Я рассказал ее не детям в извиненье…

Но если выросли они в разлуке с вами

И вы их вверили наемничьим рукам,

Не вы ли виноваты сами,

Что в старости от них утехи мало вам?

Российской сенсацией стала написанная Катериной Шпиллер, дочерью известной писательницы Галины Щербаковой, яркая обвинительная книга, обнажившая пороки воспитания, обусловленные реалиями совковой действительности и безрелигиозного мировоззрения, при котором всё позволено , в том числе забвение материнского и семейного долга. Пронзительную повесть о детстве на попечении психически больной бабушки и слабовольного дедушки написал Павел Санаев: добрые, несчастные люди беспрестанно мучают друг друга, живя без устава , без руля и без ветрил, следуя велениям своей необузданной, искалеченной страстями природы. Последствия коммунистического безбожия сказываются до сего дня в многочисленности оставленных детей и брошенных родителей.

Наши дома престарелых переполнены, их обитатели живут в давно не ремонтированных, обветшавших, пожароопасных зданиях; бюджетные средства, понятно, всегда скудны, а родственники, сдав отца или мать, больше ими не интересуются; бывает даже, что навещают с целью отнять ничтожные гроши, которые заведение оставляет старикам от пенсии на мелкие расходы. Здесь можно встретить и тех, чьи дети более чем обеспечены, но или слишком заняты, чтобы заботиться о родителях, или муж (жена) отказывается жить с тещей (свекровью), или с появлением детей стала мала квартира; но суть, конечно, в дефиците любви, жалости, сострадания: «о, хуже чем укусы злой змеи, / детей неблагодарность…»[51]. В старости так доходчива восточная притча о старике, которого сыновья приговорили сбросить со скалы в деревянном ящике; он посоветовал сберечь ящик: пригодится в будущем их сыновьям, для того же применения.

И, может быть, позволительно предположить, что жестокосердие посеяно равнодушием, холодностью самих родителей, которые принуждали усыпить больную кошку, выбросить на улицу шумную собаку, расстаться с неподходящим приятелем, а к посылке в пионерлагерь цепляли записку: «не давай другим!», в общем, обучали в любых обстоятельствах смело и решительно предпочитать собственный своекорыстный интерес великодушию и дружеству.

Все главные ошибки, ведущие к разочарованиям, душевному опустошению и апатии, совершаются в юности: скучная профессия, поспешная женитьба, амурные делишки, эгоизм, жажда удовольствий, лень, профуканное безвозвратно время. Нынешние родители, считая нравственные стандарты относительными, не видят ничего дурного в корыстолюбии и ловкачестве, как и в незаконных сожительствах и случайных связях; теперь вещам, о которых их дедушки и бабушки узнавали, как правило, только после свадьбы, детей обучают в школе.

Молодежь чуть не поголовно устремилась в юристы и экономисты: по наивности, под впечатлением мелькающих в телевизоре гладких менеджеров и адвокатов, под давлением родителей, которые руководствовались спросом на специальность и соответствующей зарплатой, не заботясь, будет ли ребенку интересно всю жизнь сутяжничать или считать чужие прибыли, задыхаясь от ненависти к их получателям и облекая зависть в термины морального негодования.

Святитель Лука (ВойноЯсенецкий) в юности рисовал и желал стать художником, имел для того все данные и даже начал учиться, но совесть диктовала служить народу , быть полезным людям – и он выбрал медицину, и какую красивую прожил жизнь! Теперь же навязывают профессию родители, общественное мнение, мода, а тянуть скучную лямку предстоит самому, помирая от тоски и утешаясь изнурительными развлечениями.

Постылая работа ведет к преждевременному душевному одряхлению: сколько людей еле влачатся по жизни, мечтая о пенсии. Если профессия согласуется с внутренней потребностью, меньше устаешь и не болеешь, а кто в юности последовал чужой воле, тем всю жизнь владеет неуверенность, тревога, брюзгливость, склонность к депрессии и прочим нервным болезням – таким человек скорей всего пойдет и в старость, ничего не изменится.

Афинский правитель Солон (635 – 559 до РХ) навеки оставил по себе память как мудрейший законодатель; один из его законов гласил: «Если отец не научил сына никакому делу, то такого отца такой сын не обязан содержать в старости». У нас немало чрезмерно богатых личностей, избалованные отпрыски которых, взрослея, ожидают от жизни наслаждений, а от окружающих восхищения; они получают к совершеннолетию квартиру, к свадьбе автомобиль, ни в чем не знают отказа и что, благодарны? Именно они оказываются порой несчастнее всех: не имея стимула к активной, осмысленной деятельности, погружаются в наркотики, пьянство и прочие способы забвения. Может случиться, родитель умрет или разорится, а они привыкли ко всему готовому и не научены противостоять противным ветрам и отвечать требованиям реальности.

Запад то и дело сотрясают общественные движения, связанные с новейшими теориями в области психологии и педагогики; последние эксперименты с углублением в «самооценку»[52] породили поколение яппи , лишенное идеалов, озабоченное лишь утверждением собственной персоны за счет престижа и денег, уверенное в полном праве обладать всем лучшим на свете. Эта болезнь распространяется в геометрической прогрессии и в нашем отечестве: мы то и дело сталкиваемся с людьми, которые демонстративно пребывают внутри своего эгоизма и уже не способны выйти за рамки единственного интереса – к самому себе; они входят в наш дом с экрана телевизора, красуются на обложках журналов, встречают нас на работе и в собственной семье; нарциссы, не заботясь о будущем, взращивают подобных себе нарциссов.