Причина сему — попущение Божие и недостоин­ство и высокоумие человека, который, вместо того чтобы со смирением и покаянием искать милости Божией, желает благодатных действий и высоких да­рований духовных, забывая, что сподобляются оных от Бога смиренные и достойные и не ищущие, а не высокоумные и самомнительные (I, 447, 759—760).

Тщеславие и самонадеяние приводят к прелести

...Где твоя ревность к монашеству и затвору? Так как все это было основано не на твердом камени — самоотвержения и последования Христу, но на тще­славии и мнимой святыне, которую ты гнала, старалась видеть свою святыню, обольщалась ложными видениями бесовскими, принимая их за истинные и считая себя заслужившею оные за чистоту твою и сохранение девства; все сие надмевало тебя и довело до большой гордости, которой горькие плоды ты и тогда еще пожи­нала. Утешаясь ложными видениями, впадала в тоску и помрачение продолжительное, не несла ни малейшего оскорбления от других и до такой степени самонадеяния достигала, что дерзала говорить и писать, что любишь Иисуса. Где же теперь эта любовь? Как она так скоро охладела? Ты должна знать, когда откры­лось тебе, что ты была в опасном положении от прелести, и сама оное познала и уверилась, то и стал враг нападать на тебя противными мыслями, и именно теми, в чем ты полагала святыню — чистоту, — теперь ощущаешь сильное борение, а тогда он тебя не сму­щал оными, довольствуясь гордостию. Ты искала монашества и лезла в затвор, думая тем уже и со­вершить твою святыню; теперь враг и малый образ тянет с тебя и влечет в мир, а ты не стоишь против сего и не вооружаешься твердым помыслом, а соизво­ляешь на приникающие прилоги. Ты должна познать, что брань сия попущена тебе в наказание за возноше­ние и гордость, чтобы ты смирилась и искала помощи Божией, не надеясь на свои силы. Когда смиришь себя и будешь укорять за то, что дерзала мечтать о себе так высоко, и сочтешь себя худшею и последнейшею из всех, тогда получишь и помощь Божию, и ослабу в брани твоей; а во мнимые видения отнюдь не увле­кайся, а то больше постраждешь. В келлии одна не спи ночью, но пусть тут же спит которая-нибудь из твоих келейных; ложась на одр, ограждай оный и себя кре­стным знамением, читай молитву: Да воскреснет Бог, и псалом: Живый в помощи Вышняго; и всякий день читай по кафизме (VI, 84,137—138).

...Пишете сами, что и теперь еще не свободны вы от стужения врагов душевных, которые весьма хитры и многообразны в своих коварствах и легко могут опять уловить вас и запутать на такой тонко­сти. Сначала, по-видимому, будут подавать вам некое извещение сердечное в разных случаях, а после и поругаются тонкою прелестию, из которой трудно будет и выпутаться... Пишете, что доселе враги ду­шевные беспокоят вас шумом над левым ухом другими вещами. Из чего заключаете вы, что тщес­лавие и гордость таятся в вас. Заключение это спра­ведливо. И потому всеми силами и всеми способами направляйтесь к блаженному смирению: только по мере смирения вашего будете получать помощь Божию... (I, 446, 756—757).

На высокая не простирайтесь, а более смиренны­ми водитесь, ибо прелесть опаснее самых слабостей, и неудобь исцеляема (V, 129, 217).

Исцеление от прелести в смирении и исправлении жизни

...Душевные болезни, равно как и телесные, вра­чуются сообразно с их началом и свойствами. Выше упомянул я сказанное преподобным Григорием Синаитом, что человек предается на поругание бесам за гордость и жизнь, противную заповедям Божиим. По­чему и врачевство от сего самое приличное есть смирение и жизнь по заповедям Божиим, а не что-либо высокое, могущее ввергнуть вас в крайнюю прелесть до повреждения ума. В чем состоит истинное смире­ние, того словами изобразить нельзя. Впрочем, извест­ным признаком оного поставляют святые отцы то, что смиренный, исполняя все заповеди и совершая все добродетели, при всем этом почитает себя, в чувстве души, худшим всех и грешнейшим всех. И вы... никак не позволяйте гнездиться в себе той мысли, что вы хороший христианин и лучше других. Великую силу смирения объявил Сам Господь преподобному Анто­нию Великому, когда сей, увидя разнообразные сети вражии, всюду распростертые, со вздохом возопил ко Господу: кто может миновать оные? И услышал Бо­жественный ответ: смирение минует их, и ниже при­касаются ему... (I, 445, 752—753).

