Чаще всего мы ходили за грибами все вместе: Буля, привившая нам любовь к русскому лесу, старший брат Андрей и мы, близнецы. Бабушка, высокая, прямая, задавала темп своим размашистым шагом, так что мы с Митенькой вынуждены были чуть ли не бежать за ней. Особенно нелегко это давалось на обратном пути, когда изрядно утомившиеся, мы едва не висли на её руках.

Вот вам описание одного из таких походов. Углубившись в лесок, мы разбредались каждый в свою сторону. Митенька, прекрасно осведомлённый о моём грибном чутье, выбирал особую тактику: он следовал за мной по пятам, шаг в шаг, и старался по направлению братнего курносого носа определить, где скрывался в траве какой-нибудь крепыш-подберёзовик. Можно догадаться, как раздражала меня его беззастенчивая манера, но ничего поделать с этим я не мог.

Даже мои слёзные жалобы бабушке не избавляли от преследования со стороны брата. Слава Богу, грибов доставало на всех, однако дух соперничества искал только повода, чтобы вспыхнуть с новой силой. Как-то зайдя в болотце, мы с Митей одновременно увидели на кочке маленький гриб на коричнево-зеленоватой ножке. Козлёнок! Бросившись одновременно к предмету нашего внимания, мы четырьмя руками ухватились за несчастного козлёнка и торжественно положили его в корзину среди подберёзовиков и подосиновиков, тотчас потерявших в наших глазах всякую ценность.

На обратном пути домой мы по очереди несли эту корзинку и поминутно в неё заглядывали, желая удостовериться, что козлёнку предоставлены все условия для транспортировки. В это время Андрей, который был на пять лет старше нас, донимал изрядно уставшую Булю бесконечными вопрошаниями:

– Буля-я-я, скажи, сколько камней на поле?

– Не знаю, Андрюша, – отрывисто, но мягко отвечала бабушка.

Тот не унимался:

– А всё-таки, сколько? Ну, приме-е-ерно?

Своим тоненьким голоском он, наконец, довёл бабушку до белого каления, и она убыстрила шаг, чтобы скорее вывести нас из летнего пекла (мы шли по дороге среди распаханного поля). Андрюша, между тем, решил отвлечься от абстрактного подсчёта камней и, то и дело наклоняясь, начал подбирать понравившиеся ему камни, не брезгуя и увесистыми булыжниками.

Подбежав к бабушке, он умолял её взять в корзинку очередной кусок породы со словами: «Ну, пожа-алуйста, Бу-уля-я! Посмотри, какой красивый камень!». Не знаю, как мы Митей одолели остаток пути, будучи ещё дошколятами, но энергия детских сердец вновь заискрилась, когда корзинки с грибами (и камнями) были поставлены дома на лавку для последующих перебора и чистки.

Грибное жаркое было самым лакомым для нас блюдом. Вскоре между малышами завязался спор, кто же удостоится чести подготовить козлёнка к жарке и парке. Вооружённые ножиками, мы приступили к корзине с намерением разделить грибок на две равные половины. И представьте себе… козлёнка не оказалось на месте. Что? Как? Почему? Все три ёмкости были тут же опорожнены, камни отложены в сторону, грибы рассортированы – напрасно: козлёнок бесследно исчез!

Недолговечной была радость его обретения, чувствительной, хотя и скоропреходящей, скорбь о его утрате… Впрочем, я заметил, что Митенька несколько вяло участвовал в розыске «болотной драгоценности». Он меланхолично перекладывал с места на место принесённые Булей камни, будто надеясь среди них увидеть «беглого» козлёнка. Вид у братца был смурной, как будто он только из солидарности печалился вместе с близнецом… Не будучи сыщиком по природе, я не придал этому значения, однако правда явилась сама собою.

Митенька вскоре плохо себя почувствовал и вынужден был признаться, что он съел козлёнка сырым! Брат, видимо, страшился, что тот на сковородке может потеряться в общей массе зажаренных грибов и потому опередил события отважным, но не слишком честным поступком. Запретный плод только кажется сладким, но по вкушении чрево всегда чувствует горечь, а сердце наполняется печалью и разочарованием.

Помнится, как в другой раз, отправившись в лес вместе с бабушкой, мы, близнецы, настолько увлеклись сбором (а грибов было видимо-невидимо), что потеряли её из вида. Наши две небольшие корзинки быстро наполнились до отказа, так что крепенькие небольшие боровички уже и не вмещались в них. Вдруг мы растерянно посмотрели друг на друга… и поняли, что Були рядом с нами нет!