Можно после сего так сказать, что входит в намерения Божий тот, кто преуспевает в вере и благочестии. От­сюда я навожу: трудись в устроении своего сча­стия и содействуй тем благоденствию всего оте­чества; но паче преуспевай и будь тверд в вере и благочестии, ибо без сих последних ненадеж­но и первое. Вера и благочестие суть основание благоденствия народного — самое прочное и непоколебимое. Почему так?

Потому что они привлекают благословение Божие. А где бла­гословение Божие, там всякое благо и изоби­лие. Когда благословит Бог, откуда что берется! А когда нет благословения Божия, — трудится-трудится человек и всё не впрок. Иаков пошел в Месопотамию с одним посохом, а оттуда во­ротился с двенадцатью сыновьями, с рабами и рабынями и со множеством всякого скота. От­чего? Оттого, что Бог его благословил. А с Каи­ном что было? «Стеня и трясыйся» (Быт.4,12)

бегал по лицу земли, боясь, как бы кто не убил его самого. От­чего? Оттого, что Бог отнял у него благослове­ние Свое. Так и во всяком деле благословение Божие умножает благо и дает ему твердость. Благословение же Божие чем заслужить? Ве­рою и благочестием. Нечестивого и невера ста­нет ли благословлять Бог? Давид был верен Богу, и Бог сказал ему: «Ты был Мне верен, и Я бла­гословляю тебя и дом твой, и сыновья твои до века сядут на престоле твоем» (Пс.131,1-12).

Стало, умноже­ние веры и благочестия есть привлечение множайшего благословения свыше; а сокращение веры и благочестия есть сокращение благосло­вения; сокращение же благословения подрыв благоденствия. И вот — нам кажется, что невер и нечестивец себя только губит, а на деле выхо­дит более: он вредит и всему телу народа. Рас­пространитель неверия и нечестия не себе толь­ко враг, но враг и отечеству.

Вот почему на всех нас лежит долг быть верующими и благочести­выми, не себя только ради, но и ради целости и твердости всего государства нашего. Не дивитесь, что я так много об этом толкую. Было время, когда убеждать к сему казалось бы странным, потому что и так все были благочес­тивы и искренно верующи. И ныне — благо­дарение Господу — очень еще много таких.

Но есть немало и таких, коих вера слабеет и благо­честие хладеет. И к горю нашему, зло сие все более и более растет и распространяется — за­ходят богопротивные мнения и подсекают ве­ру; подсекая же веру, портят благочестие. У нас эта язва явилась в двух видах: в виде неве­рия — от ложного направления умственного об­разования — и в виде раскола — от грубого неведения, в чем главное дело спасения.

То губит высший, образованный, класс, а это — простой народ. Пустые, противные вере идеи рас­ходятся посредством печати, большею частию прикровенно, и посредством взаимообщения и бесед. Остерегайтесь сего яда, все читающие, и не без разбора читайте. Равно не без разбора принимайте слышимое и не увлекайтесь видом многоучености, часто мишурной. Но как вкус раз­личает пищу, так да различает ухо ваше истин­ное от ложного.

Мерилом имейте слово Божие, а ближе Символ веры. Тут Божия истина и Божий ум. Что сравнительно с ним ум человеческий и человеческие мнения?! Раскол распространяет­ся старыми девками, нередко развратными, и мужиками, иногда бродягами, а всегда такими, которые работать не хотят и вздумали себе до­бывать хлеб ложнопоповством и жить на счет простых людей.

Все они едва выучились читать и едва бредут по книге, а лезут в учители. Кри­чат: «Вот старая вера, вот отеческая вера», а ви­дали ль они книги святых отцов и прочитали ль хоть одну, о том и не спрашивай. И вера-то у них новоизобретенная, и святые отцы о такой ве­ре и думать не думали. Какой святой отец по­лагал веру в усах и бороде, в пальцах да в концах креста, в старых иконах и книгах или в том, сколько раз говорить «аллилуиа», сколько просфор иметь на обедне, как ходить — по сол­нцу или против солнца? Ни один.

Они спаси­тельную веру полагали в святых догматах, в за­поведях, в Святых Таинствах и в Церкви со священством; а это все мудрование мужиков, слепым невеждам свойственное. Не слушайте их и на глаза не принимайте. В городах мало им ходу. Тут все смышленее их и тотчас поймут бредни их; а в деревнях, где умеющий читать считается уже и великим мудрецом, скольких они сбивают с толку.

О сем жалеть надобно, и не жалеть только, но и заботиться, чтоб эти волки не поядали кротких овец Христовых. Вы, го­рожане, должны быть руководителями селян, и, здесь ли видаетесь с ними или в деревнях и селах сами бываете, ваш долг - остерегать и вразумлять, когда видите, что опасность есть кому-либо от раскольников. Сами же вы, я ду­маю, тверды, и нечего вас уговаривать, чтоб не соблазнялись расколом.

Вот и об этом государь император промыс­лил. Видит он, что неверие и раскол пагубны и что остерегать себя взаимно от них легче вам самим,— и делает распоряжение, чтоб всюду составлялись братства, при других благих це­лях и в защиту веры от неверия и раскола. Вот когда дойдут до вас положения о сем, поспеши­те устроить такое братство, и дай Бог вам такую ревность, чтоб не только между вами, но чтоб и во всем уезде вашем не осталось ни одного рас­кольника и невера. О, когда бы сие сбылось!

Сбылось не в вашем только одном уезде, но и во всей губернии нашей и во всей России! Тогда бы было у нас истинно пресветлое торжество! О сем и помолимся, молясь ныне о государе им­ператоре и благословенном царстве его. Аминь. 30 августа 1864 года. В г. Вязники, в соборе   23. В понедельник седмицы 13-ой по Пятидесятнице (Раскольники не могут исполнить условий спасения, а то, чем они хотели заменить недостающее, никакой силы и цены не имеет)

  Давно искал я случая поговорить с лица­ми, чуждающимися Святой Церкви — единой спасительницы нашей,— чтоб видеть, как они о чем думают, и тем восполь­зоваться к вразумлению их. Вчера долго мы толковали. Жалости достойно их омраченное неверие и темное нехотение видеть силу спасе­ния там, где заключил ее Господь. Послушайте, пожалейте об них и помолитесь, да вразумятся слепотствующие умом и умягчатся упорные сердцем.