Дэвид Поупноут, профессор социологии в уни­верситете Ратджерса и один из председателей «Американского совета по вопросам семьи», пи­шет: «Дети лучше развиваются, когда им дается возможность испытывать теплые, близкие, посто­янные и длительные отношения с отцами и матеря­ми». Психологи Генри Клауд и Джон Таунсенд до­бавляют: «Для растущего ребенка нет ничего важ­нее любви». В своей книге «Заблудшие мальчики»

Джеймс Гарбарино спрашивает: «Как мальчик мо­жет найти смысл своей жизни, если он не видит смысла в любви и уважении?»[29]

Когда фарисеи спросили Иисуса из Назарета: «Какая наибольшая заповедь в законе?», — осно­ватель христианской веры ответил: «Возлюби Гос­пода Бога твоего всем сердцем твоим, и всею ду- шею твоею, и всем разумением твоим». Это — пер­вая и наибольшая заповедь. Вторая же подобная ей — возлюби ближнего твоего, как самого себя. На этих заповедях утверждается весь закон и про­роки» (Мф. 22:35-40). Таким образом, Иисус под­вел итог учению ветхозаветных книг закона и пи­саний иудейских пророков в двух заповедях. Мне хочется, что бы вы поняли, что подросток, живу­щий в вашем доме, — ваш самый близкий чело­век.

КАК ПОДРОСТКИ ИЩУТ ЛЮБОВЬ НЕ ТАМ

Реальное положение вещей заключается в том, что если родители и другие уважаемые подрост­ком взрослые не удовлетворяют его потребность в любви, подросток будет искать ее у других людей. 1 октября 1997 г. шестнадцатилетний Люк Вудхэм убил свою мать и открыл огонь в школе, убив троих и ранив семь человек. Позже он рассказал корреспонденту программы новостей «АВС», что чувствовал себя изолированным и отверженным в своем обществе, поэтому легко согласился всту­пить в компанию молодых людей, провозглашав­ших себя сатанистами. Он сказал: «Всю жизнь я чувствовал себя изгоем. Наконец-то я нашел лю­дей, которые захотели быть моими друзьями». Гарбарино делает вывод: «Эмоционально обде­ленные мальчики, которых отвергли родители и учителя, являются основной мишенью для анти­общественных группировок, молодежных и взро­слых. Эти люди, подающие отрицательный при­мер, завлекают впечатлительных ребят, и те сог­лашаются служить антиобщественному делу в об­мен на самоутверждение. Многие подростки-пре­ступники или трудные подростки рассказывают, как подружились со старшими ребятами, кото­рые приняли их в обмен на участие в преступных замыслах».[30]

Исследования показали также, что девоч­ки-подростки часто рожают детей, потому что хо­тят, чтобы кто-нибудь любил их. Рождение ре­бенка коренным образом изменяет их жизнь не только потому, что теперь существует кто-то, по­лностью зависящий от них, но и потому, что появ­ляется существо, которое они могут любить. Лю­бовь к ребенку и любовь ребенка побуждает де­вушку совершать продуманные шаги, например продолжать образование и/или усердно трудить­ся, чтобы иметь возможность самой заботиться о ребенке.[31]

Гарбарино, долгие годы пытавшийся понять подростков-преступников, делает вывод: «Ничто не кажется человеку страшнее, чем отвержение, жестокость и отсутствие любви».[32]

В воспитании подростков нет ничего важнее, чем учиться эффективно удовлетворять потреб­ность подростка в эмоциональной любви. В следу­ющих пяти главах я представлю вам пять основ­ных путей к сердцу подростка — пять наиболее эф­фективных способов заполнить эмоциональную пустоту. Затем я расскажу о том, как найти род­ной «язык любви » для вашего подростка, который наиболее успешно удовлетворит его потребность в эмоциональной любви. Многие родители, прослу­шавшие мои лекции, обнаружили, что примене­ние «языка любви» коренным образом изменило поведение их подростков и дало им самим чувство глубокого удовлетворения от того, что самая важ­ная эмоциональная потребность их детей воспол­нена.

Мне хотелось бы, чтобы и вы это почувствовали.

Глава третья. Путь 1: слова поощрения

Пятнадцатилетний Брэд пришел в мой кабинет по просьбе родителей. На ногах его были поношенные сандалии землистого цвета. Брюки с множеством карманов свободно болтались на тон­кой талии. На футболке красовалась надпись: «Свобода значит иметь все, что ты хочешь». Я вовсе не был уверен, что ему хотелось прийти ко мне, но был приятно удивлен тем, как внимательно Брэд слушал мои вопросы и как свободно делился свои­ми мыслями и чувствами. (Иногда подростки отве­чают на все вопросы: «О'кей».)

Родители Брэда пожаловались, что он стал вести себя очень строптиво, несколько раз впадал в ярость и даже угрожал уйти из дома. Именно эта угроза и заставила их поговорить со мной. Мысль о том, что Брэд может уйти из дома, потрясла их. Отец считал, что он вполне может так поступить. Поскольку он никогда не поддерживал близких от­ношений с людьми вне семьи, то, по мнению отца, ему следовало бы научиться контактировать с ни­ми. Сама мысль об уходе сына привела его в ужас.

«Мы попытались поговорить с Брэдом, — про­должала мать, — но мне кажется, что мы всегда спорим, потом кто-то теряет самообладание, и в ре­зультате мы говорим друг другу вещи, которых не хотели говорить. Потом мы просим прощения и пытаемся продолжить беседу, но Брэд так неразум­но ведет себя каждый раз, когда мы с ним не согла­шаемся!»

После краткого вступительного разговора я убе­дил Брэда, что не собираюсь учить его, как посту­пать, но надеюсь помочь ему и его родителям луч­ше понимать друг друга. Я объяснил, что родители обеспокоены, поэтому попросили меня встретиться с ним. Желая установить контакт с Брэдом, я ре­шил начать с настоящего, а не с прошлого. Я сказал Брэду: