А если некогда и было в тебе зло это, то, сознавши заблуждение, отвращайся его. Ибо тогда вступишь на путь спасения, если изблюешь блевотину, и если сердечно возненавидишь ее, если отречешься от них не устами только, но и душою, если покланяться будешь Отцу Христа, - Богу закона и Пророков, если познаешь, что Благий и Правосудный есть Един и Тот же Бог, Который всех вас да хранит, соблюдая свободными от заблуждений, и соблазнов, и твердыми в вере, во Христе Иисусе Господе нашем; слава Ему во веки веков. Аминь.

Огласительное поучение седьмое К готовящимся в Иерусалиме ко просвещению, сказанное без приготовления, на слова из послания к Ефесянам: Сего ради преклоняю колена моя ко Отцу, и проч. (Еф. 3, 14).

7. Вчера достаточно говорил я вам о единовластительстве Божием; достаточно, говорю, разумея не то, чтобы слово мое было вполне совершенно (ибо достигнуть сего вовсе невозможно существу смертному), но то, сколько я мог сказать по своей немощи. Тогда вместе показал я вам и все увертки безбожных еретиков, многоразличным образом заблуждающихся. Теперь обнаруживши их срамоту и душевный яд и упомянувши о всем их учении (

что я делал не для того, чтобы причинить им вред, но чтобы принести им большую пользу), снова выйдем против их, и примем спасительные уроки истинной веры, соединяя с достоянием единовластительства Божия достояния отечества и веруя во единого Бога Отца. Ибо мы не во единого только Бога должны веровать, но вместе обязаны благочестно признавать, что Он есть и Отец Единородного Сына, Господа нашего Иисуса Христа.

2. Потому-то мы возвышеннее судим, нежели иудеи, которые в своем учении хотя и признают единого Бога Отца (да и это многократно отвергали, впадая в идолослужение), но не признают, что Он есть Отец и Господа нашего Иисуса Христа, умствуя против своих пророков, которые говорят в Божественном Писании: Господь рече ко мне: Сын Мой еси Ты, Аз днесь родих Тя (Пс. 2, 7).

Но они и по настоящее время возстают и собираются на Господа и на Христа Его (Пс. 2, 2), думая, что можно угодить Отцу и без почитания Сына, а не знают того, что никто не приходит ко Отцу, токмо (Ин. 14, 6) чрез Сына, Который Сам говорит о Себе: Аз есмь дверь, и Аз есмь путь (Ин. 10, 7; 14, 6). Как же может удостоиться прийти к Богу тот, кто уклоняется от пути, ведущего ко Отцу, и бежит от самых дверей?

Они противоречат и тому, что написано в 88-м псалме: Той призовет мя: Отец мой еси Ты, Бог мой и заступник спасения: и Аз Первенца положу Его, высока паче царей земных (Пс. 88, 27–28). Так как они упорно настаивают, что слова эти сказаны к Давиду, или Соломону, или к другому кому-либо, то пусть объяснят нам, каким образом престол сего Царя, возвещаемого пророками их, есть яко дние неба, яко солнце пред лицем Божиим, и яко луна совершенна в век (Пс. 88, 30, 37–38).

Как их не приводит в стыд написанное: из чрева прежде денницы родих Тя (Пс. 109, 3); также и сие: пребудет с солнцем, и прежде луны рода родов (Пс. 71, 5), что относить к кому-либо из людей вовсе безрассудно

3. Но пусть иудеи по обыкновенному своему неверию заблуждаются, когда хотят, по поводу как этих слов, так и других подобных. Мы же, напротив, принимаем благочестное учение веры, когда покланяемся Единому Богу, Отцу Иисуса Христа. (Ибо Того, Кто всем дарует силу рождать, лишать этой самой силы есть дело нечестивое). Веруем во Единаго Бога Отца, да таким образом вера во Христа, еще прежде, нежели начнем излагать учение собственно о Христе, вселится в сердцах слышащих, будучи нимало не отделяема от того, что сказано об Отце.

4. Ибо имя Отца при самом произнесении Его уже дает разуметь и о Сыне, точно также, как изрекши имя Сына, тотчас представляем в уме своем и Отца. Ибо если Отец, то без сомнения Он есть Отец Сына; и если Сын, без сомнения Он есть Сын Отца. Потому, чтобы из сих слов: во Единаго Бога Отца Вседержителя, Творца небу и земли, видимым же всем и невидимым, когда после присоединяем к ним: и во Единого Господа Иисуса Христа, не вывел кто нечистого заключения, будто Единородный в порядке занимает второе место после неба и земли, мы прежде нежели наименовали небо и землю, наименовали Бога Отцом, чтобы таким образом помышляя об Отце, вместе помышляли и о Сыне.

Ибо между Сыном и Отцом нет ничего, что разделяло бы Их.

5. Итак, Бог, хотя есть Отец многих, но не в собственном смысле; а по естеству и по самой истине есть Отец Единого только, Единородного Сына, Господа нашего Иисуса Христа, не во времени начавший быть Отцом, но от века Отец Единородного; ибо прежде не был Он без Сына и не родил Его впоследствии, размыслив Сам с Собою. Сей Отец прежде всякого существа, прежде всякого знания, прежде времени и всех веков имеет достояние Отца; Отец поэтому более, нежели по другим его совершенствам, должен быть чтим; Отец сделавшийся таковым не по страсти, не от совокупления, не по неведению, Отец без истощания, без умаления, без изменения.

Ибо всяк дар совершен, свыше есть, сходяй от Отца светов, у Негоже несть пременения, или преложения стень (Иак. 1, 17); Отец совершенный совершенного Сына родивший, и все предавший Рожденному: вся Мне предана суть Отцем Моим (Мф. 11, 27), говорить Он. Поэтому Отца и чтит Единородный: Аз чту Отца Моего (Ин. 8, 49), говорит Сын; и еще: Аз заповеди Отца Моего со6людох, и пребываю в Его любви (15, 10).

А потому и мы говорим вместе с Апостолом: Благословен Бог и Отец Господа нашего Иисуса Христа, Отец щедрот и Бог всякия утехи. Сего ради преклоняем колена ко Отцу Господа нашего Иисуса Христа, из Негоже всяко отечество на не6есех и на земли именуется (2 Кор. 1, 3; Еф. 3, 14–15), и прославляем Его вместе с Единородным. Ибо всяк отметаяйся Отца, отметается и Сына, напротив исповедаяй Сына и Отца имать; и мы сознаем, яко Господь Иисус Христос в славу Бога Отца (1 Ин. 2, 22–23).