и безпорядочности помыслов; подумай и о том, с какою скоростию уклонился ты в страсти, и беседовал с ними в омрачении ума; и знай, что все это к смирению нашему навел на нас Божий Промысл, который о каждом из нас промышляет и устрояет, что кому полезно.

100. Смирение и без подвигов многия прегрешения делает простительными; без смирения же и подвиги безполезны, даже уготовляют нам много худаго. Что соль для всякой пищи, то смирение для всякой добродетели. Для приобретения его потребно непрестанно печалиться мыслию с уничижением и разсудительным болезнованием. И если приобретем его, то оно соделает нас сынами Божиими.

Часть 3. Наставления 101 – 150