Дочь Мэри сердилась на нее, потому что мать не купила ей очередного украшения, которое ей было «очень нужно». Это была третья «нужная вещь», которую дочь просила у матери за последние неде­ли; две других мама уже купила. Мэри объяснила, что купить еще одно украшение не позволял семей­ный бюджет. Когда дочь стала гневно возмущать­ся, обвиняя мать в том, что та ее не любит, Мэри, вместо того, чтобы, как обычно, оборвать дочь, вы­слушала ее. Она взяла блокнот и записала основ­ные обвинения дочери. Потом, не споря с этими ут­верждениями, она сказала Николь: «Мне кажется, я понимаю, почему ты сердишься на меня. Если бы я была в твоем положении, я бы тоже сердилась на свою мать». Такое сочувственное замечание было бы невозможно сделать, если бы Мэри не выслуша­ла соображения Николь. Слушание предоставляет вам возможность для сопереживания.

ОБЪЯСНИТЕ СВОЮ ТОЧКУ ЗРЕНИЯ И ИЩИТЕ РЕШЕНИЕ ПРОБЛЕМЫ

Когда вы внимательно выслушали подростка и поддержали его, заверив, что понимаете его гнев и другие чувства, вы можете приступить к следую­щему шагу работы с гневом: объясните свою точку зрения и ищите решение проблемы.

Теперь и только теперь родитель готов поделить­ся с подростком своим собственным мнением. Если родитель делает это до выполнения трех вышепере­численных шагов, то может возникнуть ожесто­ченный спор, сопровождающийся резкими, грубы­ми словами, о которых потом все пожалеют. Если вы слушали внимательно и согласились с тем, что подросток имеет право сердиться, он так же выслу­шает вашу точку зрения. Подросток может с вами не согласиться, но он будет готов слушать вас и ис­кать выход из сложившейся ситуации.

Мэри, сказав, что понимает чувства Николь, продолжила: «Если бы у меня было неограничен­ное количество денег, я купила бы то, о чем ты про­сишь. Но у меня нет таких денег. За последние две недели я уже купила тебе два украшения, которые ты хотела. К сожалению, мы не можем купить все, что хочется». Конечно, Николь не была счастлива. Она могла по-прежнему дуться, но в глубине души она поняла, что мать права. Мать выслушала Ни­коль внимательно, высказала понимание ее чувств, поэтому у подростка не осталось в душе го­речи в связи с поведением матери. Предположим, что на просьбу Николь Мэри ответила бы так: «Сколько можно покупать тебе украшения? Я уже купила тебе два за последние две недели: этого вполне достаточно! Тебе кажется, что можно ску­пить все! Просто не понимаю, в кого ты такая эгои­стка растешь? Ты представляешь себе, что осталь­ным тоже надо одеваться?» Николь почувствовала бы себя отвергнутой после такого ответа, и почти наверняка у нее в душе остался бы неприятный оса­док.

Если ваш подросток прав (такое бывает)

Иногда, слушая соображения подростка, роди­тели начинают понимать, что он прав. Мэри Бэт го­ворит: «Никогда не забуду того дня, когда моя дочь Кристи рассердилась на меня за то, что я вошла в ее комнату и убрала на столе. Она сказала мне совер­шенно ясно, что злится на меня, что я вторглась на ее территорию, что у меня не было права заходить в ее комнату и перекладывать вещи у нее на столе, что я выбросила вещи, которые для нее очень много значили, и если я сделаю так еще раз, она уйдет из дома. Тогда я поняла, как сильно задела ее, и как она переживает из-за того, что случилось. Я могла сказать ей, что имею право заходить в ее комнату и делать там все, что угодно. Я могла спорить с ней, объяснять, что если бы она сама наводила порядок на столе, мне не пришлось бы это делать. Но я вы­слушала ее.

Я думаю, что именно в тот день впервые поняла: моя семнадцатилетняя дочь стала взрослой, я боль­ше не могу относиться к ней как к ребенку. Поэто­му я сказала ей: «Извини меня. Теперь я понимаю, что была неправа. Я просто хотела навести порядок на столе, но теперь, когда я тебя слушаю, я пони­маю, что не имела права выбрасывать твои вещи, и трогать твой стол я не имела права. Если ты про­стишь меня, я обещаю больше никогда так не по­ступать». Я думаю, что именно в тот день я стала относиться к дочери как к взрослой».

Родители не совершенны, мы часто ошибаемся, и это сердит наших подростков. Если мы прислу­шаемся к подростку и будем честны с ним, мы при­знаем свои ошибки. Признание и просьба о проще­нии всегда уместны, если мы понимаем, что вели себя неправильно. Большинство подростков про­стит родителей, которые просят прощения.

С другой стороны, часто родители смотрят на си­туацию совсем не так, как подростки. Надо поде­литься своей точкой зрения открыто, свободно, сердечно, но и твердо.

Джон внимательно слушал своего сына Джейко­ба, когда тот излагал, на что сердится. Джейкоб был зол на отца, потому что тот не давал ему денег на страховку для машины. Джон купил сыну ма­шину с условием, что Джейкоб сам будет зарабаты­вать на бензин и страховку. Это было полтора года назад. Страховку надо было возобновлять каждые шесть месяцев. Джейкоб внес два первых платежа, но теперь у него не было денег, и он хотел одолжить их у отца, чтобы иметь возможность и дальше ка­таться на машине. Джейкоб знал, что у отца доста­точно денег, поэтому полагал: одолжить немного сыну — не будет проблемой.

Джон внимательно выслушал Джейкоба, делая заметки, по мере того как Джейкоб говорил. Потом Джон ответил:

— Так ты считаешь, что я должен одолжить тебе деньги только потому, что у меня их много?

— Конечно, — сказал Джейкоб. — Для тебя это ничего не значит; а для меня важно. Если ты не одолжишь мне денег, я не смогу ездить на машине по меньшей мере две недели.