(Разумный – ноэтос, нус (греч.) – означает то же, что и дух). Что “Он рождён прежде всех от Отца по божеству, и в последние дни, ради нас и спасения нашего, от Марии по человечеству, что Он единосущен Отцу по божеству, и единосущен нам по человечеству (ещё не было христианской антропологии), ибо совершилось соединение двух естеств”.

"Посему, исповедуем единого Христа, единого Сына, единого Господа. Ввиду такого не слитного соединения мы исповедуем Святую Деву с Богородицею, ибо Бог Слово воплотился и вочеловечился в самом зачатии, соединил с Собою “храм”, от неё воспринятый". (Позднее Максим Исповедник покажет, что человечество привито к стволу божества).

Формула Иоанна была принята и Кирилл снова письменно изложил свое исповедование, которое принято “восточными”. В ответ Иоанн:

1. Подтвердил низложение Нестория.

2. Анафематствовал учение, но не самого Нестория.

3. Признает Константинопольским патриархом Максимиана.

4. Восстанавливает общение с обоими патриархами – Александрийским и Константинопольским.

Не согласные с этим решением стали называться непримиримыми.

В 433 – 434 г.г. Раввуло требовал анафематствовать Феодора Мопсуэтского, который умер в 431 г. во время Собора, но император запретил анафематствовать тех, которые умерли в мире с Церковью. Вопрос о личности Феодора был отложен – до времени.

В 457 г. непримиримых выселили за Персидский рубеж (империя в это время воевала с Персией). Так образовалась Персидская церковь – раскольницкая, которая замкнулась на свои предания. У них Феодор Мопсуэтский как основатель. И эта национальная церковь постепенно расширяется на восток вплоть до Индии, но в IX-м – X-м веках она уже не в силах сопротивляться и принимает мусульманство.

Хотя II-й Вселенский Собор провозгласил Константинопольскую кафедру, как вторую по чести, но исторически она подчинялась Александрии, и поэтому в Александрии традиционно следили за тем, что творится в Константинополе.

Кирилл Александрийский в 428 году разрабатывает 12 анафематизмов, то есть 12 пунктов отрицательного исповедования веры. Он их разрабатывает с явной оговоренной целью – специально для Нестория, чтобы тот сам осудил свои заблуждения.

III-й Вселенский Собор был открыт в Пятидесятницу, в День Святаго Духа 431 года. Кирилл Александрийский деятельно готовился к Собору, на котором и прозвучали эти вопросы:

1. Если человеческая природа не воспринята Богом существенно (ведь Он как вошёл, так и выходит, если Он не привязан к храмине), то кто же взял на себя наши грехи и вознёс их на Крест. Этот вопрос сразу выходит на сотериологию – учение о спасении. Кто же взял наши грехи, ибо плоть Девы Марии воистину человеческое, и естество её – тоже.

2. Кто проливает кровь на Кресте? Если только человек, то это не есть искупление, ибо искупление не совершается человеческими силами. (Лев Толстой был ещё хуже – он прямо называет Животворящий Крест виселицей).

3. Апостольский вопрос: разве Павел распялся за вас? Никакой самый святой человек искупления совершить не может, не может быть Спасителем.

4. Если не Бог, то сущность изъята и, следовательно, остаётся только великий пример и подражание Христу (у Фомы Аквинского есть книга “Подражание Христу”). Ему нельзя подражать, не может человек подражать Богу.

Надо отметить, что просто православное крещение не приводит к усвоению всей православной догматики. Усвоение догматики есть подвиг духа, и он необходим каждому. Например, святитель Филарет Московский задавал такой вопрос выпускникам Московской семинарии: “Чем Вы мнитесь спастись?”.

Первый отвечал – “Смирением” (а это и есть подражание Христу), Филарет – “А много ли его у тебя?”. Без благодати Святаго Духа смирение стяжать невозможно.

Второй – “Вашими Святыми молитвами”. Филарет: “Где это ты так научился лицемерить?”.