486 Мѣ с я ц ъ о к т я б р ь .

къ Богу за то неизмѣримо великое и не передаваемое никакимъ словомъ блаженство, которое Господь уготовалъ послѣ смерти всѣмъ любящимъ Его, словомъ, за свое спасеніе, путь къ которому неизбѣжно долженъ быть узокъ и скорбенъ. Какъ мало подобныхъ христіанъ въ наше время!

II. Это побуждаетъ насъ, братія, побесѣдовать съ вами о нашей неблагодарности къ Богу, не смотря на всѣ Его безчисленныя къ намъ благодѣянія, которыя мы испытываемъ, начиная съ первой минуты своего рожденія, и которыя мы очень часто забываемъ и весьма мало, къ великой скорби, цѣнимъ.

Кто думаетъ нынѣ о томъ, братіе, чтобы благодарить Бога, сознавая полную зависимость отъ Него? Предположимъ, что наше благоденствіе не было бы нарушено никогда, не достовѣрно ли, что и наша неблагодарность продолжалась бы? Для развитія въ насъ подобной безпечности, свойственной развѣ животному, вовсе не требуется, какъ вы это можетъ быть полагаете, выгоднаго положенія, полной удачи, или одного изъ тѣхъ неслыханныхъ благосостояніи, которыя вызываютъ головокруженіе. Нѣтъ, для этого, увы! довольно продолжительнаго благоденствія, ничѣмъ не смущаемой беззаботности, увѣренности найти на своемъ столѣ насущный хлѣбъ; — этого достаточно привести насъ къ забвенію того, что всѣ блага намъ дарованы Богомъ. Мы поступаемъ такимъ образомъ, какъ будто бы Богъ обязанъ надѣлять насъ тѣмъ, чѣмъ надѣляетъ. Самая привычка къ Его благодѣяніямъ отнимаетъ въ нашихъ глазахъ всю стоимость ихъ. Нужно лишить насъ этого и только тогда мы поймемъ всѣ Его милости.

а) Взгляните на зрѣлище, являемое намъ міромъ въ этомъ отношеніи! Въ каждомъ состояніи вы замѣтите людей, презирающихъ то, что Богъ имъ даруетъ и возносящихъ сбои взгляды на людей выше себя, требуя постоянно у Бога того, въ чемъ Онъ имъ отказалъ.

Будетъ ли, напримѣръ, работникъ, которому Богъ ниспосылаетъ • его насущный хлѣбъ, здоровье, силу, привязанности, радости, могущія его удовлетворить^ будетъ ли онъ цѣнить свое благополучіе? Нѣтъ, его взгляды обращены

вверхъ, онъ завидуетъ тому, кому Богъ далъ болѣе высокое положеніе, и единственно желаемыя имъ блага, находятся для него на той высотѣ, которой онъ не достигаетъ.

А этотъ, болѣе надѣленный человѣкъ, составляющій предметъ его зависти, думаете ли вы, что онъ считаетъ себя- счастливымъ и удовлетвореннымъ? чувствуетъ ли въ своемъ сердцѣ всю полноту благодарности при мысли о томъ, чѣмъ онъ обладаетъ? Нѣтъ*, онъ въ свою очередь съ завистію смотритъ на стоящихъ еще выше, смотритъ выше, т.-е. въ область изобилія и роскоши; тамъ его счастіе, и, съ его точки зрѣнія, только находящіеся выше его суть счастливцы земли.

Спросите въ свою очередь этихъ счастливцевъ, обладающихъ всѣмъ, чему можно завидовать: независимостью, богатствомъ и средствами къ удовлетворенію своихъ самыхъ малѣйшихъ прихотей. Вы думаете, что они навѣрно счастливы? Увы! у нихъ чаще всего встрѣчается недовольство своимъ благоденствіемъ и ихъ сердце и умъ всего легче пресыщаются этими благами. Вы видите, какъ у нихъ въ свою очередь возникаютъ новыя неосуществимыя желанія и какъ они отыскиваютъ счастье вездѣ, кромѣ того, въ чемъ опредѣлилъ его Богъ.

Вы видите свѣтскую женщину которую Богъ до сего времени щадилъ отъ серьезныхъ испытаній, забывающую, что среди тысячи существъ она имѣетъ исключительное положеніе, обладая тѣмъ, въ чемъ отказано огромной массѣ ей подобныхъ; вы видите, какъ она создаетъ себѣ воображаемыя горести, отдается имъ, бесѣдуетъ о нихъ съ другими, жалуется постоянно,, упуская изъ виду міръ съ его дѣйства тельными кровавыми скорбями, встрѣчающимися на каждомъ шагу, и вовсе ей незнакомыми.

Вы видите этихъ любимцевъ фортуны, презирающихъ тысячи радостей, разсѣянныхъ Богомъ на ихъ пути, и стремящихся съ ненасытнымъ усердіемъ къ безпрерывно отступающей отъ нихъ цѣли, въ погонѣ за тѣмъ счастіемъ, котораго они не достигнутъ никогда.

б) Братіе! Не будемъ осмѣивать эту черту человѣческой природы, но, размысливъ, лучшее пожалѣемъ объ ней. Въ этомъ глухомъ недовольствѣ, преслѣдующемъ повсюду

Мѣ с я ц ъ октябрь. 487

человѣка, омрачающемъ его радости и губящемъ его счастіе, мы должны признать въ концѣ концовъ яркое доказательство высоты его назначенія. Вы думали, что человѣкъ могъ быть счастливъ на землѣ, и что счастіе заключается въ этихъ желаемыхъ имъ радостяхъ. Нѣтъ! намъ отвѣчаетъ на это вѣковая опытность и ваша собственная. Нѣтъ! счастіе не въ этомъ. По- чему-же такъ? Потому что наша душа сотворена для Бога и лишь одно безконечное можетъ ее удовлетворить. „О, Боже! восклицалъ нѣкогда блаженный Августинъ, Ты создалъ насъ для Себя*, вотъ почему наше сердце мятежно, пока не успокоится въ Тебѣ!сс Вы находите безумнымъ того счастливца на землѣ, который, попирая ногами всѣ радости, ищетъ новыхъ, невозможныхъ*, вы обвиняете того человѣка, который, будучи въ состояніи наслаждаться всѣмъ, отдается опьяненію страстей, стремленіе къ которымъ поглощаетъ всѣ его радости, подобно жаровнѣ, истребляющей сухіе листья. Узнайте же однако въ этихъ заблужденіяхъ тайную жажду, мучащую человѣческую душу, и, по необъятности ея желаній, измѣрьте величіе того, что единственно способно удовлетворить ее навсегда. Въ ту огромную пустоту сердца, гдѣ отсутствуетъ Богъ, вы напрасно бросали бы блага земныя: успѣхъ, славу, привязанности, однимъ словомъ все, что видимо, все, что любятъ, все, чему завидуютъ... Пучина останется отверстой, и что-бы вы туда ни бросали, вы не уменьшите ее... Этому сердцу требуется болѣе, чѣмъ земное благополучіе, болѣе, чѣмъ даже самъ міръ: наполнить его могла бы лишь одна любовь Божія.