Родители могут помочь подростку довести рас­суждения до логического заключения. Например, сын Дэниэла и Мики сказал:

— Я даже подумывал о том, чтобы уехать из это­го штата, перебраться в Калифорнию и начать жизнь заново.

Мики поступила бы неразумно, если бы сказала:

— Это дурацкая идея. Это не решение.

Вместо этого она спросила:

— А если бы у тебя были деньги на поездку в Ка­лифорнию, то какую бы работу ты искал?

После того как сын поделился своими соображе­ниями на этот счет, она сказала:

— А ты стал бы посылать ей деньги на ребенка?

И ее сын ответил:

— Конечно. Я не собираюсь увиливать от ответ­ственности.

— Наверное, ты мог бы связаться с нашим аген­том по страховке машин и спросить, сколько она стоит в Калифорнии, — предложила Мики. — Мне кажется, у него есть родственники там, и он может знать, сколько стоит снять жилье.

Так Мики помогла своему сыну обдумать пос­ледствия идеи о переезде в Калифорнию.

Родители, которые умеют направлять подобным образом мысли подростка, продолжают влиять на его решения. Если же родители тут же осуждают подростка и не пытаются вникнуть в то, о чем он ду­мает, разговор быстро прекращается, и подросток обращается за советом к кому-то другому. Подрос­ток может даже принять заведомо неразумное ре­шение в ответ на родительскую самоуверенность.

Многим родителям бывает трудно так помогать подростку. Легче высказать все, что мы думаем, и выразить догматическое мнение о ценности или аб­сурдности его идей. Так подросток не научится са­мостоятельно принимать решения. Подростку не нужны приказы, ему нужны советы.

Другой способ наставить подростка на путь ис­тинный — это поделиться с ним своими идеями. «Может быть, ты мог бы...» — звучит гораздо уме­стнее, чем: «Я считаю, что ты должен...» Помните, подросток должен оставаться независимым и само­стоятельным, несмотря на совершенную им ошиб­ку. Родители не должны забывать об основных под­ростковых ценностях, когда помогают ему учиться на своих ошибках. Вы можете видеть возможно­сти, которых не видит подросток. Ваши соображе­ния могут оказаться полезными для него, ваши приказы — вряд ли.

Если вам трудно вести себя подобным образом, может быть, вам будет проще записать свои идеи, а потом изменить их, превратив из приказов в сове­ты. Например, изначально Дэниэл думал: «Ты дол­жен оставить учебу, по крайней мере на этот се­местр, и найти работу, чтобы заработать денег и по­мочь девушке. Тебе понадобятся советы. Мы тебе с этим поможем. Следующей осенью ты сможешь вернуться в колледж, на вечернее отделение». Дэ­ниэл снова и снова обдумывал, что сказать сыну. Обычно Дэниэл выражал свои мысли именно так — директивно говорил, что надо делать. Но в данном случае он взял бы на себя слишком много ответст­венности.

Если бы Дэниэл выразил те же самые мысли не в форме «указаний», а в форме «предложений», ат­мосфера беседы была бы гораздо благоприятнее. Дэниэл должен был сказать: «Может быть, ты мог бы оставить учебу на семестр, чтобы найти работу и заработать денег. Тебе, вероятно, пригодился бы совет специалиста. Если хочешь, мы с мамой помо­жем тебе оплатить это. Следующим летом, когда родится ребенок, ситуация может совершенно из­мениться. Конечно, есть и другие возможности. Подумай об этом, и, если хочешь, мы можем пого­ворить с тобой еще, позже».

На первый взгляд разница очень невелика. Но в том, что касается личной ответственности, между ними дистанция в миллионы световых лет. Дэниэл скорее повлияет на сына, если произнесет второй вариант речи. Наставление — это не приказы, это советы, помогающие подростку принять ответст­венное решение.

Даже если после всех разговоров вы видите, что подросток готов принять неразумное решение, ко­торое только усугубит сложность ситуации, вы все равно не должны приказывать, только советовать. Признайте, что подросток — независимая лич­ность, и, в конце концов, он имеет право на само­стоятельные решения.

В подобной ситуации родитель может сказать: «Брэд, я хочу, чтобы ты сам принимал решения, потому что это твоя жизнь, и тебе предстоит рас­хлебывать последствия. Но мне хотелось бы поде­литься своими опасениями в связи с твоим решени­ем». Вы делитесь опасениями и потом говорите: «Вот почему мне кажется, что здесь нужен другой подход». И вы делитесь своими собственными сооб­ражениями. Вы не перекладываете ответственно­сти за принятие решений с плеч подростка на свои, вы не требуете от него полного повиновения, но де­литесь своими мыслями и чувствами, сформулиро­ванными так, чтобы подростку хотелось к ним при­слушаться.

Если в конце концов подросток принимает реше­ние, которое вы считаете неразумным, позвольте ему страдать от последствий. Когда последствия окажутся негативными, и подросток снова потер-