Обязательно должно быть чувство юмора. В том числе самоиронии.

Необходимо умение слышать собеседника, умение мгновенно реагировать.

Нужно также владеть языком университетской субкультуры. Я имею в виду не анекдоты из жизни студентов, а научный язык, гуманитарную речь. Знание устройства синхрофазотрона не является обязательным. Но иметь представление о гуманитарной культуре (научной, университетской), о том, какие критерии доказательности приняты в этой среде – это необходимая вещь.

Также в комплект должны входить умные глаза (очки необязательны) и приветливое выражение лица.

Ещё желательно помнить, что мы христиане. Мы не только православные, мы – христиане. И Христа не забывать. Слишком уж часто в наших проповедях есть место для чего угодно, только не для нашего Спасителя.

Ну, самое главное: миссионерами не становятся, миссионерами рождаются. Миссионерство – это призвание, а не профессия. Призвание – то, что находит тебя, а не то, что выбираешь ты. Гарнак отмечает997, что в апостольский век поразному понимаются истоки епископства и миссионерства: «Рукополагайте себе епископов» (Дидахэ, 15). Проповедники же не общиной избираются – «Одних Бог поставил в Церкви апостолами, других пророками, иных евангелистами, иных учителями» (1 Kop 12:28 и Еф 4:11).

Так был призван Павел, причем Призывающий указывал ему народы, к которым идти: И было ночью видение Павлу: предстал некий муж, Македонянин, прося его и говоря: приди в Македонию и помоги нам. После сего видения, тотчас мы положили отправиться в Македонию, заключая, что призывал нас Господь благовествовать там (Деян 16:910).

Подобный «македонский призыв» пережил святой Патрик Ирландский: «Итак, после нескольких лет отсутствия, я снова оказался в Британии среди своих родичей, которые искренне упрашивали меня, чтобы теперь, после столь великих испытаний, перенесенных мной, я больше не покидал их. И там, одной из ночей, я увидел в видении мужа, по имени Виктор, как бы пришедшего из Ирландии, неся с собой несчетные послания. И он дал мне одно из них и я прочел начало послания: «Голос ирландцев». И в тот миг когда я читал начало послания, казалось, я слышал голоса тех, что обитали за лесом Фоклут, что у западного моря, и они взывали как одним голосом: "Мы молим тебя, святой юноша, чтобы ты пришел и снова был среди нас". И сердце мое было столь сокрушено этим, что я не мог больше читать, – и очнулся. И в другую ночь, в теле ли или вне тела, – Бог знает, я не знаю, – я был призван еще более ясными словами, которые слышал, но не мог понять, кроме окончания сказанного, что гласило:'Тот, Кто отдал за тебя Свою жизнь, Он говорит с тобой". И я снова очнулся, исполненный радости» (Исповедь святого Патрика, 23–24).

Испытал это и святитель Иннокентий Московский. Среди его иркутских прихожан был человек, 40 лет проживший на Аляске и умолявший отца Иоанна (будущего Иннокентия) поехать к алеутам. «Но я был глух ко всем его рассказам, и никакие убеждения его меня не трогали. Да и был ли мне какой расчет ехать, когда я был в одном из лучших приходов в Иркутске, в почете у своих прихожан и на счету у начальства, имел уже собственный свой дом и получал доходу более, чем тот оклад, который назначался в Уналашке. И потому я подписался, что не желаю занять место по причине отдаленности, имея в виду, что наши вдовы, живя и за десять верст от начальства, остаются без всего, то что же будет за десять тысяч верст! Так я и говорил своим собратиям. Но когда этот же выходец, на прощании, еще убеждавший меня ехать в Уналашку, при прощании своем с Преосвященным (у которого мне случилось быть в то время, и даже в гостинной, что было со мною в первый раз), стал разсказывать об усердии алеутов к молитве и слушанию слова Божия (что, без сомнения, я слышал от него и прежде и, может быть, не однажды), то я вдруг весь загорался желанием ехать к таким людям. Живо помню и теперь, как я мучился нетерпением, ожидая минуты объявить мое желание П реос вя щен ному»998.

Но, конечно, есть и более мягкие формы ощущения миссионерского призвания. Церковь может распознать доброкачественность такого Божия призвания, подготовить к его исполнению и поддержать в последующем служении. Но без первичного Божия призвания никакая «миссионерская семинария» ничего не сделает.

И одна из черт, которые должны быть «прирождены» миссионеру – это небоязливость. Не бояться несогласия с собой, не бояться критики999, не бояться просто незнакомой культуры.

– Что такое для Вас православная молодежь?

– Я не встречался с нею. Я знаю конкретно Таню, Васю, Диму. Они все разные. А вот с мисс Православная Молодежь я не знаком.

А если всерьез, то, наверное, это трудно – быть православным и молодым. Потому что это значит – идти против двойного течения.