и что заключают хранилища памяти.

Иное же один только Ты веси.

Я был убийцею, послушайте все, дабы вы жалостно оплакали меня; а каким образом - (это) я опущу, избегая долготы речи.

Я был, увы мне, прелюбодеем в сердце, и содомлянином мыслью, и клятвопреступником произволением, употребителем божбы и любостяжателем, вором, лжецом, бесстыдником и похитителем, горе мне,

досадителем, братоненавистником и большим завистником, сребролюбцем и наглецом и всякого другого порока делателем.

Ей, поверьте, я говорю это истинно, не притворно и не с лукавством.

Итак, кто, услышав это, не изумится и не подивится Твоему долготерпению, Человеколюбче, и от изумления не скажет:

как земля, убежав, не расступилась, не вынося на хребте (своем) этого несчастного, и живым не свела его в ад?

Как не обрушился сверху ураган и не истребил этого преступника?

Как не ниспало одновременно небо и не погасли солнце и звезды над таковым презрителем?

О, долготерпение Твое, Спасителю!- пусть скажет он опять -

О, благостыня и милосердие!

Ибо пoистине — сверх всякого прощения

Таковые деяния этого несчастнейшего, услышав о которых, всяк воскликнет: ужели (Божественная) правда попустила ему жить?

И как, будучи праведной, она допустила хотя бы одно существование его на земле живых?

Если же кто заподозрить, что, быть может, я ложь написал, то прости ему, как милостивый, ибо, не ведая долготерпения Твоего, Спасителю,

и бездны человеколюбия Твоего, и услышав о непристойности дел моих,

он справедливо вынес такое суждение, говоря:

если (Божественная) правда безнаказанным оставила его, то нет, следовательно, суда.

Ты же, Боже мой, так как (после) будешь судить, то поэтому ныне весьма долготерпишь.

Ибо спасти всех, конечно, желаешь, ожидая покаяния нашего, которое - от дел, по снисхождению Твоему праведному.

Ибо праведному свойственно не поражать падающих, но скорее напротив, конечно, руку (помощи) им простирать,

что делать Ты, благой мой Владыка, никогда не переставал и не престанешь.

Жизнь всех людей есть брань.

Мы же все люди—рабы Твои, Создатель; однако малые и великие, (все) имеем врагов непримиримых (в лице) князей тьмы.

Поэтому если Сам Ты не подашь (нам) скоро руку (помощи), но попустишь им укрепиться против нас, то где будет Твоя правда и человеколюбие?

Ибо (хотя) мы соделались рабами его (диавола) по своей воле и своему произволению, но Ты Сам, Боже мой, придя, искупил нас и принес к Отцу Твоему в дар, каковыми однако видеть враг нас не терпит,

не вынося той зависти, какую питает.