33 Величайший из мистиков Мейстер Экхарт учил о первоначальном Божестве (Gottheit), которое первоначальнее Бога (Gott), глубже всех ипостасей Св. Троицы [45]. Тут чувствуется прозрение, разрывающее грани религиозной диалектики мировой истории.

[56]

низм. Если представители церкви выступают против свободы, против достоинства личности, защищают насилия и казни, отрицают науку и искусство, ненавидят жизнь, то мы знаем, что они слуги церкви сатаны, что их бесчеловечный бог есть выдумка безбожного человека. Также знаем мы теперь, что такое безбожное человечество: оно враждебно личности и свободе, враждебно вечной жизни и находится во власти смерти, оно также жестоко и насильственно, как и бесчеловечное божество. Совершенная человечность и совершенная божественность  — одно, должно стать одним в богочеловечестве, было одним в Богочеловеке. Окончательное освобождение и окончательное соединение человечества, не человечества–рода, а человечества–соборности личностей, не рождающих и не умирающих, есть полнота и гармония бытия в Боге. Религия истинного Бога прежде всего человечна, ложная же религия человечества прежде всего недостаточно человечна, насильственна и жестока к личности, злобна по отношению к мирозданию. Жестокость к личности, насильственность и злобность есть корень сатанизма, так узнаются черты дьявола, как Дух Божий узнается по любви, доброте и высшей свободе. С молитвы начинается религиозная жизнь. Молитвенностъ да станет основой всего нашего отношения к миру!

* * *

Эти основные идеи о мистике и религии устанавливают исходные посылки для моей книги, в которой с религиозно–философской точки зрения будут рассмотрены проблемы государства, социализма, анархизма, пола и церковности. Основная мысль моя та, что мистика должна быть религиозна, что безрелигиозная мистика не реальна и ведет к распадению личности и небытию. Вместе с тем всякая религия мистична, таинства  — мистичны, религия же не мистическая так же не реальна, как и безрелигиозная мистика. Мы ждем откровений Св. Духа о новой общественности, о религиозном ходе вселенской культуры и религиозном ее завершении, ждем преодоления дуализма религии и мировой жизни, небесной святыни и земной истории. В книге этой я делаю опыт религиозной постановки проблем общественности и верю, что на пути этом нас ждут новые открытия. Посильный

[57]

вклад в религиозную философию общественности, исходящую из идеи богочеловечества, есть обязанность каждого мыслителя, который по–новому подходит к религии. Каждый из нас должен нести камень для будущего здания синтетического религиозного учения. Исхожу я от зрячей, сознательной мистики, от мистического реализма, который противоположен «здравому смыслу», но может быть оправдан разумом. Начну с боговдохновенной легенды о «Великом Инквизиторе» Достоевского, в которой сходятся все нити религиозного смысла истории и общественности.

ГЛАВА 1. ВЕЛИКИЙ ИНКВИЗИТОР

Опубликовано в 1907 г.