осужденным, не заслуживающим ни прощения, ни милости, и вместо того, чтобы, как

Каин, бежать от лица Бога (Быт4:3—16), обернуться к Нему и сказать:

верую, Господи, в Твою любовь, верую в Крест Сына Твоего,— верую, помоги

моему неверию! (Мк9:24). И затем идти путем Христовым, как я теперь

говорил: все принять от руки Божией, из всего принести плод покаяния и плод

любви и первым делом брата нашего простить, брата нашего, не ожидая его

исправления, понести, как крест, распяться, если нужно, на нем, чтобы иметь

власть, подобно Христу, сказать: прости им, Отче! они не знают, что творят

(Лк23:34). И тогда Сам Господь, Который сказал нам: какой мерой вы

мерите, и вам возмерится (Лк6:38), прощайте, как Отец ваш Небесный

прощает,— в долгу не останется: Он простит, исправит, спасет и уже на

земле, как святым, даст нам радость небесную.

Пусть будет так, пусть начнется в жизни каждого из нас сегодня, сейчас хоть

немножечко этот путь покаяния, потому что это уже начало Царствия Божия. Аминь.

О войнах

О войнах375

Август 1968г.

Во имя Отца и Сына и Святого Духа.

Снова на многоскорбной, страдальческой нашей человеческой земле чаша гнева,

чаша скорби, чаша страдания человеческого доходит до краев и снова переливается

через край. И мы не можем оставаться безучастными к той скорби, которая сейчас

охватывает тысячи и тысячи, миллионы людей. Перед нашей христианской совестью

снова встает страшно, требовательно слово Божие или, вернее, образ Самого

Христа, Который стал человеком, Который вошел в наш мир, Который приобщился не

славе и не добродетели, а стал братом и угнетенных, и грешников.

Солидарность Бога с человеком не разорвала Его солидарности с Отцом; и здесь

перед нами образ, который нам так трудно воспринять и который еще труднее

осуществить: образ Того, Который захотел быть единым и с правыми, и с

виноватыми, Который всех охватил единой любовью, любовью крестной скорби по

отношению к одним и любовью радости и— снова— жертвы крестной по

отношению к другим. Сейчас в сознании многих людей встает образ гнева, и в этом

образе выбираются одни и исключаются другие, в этом переживании правды, сочувствия

и сострадания сердца человеческие выбирают одних и проклинают других. И это не

путь Христов и не наш путь, наш путь в том, чтобы одной любовью, в сознании и в

переживании ужаса, охватить и тех, и других, обнять— не сочувствием, а