435

233,290

233 235,244

254

Без адских мук ее и быть не может. Себя я в них, ее в себе кляну, — Жжет огнь меня и червь голодный гложет. Любовь ли эту муку уничтожит?

* * *

270 Одно — Любовь и вечной Смерти мука. Любя, Ты сжался в точку. А она,

— Как говорит и точная наука —

Идея, мысль, небытию равна. 44

Разверзлась бездна тьмы, которой тоже 275 Быть не могло, пока Любви волна Не излилась в без-образное ложе, Пока его собой не озарил

Зиждительный, всецелый свет Твой, Боже. 99

Безмерно мир, меня Ты возлюбил 280 Еще не сущего — Любовь всесильна. Но ведь Тебе, свободному, не мил Ленивый раб, с улыбкою умильной, С душой предателя, лукавый льстец, Довольный милостью Твоей обильной. 285 Свободного Ты звал и ждал, Творец, И равного Тебе во всем. Свободный

— Так мыслил Ты, Божественный Хитрец, — Возникнуть может только в тьме бесплодной Чтобы в ответ на творческий Твой клик

290 Тобою стать как Сын Единородный.

Из бездны звал меня Ты, — Я возник 48

И ринулся к Тебе. Так был прекрасен Страданием Любви Твой светлый лик; И взор Твой так торжественен и ясен. 295 Но ужас смертный влек меня назад 24

И — Твой призыв звучал во мне напрасен.

В Твоих страданий чаше капля — Ад. Страдаешь мукой ты всего живого. 18

Огнем сжигаем, на дыбе разъят, 300 В слезах ребенка Ты, в агонии больного.

213

230

358 275

684,239

Навек распятое я видел тело 590 

Отцом Своим оставленного Бога. Тобою быть? — Душа оцепенела Пред мукой смертной.

Все ж она упорно 305 К Тебе стремилась... мыслию несмелой. Едва сиял ей свет Твой животворный. Она сжималась в тьме своей исходной Почти недвижна, косности покорна, Землею став, безвидной и холодной. 310 Как очи Божьи, звезды молча звали Ее к себе из бездны той безродной. И, чародейственной полна печали, Влекла луна. И солнце озаряло Твоих путей возвышенные дали. 315 И все она Твой образ вспоминала

И первый свой порыв, томясь тягучей Тоскою без конца и без начала. Медлительно ползли по небу тучи, Весь окоем зловеще застилая. 320 Раскаянье пронзало болью жгучей; И, волосы седые развевая, Те тучи горько плакали. Под ними Не воронов испуганные стаи Носились — бесы, крыльями своими 325 Шумя, как ветер, хохоча злорадно,