Слышана ли была когда — на русском языке - хула на Бога и Христа Его?! А ныне не думают только, но и говорят, и пишут, и печатают много богоборного. Думаете, что это останется даром? Нет. Живый на Небесех отве­тит нам гневом Своим и яростию Своею смятет нас (Пс.89,7). Запад увлекает нас? На Западе заходит уже солнце правды. Мы же, восточные, должны пребыть в свете и не только освещаться, но и светить всем.

Вот была недавно политическая коалиция против нас. Слились мы все в одно желание и пресекли самое покушение нападе­ний на нас. Сделаем то же и в деле веры. Там, на Западе, есть другая коалиция, направленная против света веры нашей. Восстают одни за дру­гими злые учители. Тучи злых помышлений воз­двигают, чтоб омрачить солнце, освещающее нас. Дал бы Бог, чтобы и в отражении сих врагов сли­лись мы все в живое единомыслие Православия и совокупными усилиями свеяли с земли нашей навеваемый оттуда тлетворный прах.

Вот анг­личане ныне отличаются верностию началам веры своей; а прежде что было? Безбожные учения ведь у них начались. Как же так успели они очиститься? Так, что, когда безбожники нача­ли у них распространять свои учения, они все поднялись — и духовные, и больше еще светские, — и беседами, проповедями, собраниями, пи­саниями переспорили все суемудрия христоборцев, — убедили всех в их лживости и тем спасли веру в королевстве своем.

Теперь страна их чи­ста от христоборцев. Нечестие это перешло к французам и немцам,— а от них заходит и к нам. У нас расходится потихоньку. Как же нам быть? Так оставить? Все наконец повредятся в вере. Воздвигнуть надо дух Православия в себе самих и объединиться в восстании против вся­кого образа мыслей, не согласного с ним. Этим одним отразим врагов Христа, как отразили коалицию врагов отечества.

Начать должны вы, — светские, и из вас — более образованные. Меж­ду вами расходится зло, вы должны начать и вос­стание против него... Ваше молчание будет — или неверие, или равнодушие к вере. Говорите же и пишите. Вы всё слагаете на духовных. Да мы только по догадкам судим, какие речи там между вами ходят. Кто из вас приходил когда к духовному отцу и открывал ему болезнь свою, что вот-де слышал то и то и смущаюсь? Едва ли есть такой.

А иной и совсем запутался в неве­рии, а приходит и говорит, как верующий. Что же можем мы, когда вы так отчуждаете себя от нас и скрытничаете. Давайте вместе действо­вать. Откроем беседы с церковной кафедры, за­ведем вечера для чтения и собеседования, будем книги составлять - все сделаем в защиту веры. Только сделайте вы начало. Придите и открой­тесь, что такое там делается между вами.

Мы гадаем только, что есть лица, кои составляют за­говор против Христа Спасителя и Святой Цер­кви Его. Но какими мыслями они руководятся, не слышим. Спорить же с предположениями есть то же, что бороться с тенями. Вот — поневоле и остаемся бездейственными.  Вот договорился я до скорбных речей. Но не беру слова назад. Господь да умудрит всех — и вас, и нас — соединиться воедино в деле защи­ты веры!

Ревнитель Православия — Святитель Николай да озарит умы наши и своею ревностию по святой вере да исполнит сердца наши — стать за славу Бога и Святой Его Церкви. В этом залог не спасения только вечного, но и благо­денствия временного. Аминь.  6 декабря 1863 года   14 . В неделю по Рождестве Христове (В христианстве ничего не следует изменять, подчиняясь духу времени, но должно строго держаться всего, как изначала заповедано, не ища льготностей)

   Дошло до моего слуха, будто вы считаете мои поучения очень строгими и полагаете, что ныне думать так нельзя, жить так нельзя, а стало — и учить так нельзя. Вре­мена не те! Как я порадовался, услышав это! Значит, вы внимательно слушаете, что говорю, и не только слушаете, но готовы бы исполнять то. Чего же больше и желать нам проповедающим (так)

, как заповедано, и то, что запо­ведано?  При всем том с суждением вашим согласить­ся никак не могу и считаю своим долгом огово­рить его и поправить. Ибо оно помимо, может быть, вашего желания и убеждения исходит из того злого начала, будто христианство может быть изменяемо в своих догматах, правилах и освятительных действиях соответственно духу времени и что оно, применяясь к изменчивым вкусам сынов века сего, может иное прибавить, иное убавить. Это не так.

Христианство должно пребыть вечно неизменно, нисколько не состоя под зависимостью и управлением духа века, а напротив, само будучи назначено управлять или властвовать над ним во всех покоряющихся его водительству. Для убеждения вас в этом я пред­ложу вам несколько мыслей.  Говорят, мое учение строго. Мое учение — не мое, и не должно быть мое.

С сего священно­го места никто не должен и не может пропове­довать своего учения. И если б я или другой кто дерзнул на это, долой нас отсюда. Мы пропове­дуем учение Господа и Бога и Спаса нашего Иисуса Христа, святых Его Апостолов и Святой Церкви, Духом Божиим руководимой, — и вся­чески заботимся о том, чтоб оно сохранилось в умах и сердцах ваших цело и неприкосновен­но, — с осторожностию всякую мысль проводя и всякое слово употребляя, чтоб каким-либо об­разом не наложить тени на светлое Божествен­ное учение сие. Иначе действовать нельзя.

Та­кой закон для проповеди в Церкви от лица Божия положен от начала мира и должен быть в силе до конца его. Святой пророк Моисей, из­ложив народу израильскому от лица Божия за­поведи, заключает: «да не приложите к словеси, еже аз заповедаю вам, ниже да отымете от него: сохраните заповеди Господа Бога нашего, елика аз заповедаю вам и как заповедаю» (Втор.4.2).

Сей закон неизменности так непреложен, что Сам Господь и Спаситель наш,— уча народ на горе, сказал: «не мните, яко приидох разорити закон, или Про­роки: не приидох разорити, но исполнити. Аминь бо глаголю вам: дондеже прейдет небо и земля, йота едина, или едина черта не прейдет от зако­на, дондеже вся будут» (Мф.5,17-18). Потом такую же силу дал Он и Своему учению, когда пред истолко­ванием заповедей в духе евангельском приба­вил: «иже аще разорит єдину заповедей сих ма­лых и научит тако человеки, мний наречется в Царствии Небеснем» (Мф.5,19).