И что же дальше? Первое, чему мы должны научиться, это принимать всю нашу

жизнь: все ее обстоятельства, всех людей, которые в нее вошли— иногда так

мучительно,— принять, а не отвергнуть. Пока мы не примем нашу жизнь, все

без остатка ее содержание, как от руки Божией, мы не сможем освободиться от

внутренней тревоги, от внутреннего плена и от внутреннего протеста. Как бы мы

ни говорили Господу: Боже, я хочу творить Твою волю!— из глубин наших

будет подниматься крик: но не в этом! Не в том! Да, я готов принять ближнего

моего— но не этого ближнего! Я готов принять все, что Ты мне

пошлешь— но не то, что Ты на самом деле мне посылаешь. Как часто в минуты

какого-то просветления мы говорим: Господи, я теперь все понимаю! Спаси меня,

любой ценой меня спаси! Если бы в этот момент перед нами вдруг предстал

Спаситель или послал ангела Своего или святого, который грозным словом нас

окликнул, который требовал бы от нас покаяния и изменения жизни, мы это, может,

и приняли бы. Но когда вместо ангела, вместо святого, вместо того, чтобы Самому

прийти, Христос посылает нам ближнего нашего, причем такого, которого мы не уважаем,

не любим и который нас испытывает, который ставит нам уже жизненно вопрос: а

твое покаяние— на словах или на деле?— мы забываем свои слова, мы

забываем свои чувства, мы забываем свое покаяние и говорим: прочь от меня! Не

от тебя мне получать наказание Божие или наставление, не ты мне откроешь новую

жизнь. И проходим мимо и того случая, и того человека, которого нам послал

Господь, чтобы нас исцелить, чтобы мы смирением вошли в Царство Божие, понесли

бы последствия нашей греховности с терпением и готовностью все (как мы сами

говорили) принять от руки Божией.

Если мы не примем нашей жизни от Божией руки, если все, что в ней, мы не

примем как от Самого Бога, тогда жизнь не будет нам путем к вечности, мы все

время будем искать другого пути, тогда как единственный путь— Господь

Иисус Христос.

Но этого еще недостаточно. Мы окружены людьми, с которыми отношения наши