Предостережение от прелести

Находим нужным предложить вам, матушка, на замечание: почтенная А. вошла к вам в обитель весьма с добрым расположением и желанием «искать Иисуса», т. е. стяжать любовь Его. Это ее выраже­ние, которое часто до нас доходило. Дело сие очень доброе и благое, но надобно, чтобы имело прочное основание, ибо любовь противными искушается. По горячности ее и по чистоте души, она увидит скоро в себе утешительные и усладительные чувства, — это ее обнадежит в обретении Иисуса и любви Его. Но чувство сие весьма опасно и близко прелести: не имевши еще борьбы со страстями, не познавши своей немощи и не смирившись, не надежны и утешитель­ные чувства. Пусть они хотя и приходят когда, но чтобы опасаться принимать оные и не обольщаться ими, но считать себя того недостойною... Мы и предлагаем вам, дабы вы попеклись предостеречь ее, ежели она будет иметь какие усладительные чувства, чтобы она не полагалась на них и не считала за велико; они скоро ее оставят. В противном случае, обольстившись и приняв их не в свое время, скоро лишится; и когда уже будет время — не получит, подобно нерадивому и глупому земледельцу, который, на произрастении увидя цвет, счел бы его за плод и сорвал: то уже никогда плода не получит. Это многие пострадали, идущие путем сим, и сбились с него; вместо смирения, возмнив о себе, стяжали возноше­ние... Напоминайте ей, что любовь Божия противными искушается: восстанут различные страсти, с коими надобно иметь борьбу, и кто смиренное имеет мудрование, тому и брань со облегчением бывает; а мнящему о себе нечто, или надеющемуся на свои чувства утешительные, попускается сильнее и брань, дабы, познав свою немощь, смирился. Но для них побеждение бывает несносно и доводит до малоду­шия: а это и есть знак их гордости. Надобно опа­саться прелести, которая есть многообразна: или, прельстив мнимою святостию, ослепит душевные очи, или, по вспышке радостных и утешительных дей­ствий, лишась, их, она впадет в многоразличные страсти; а когда умеренно и постоянно вести ее, за­нимаясь подробнее, то из нее можно выработать что-нибудь хорошее со временем... и чтобы о всех своих словах, делах, мыслях и действиях вам открывала, ибо являемое свет, а неявляемое тьма (Еф. 5, 13) (VI, 109,176, 177—178).

...Бедная, идет своим путем, летит прямо на небо с молитвою от сердца; хотя и мечтает, что много окормляется, но я опасаюсь за нее — как бы не впала в прелесть... (V, 46, 89).

Вы скорбите, видя, что душа ваша находится в состоянии равнодушия и бесчувствия; чего ж вы хо­тите? Конечно: теплоты в молитве, умиления, слез и тому подобного. Но когда бы вы были в таком устро­ении, что ж бы было? Вы, верно, сочли бы себя блаженною и достигшею или достигающею своей це­ли — спасения. Но, напротив, вам это могло бы по­вредить, потому что вы не имеете и следа смирения. А такие и сим подобные дарования даже и погибель приносят не имеющим смирения. Лишение же сих чувств, или, паче рещи, дарований, и сознание своей нищеты должно привести вас к смирению; отнюдь не надобно искать оных (дарований), а считать себя недостойною их и зреть свои согрешения, а не добро­детели. Смущение же ваше и доказывает вам, что в вас нет смирения, а духовная гордость. Прочтите в надсловии на Нила Сорского... найдете, что люди, проходящие добродетели и много думающие о сем, попускаются быть преданы области сатанинской за гордость (I, 100, 211).

ПРИМИРЕНИЕ

Хотя мать и прибавила тебе денег и провизии, по грубому твоему требованию, но совесть твоя не мо­жет быть спокойна; ты просила прощения: хорошо, она простит тебя, — и оставит на прежней порции. Я же тебя прощать в сем не имею никакого права, пока не примиришься совершенно с теми, кого ос­корбила: на это есть правило, да и учение Христово повелевает прежде примириться, потом приходить в храм с даром (VI, 72,120).

ПРОИЗВОЛЕНИЕ