а Однако на тождестве предмета и изображения («Иконостас есть сами святые») настаивает о. Павел Флоренский, один из идеологов имябожеской доктрины («Имя Божие есть Сам Бог»), тем самым полностью принимая аргументацию иконоборцев.

б Имеется в виду персонаж книги И. П. Мятлева «Сенсации и замечания г-жи Курдюковой за границею, дан л'Этранже» (1840-1844).

в См.: Жуковский В. А. Из писем к великой княгине Александре Федоровне. II Рафаэлева Мадонна, 1821 // Жуковский В. А. Полн, собр. соч. в 12-ти томах. Т.ХП. СПб., 1902, с. 9-12.

г Большинство этих иллюстраций воспроизведено в кн.: Осетров Е. Три жизни Карамзина. М., «Моск. рабочий», 1989.

д Картина К. П. Брюллова (1799-1852).

е «Однако я утверждаю, что и ни в каком другом роде нет ничего столь прекрасного, что не уступало бы той высшей красоте, подобием которой является всякая иная, как слепок является подобием лица. Ее невозможно уловить зрением, слухом или иным чувством, и мы постигаем ее лишь размышлением и разумом. Так, мы можем представить себе изваяния прекраснее Фидиевых, хотя и не видели в этом роде ничего совершеннее, и картины прекраснее тех, какие я назвал. Так и сам художник, изображая Юпитера или Минерву, не видел никого, чей облик он мог бы воспроизвести, но в уме у него обретался некий высший образ красоты, и, созерцая его неотрывно, он устремлял искусство рук своих по его подобию.

И вот, так же как в скульптуре и живописи есть нечто превосходное и совершенное, мыслимому образу которого подражает то, что предстает нашим очам, так и образ совершенного красноречия мы постигаем душой, а его отображение ловим слухом. Платон, этот достойнейший основоположник и наставник в искусстве речи, как и в искусстве мысли, называет такие образы предметов идеями и говорит, что они не возникают, но вечно существуют в мысли и разуме, между тем как все остальное рождается, гибнет, течет, исчезает...» (Цицерон. Оратор. §§ 7-10.// Цицерон М.Т. Три трактата об ораторском искусстве. М., «Наука», 1972, с. 332).

ж Примечательно, что в данном месте преосв. Анатолий не вспоминает о решении Большого Московского Собора 1667 г., запретившем изображения Бога-Отца, хотя выше (см. прим. 15) приводит цитату из Деяний этого Собора.

з Все Дамазиппа считают безумным за то, что скупает Старые статуи он...

Гораций. Сатиры, II, 3, 65-66 (пер. М. Дмитриева)

и Дощечки одинаково отличаются стилем и художественными достоинствами, в них нет ничего, что было бы недостойно имени и положения святых. Думаю, все они полностью соответствуют требованиям точности церковной истории и нормам живописи (лат.).

ВЗГЛЯД НА ПРАВОСЛАВНОЕ ИКОНОПИСАНИЕ. Иван Снегирев.

Церковная живопись, или иконопись, внушаемая духом веры христианской и возникшая во времена апостольские, достойна внимания и исследования не по одной только художественной части, но и по внутренней ее связи с догматами, таинствами и священнодействиями православной восточной Церкви, по влиянию на религиозную жизнь русского народа. Под ее священным знаменем столько веков идет русская народность по пути своего умственного и нравственного образования. «Икона для русского народа,-по выражению Стэнлиа,- то же, что Библия для реформата».

Источники нашей иконописи-история и предание. Содержание свое она заимствует из св. Писания, из деяний св. соборов, из отеческих книг и житейников; а образцы из Подлинников, о которых скажем впоследствии. Древнейшие образцы этой иконописи на Востоке более соответствуют духу христианства, чем на Западе произвольные вымыслы художников, которые с XIV по XV век стали уклоняться от этих образцов, от истории и предания. Гоняясь за естественностью и красотой, предпочитая чувственное духовному, они давали лицам древним окраску своей страны, своего века и своего вкуса; между тем как греко-русская иконопись отличалась от их произведений своим содержанием и целью, своеобразным пошибом, завещанным ей православной восточной Церковью.