Мои старцы только советовали мне читать Псалтирь и жития святых. Кроме этого я от них не слышал ни одного совета, ни одного наставления.

Я летал как на крыльях и жил как в Раю. Да и заболел я не из‑за чрезмерной работы, а скорее всего из‑за своего эгоизма. Из‑за того, что хотел в дождь собрать как можно больше улиток. Мокрый мешок в течение трех часов висел у меня за спиной.

Ты должен полюбить телесный труд и усталость. Они доставляют пользу как телу, так и душе.

Я хочу, чтобы ты был похож на меня, дитя мое. Потому что я тебя люблю и очень хочу, чтобы ты стал таким же, как я.

Ты делаешь поклоны? Сколько? Ну‑ка, сделай поклон, я посмотрю.

Я положил один–два поклона.

— Ты неправильно делаешь, — сказал отец Порфирий. Тогда он был уже совершенно слепым, однако его слова прозвучали так, как будто он меня хорошо видел. Затем он позвонил в свой колокольчик и пригласил в келью одного монаха.

— Пожалуйста, — сказал он, — покажи брату, как я научил вас делать поклоны, совершая свое молитвенное правило.

Брат тотчас же стал быстро и ровно класть поклоны. В его поклонах были сила и жизнь.

— Видишь? — спросил меня Старец. — Сначала ты касаешься пола руками, а не коленками. Твое тело движется в воздухе, оставаясь как бы в подвешенном состоянии. Для этого нужны сильные руки.

И еще надо с силой запечатлевать себя крестным знамением. Твердо касайся рукой лба, плеч.

Мы в скиту, когда все вместе совершали в храме свое монашеское правило, то было слышно только, как — жжих–жжих — шелестели наши рясы, одновременно мы с силой осеняли себя крестным знамением.

Ты видел, как крепко мать обнимает своего ребенка? Она это делает с чувством.

Ко Господу мы тоже должны относиться с чувством.

Во время монашеского правила и душа, и тело должны иметь теплое чувство к Богу.

Как‑то раз я увидел, как молился один пустынник. Он кротко простирал ввысь свои руки, с мольбой обращаясь ко Господу. Старец совершал бесчисленное множество поклонов, и вдруг он замер в восхищении с руками, дерзновенно высоко простертыми к небесам.

Когда мы встречаемся на молитве, ты, молясь у себя в монастыре, а я — здесь, ты должен ощущать умом, устремляться всем существом к Господу и Богородице.

Мы должны стремиться и припадать ко Христу из Божественной любви к Нему, а не из страха смерти и вечных мук.

Твое молчание должно быть сокрыто в твоем сердце

Твое молчание должно быть сокрыто в твоем сердце. Внешне не должно быть видно, что ты стремишься к молчанию, ближние не должны этого замечать. Сказав два–три слова, продолжай втайне внутри себя молиться обо всех ко Господу.

В своем сердце таинственно прими в свои объятия все свое братство, всю Церковь. Не переживай и не старайся исправить или пресечь немощи ближнего. Возлюби его вместе с его недостатками. Господь Сам позаботится о нем.