б) Во-вторыхъ. жизнь препод. Спиридона и Никодима, чуждая праздности, научаетъ насъ избѣгать праздности, какъ самаго опаснаго состоянія для христіанина.

„Праздность или лѣность есть сама собою грѣхъ, ибо противна заповѣди Божіей, учитъ святитель Тихонъ задонскій. Еще праотцу нашему Адаму

окт ябр ь .

Мѣ с я ц ъ октябрь. 499

оказано отъ Бога: въ потѣ лица твоего снѣси хлѣбъ твой, допдеже возвратишься въ землю, отъ неяоке взятъ еси (Быт. 3, 10). Это повелѣніе и насъ, сыновъ Адамовыхъ, касается. И апостолъ святый и ѣсть тому запрещаетъ, кто не хочетъ трудиться. Посему живущіе въ праздности и чужими трудами питающіеся непрестанно грѣшатъ, и дотолѣ грѣшить не перестанутъ, доколѣ въ благословенные труды не отдадутъ себя. Отъ сего выключаются немощные и престарѣлые, которые хотя бы и хотѣли трудиться, но не могутъ. — Сердце человѣческое никогда праздно быть не можетъ, но всегда какими-нибудь мыслями занято бываетъ. А посему къ праздному сердцу, которое никакими полезными трудами не занято, какъ къ дому праздному, удобно приступаетъ душевный врагъ— .діаволъ и наполня' тъ его мыслями злыми, какъ вредными плевелами, и въ оамое дѣйствіе поучаетъ ихъ производить. Посему праздность много беззаконій рождаетъ: отсюда пьянство*, отсюда всякія блудныя дѣла*, отсюда злыя бесѣды, пересуды, насмѣшки*, отсюда частыя пиршества, хищенія, травленія клятвопреступленія*, отсюда картежныя игры и неразлучные съ ними обманы, безчинія, ссоры, драки и прочія беззаконія. Праздность научаетъ воровать, лгать, льстить, обманывать, ибо праздный, не имѣя чѣмъ питаться, устремляется на похищеніе чужихъ трудовъ, или явно, или тайно, или обманомъ. Такъ праздность научаетъ многЬй злобѣ, по словеси премудраго Сирахаа (Сир. 33, 28). (Изъ твор. св. Тихона задонскаго).

в) Наконецъ, третій урокъ, который для нашего назиданія можно извлечь изъ жизни преподобныхъ Спиридона и Никодима, тотъ, что троеперстіе, принятое въ правило церкви, весьма древне. Мы говорили уже, что препод. Спиридонъ почиваетъ въ положеніи молящагося и имѣетъ три первые перста правой руки соединенными совершенно ровно, а средній и мизинецъ пригнутыми къ ладони.

Это живое доказательство древности и правильности троеперстія.

Ilo если бы кто пожелалъ отъ насъ указаніе еще на большую древность троеперстія, тому мы охотно приведемъ слѣдующій разсказъ одного русскаго

путешественника по святымъ мѣстамъ.

Этотъ путешественникъ въ 1887 году посѣтилъ св. гору Аѳонъ и вотъ что сообщаетъ (о видѣнномъ имъ тамъ): „изъ Пантелеимонова монастыря мы*), въ сопровожденіи проводника іеромонаха Августина, отправились на самую вершину Аѳона, въ греческій монастырь Діонисіатъ.

Греки выставили св. мощи, къ которымъ мы и стали прикладываться. Когда мы дошли до мощей св. священномученика Власія, епископа севастій- скаго, то проводникъ нашъ, о. Августинъ, вынулъ изъ серебрянаго ков-. чега правую руку угодника, которая оказалась сложенною для крестнаго знаменія такъ: три первые перста правой руки соединены, а безъименный и мизинецъ пригнуты къ ладони. Священномученикъ Власій усѣченъ мечомъ въ царствованіе Ликинія (въЗІб году по Рождествѣ Христовѣ). Послѣ этого о. Августинъ вынулъ изъ серебрянаго ковчега правую руку св. Іоанна молчальника. И здѣсь три первые перста правой руки соединены, а безъименный и мизинецъ приложены къ ладони, но меныпе, чѣмъ у св. Власія. Св. Іоаннъ преставился въ558 году“. (См. брошюру:„О крестномъ зна- меніи“ преосвященнаго Александра, епископа можайскаго).

III. Итакъ, возлюбл. братія, поучимся у преподобныхъ Отцевъ нашихъ Никодима и Спиридона ихъ любви къ труду и удаленію отъ праздности, ихъ усердію въ молитвѣ во время труда, особенно полюбимъ пѣть свящ. пѣснопѣнія вмѣсто суетныхъ,жалкихъ и безнравственныхъ пѣсенъ міра, и наконецъ научимся ихъ вѣрности въ соблюденіи предписанныхъ церковію об- ядовъ въ перстосложеніи. (Свящ. Гр. ьяченко).

П оуч. 2 - ое. Преподобный Спиридонъ печерскій.

(0 чтеніи священныхъ и душеполезныхъ книгъ).