Страница 77 из 100
"Сохраняйте, что Господом и Его Св. Апостолами предано Церкви и что одно поколение христиан передает другому. Напомнить о сем понуждаюсь того ради, что ныне много лживых учений ходит между нами, учений растлительных, подрывающих основы веры... Поберегитесь, ради Господа, от сих учений. Есть камень, коим испытывают золото. Испытательным камнем да будет для вас св. учение, издревле проповедуемое в Церкви. Все несогласное с сим учением отвергайте, как зло, каким бы титлом благовидным оно ни прикрывалось". (Прощание святителя Феофана с Владимирской паствой перед уходом в затвор).
"Мы переживаем ужасныя времена, по-видимому, последния. И хотя день и час будущего Страшного Суда никому из людей неизвестны, однако, есть уже признаки приближения его, указанныя в Евангелии... Ибо наступило уже предсказанное в Писании отступление от веры... Чего ожидать впереди, если будет продолжаться такое безверие, такая испорченность нравов, такое безначалие? – Лучшаго ничего ожидать нельзя, а худшаго без всякаго сомнения. "Бог поругаем не бывает" (Гал. 6, 7). Полно глумиться над Богом, полно попирать Его святые законы. Он скоро придет, но придет судить мiр и воздать каждому по делам его. Может быть скоро услышим мы грозную весть: "Се Жених грядет в полунощи"...
"Нужно нравственное очищение, всенародное глубокое покаяние, перемена нравов языческих на христианские... омоемся слезами покаяния, очистимся, примиримся с Богом, и Он примирится с нами". (Новыя слова о. Иоанна Сергиева, произнесенныя в 1906/7 гг. и слово на 1 марта 1881 г.).
И будем твердо помнить: без покаяния нет спасения!
Чему учит нас великий проповедник покаяния?
"Час присно провидя суда, рыдал еси горько, Ефреме, яко любобезмолвный, делателен же был еси в делех учитель, преподобне, темже отче всемiрный, ленивыя воздвизаеши к покаянию".
(Кондак преп. Ефрему Сирину).
Такими словами св. Церковь прославляет великого проповедника покаяния – преподобного и богоносного отца нашего Ефрема Сирина, имя которого так тесно связано с Великим постом и память которого празднуется всегда незадолго до наступления Великого поста – 28 января ст. ст.
Кто не знает умилительной молитвы преп. Ефрема: «Господи и Владыко живота моего...», без которой невозможно представить себе великопостного Богослужения? Но мало кто из современных мiрян знает, что и другие письменные творения преп. Ефрема – его изумительные по силе глубокого покаянного чувства вдохновенные назидательные поучения включены св. Церковью в круг великопостного Богослужения, в виде особых, положенных уставом, «чтений». Наряду с великим покаянным каноном преп. Андрея Критского, и эти дивные поучения преп. Ефрема (которые – увы! – вовсе не читаются теперь в приходских храмах) таковы, что «и самую жесточайшую душу довольны умягчити и к бодрости благой воздвигнути» (синаксарь четвертка 5-й седмицы поста).
Многоплодовитый духовный писатель и проповедник преп. Ефрем Сирин оставил после себя множество замечательных и разнообразных по содержанию письменных творений, высоко оцененных Св. Церковью. Соотечественники его наименовали его «пророком сирским», но слава его вскоре распространилась далеко за пределами его отечества во всей Вселенской Церкви, великим отцом и учителем которой он стал на все последующие времена.
Блаженный Иероним пишет о нем. «Ефрем, диакон эдесский, достиг такой славы, что в некоторых церквах сочинения его читаются публично после Священного Писания». «Прославлять мне надобно того», говорит св. Григорий Нисский, «кто в устах всех христиан – Ефрема Сирина, того Ефрема, котораго жизнь и наставления сияют в целом мiре». Блаженный Феодорит не иначе называет преподобного Ефрема, как «чудным Ефремом», а св. Феофан – «великим Ефремом». Творения преп. Ефрема – истолковательные, догматические и песнопевческие – показывают в нем и глубокое знание Священного Писания и обширную ученость.
Но более всего прославился преп. Ефрем, как учитель христианской жизни и, в частности, как проповедник сокрушения сердечного. По свидетельству нашего выдающегося церковного историка Архиепископа Филарета Черниговского, «сочинения последняго рода составляют именную печать души преподобного Ефрема и вместе его славу на все века». Св. Григорий Нисский говорит, что «плакать для Ефрема было то же, что для других дышать воздухом, – день и ночь лились у него слезы».
Прославленный даром чудотворений, отрешившийся от всех земных привязанностей, отдавшийся непрестанной молитве, пощению, бдению, богомыслию, нестяжательности, но вместе с тем и милосердию, проявлявшемуся в деятельном служении ближним, необычайно смиренный подвижник, постоянно осуждавший себя, но в то же время ревностный и тонкий обличитель еретиков, неутомимый и глубокомысленный толкователь Священного Писания, искренний и искусный песнописец, редкий знаток человеческого сердца и пламеннейший проповедник покаяния и нравственного обновления, – преп. Ефрем, по словам св. Григория Богослова, вмещал в себе все то, что составляет отличительные черты человека по Богу.
Знание духовной природы человека, приобретенное путем постоянного самоуглубления, привело его, однако, к сознанию того, что самое необходимое для человека это – сокрушение сердечное и плач о грехах своих. И он сам постоянно плакал, и других в своих поучениях учил плакать, в строгом соответствии с второй заповедью блаженства: «Блажени плачущии, яко тии утешатся» (Матф. 5, 4). И поучения преп. Ефрема, с одной стороны, поражают и сокрушают душу страхом, но в то же время, исполняя ее глубокого умиления, утешают высокою неземною радостью.
Ни о чем другом так много не говорил и не писал преп. Ефрем, как о сокрушении сердечном, как о необходимости постоянно проливать слезы покаяния, потому что и сам он был проникнуть чувством глубочайшего сокрушения о грехах своих. Ни днем ни ночью не отступала от него эта мысль о грехах. «На ложе моем», говорит он в одном из своих умилительных песнопений: «помыслил я о Тебе, Человеколюбче, и в полночь возстал прославить благость Твою. Привел себе на память долги и грехи свои и пролил потоки слез. Ободряли меня разбойник, мытарь, Мария-грешница, Хананеянка, и также кровоточивая и Самаряныня при кладезе водном. Они говорили мне: «возстань, умоляй о щедротах; Господь твой исполнен щедрот».
Полный сокрушения сердечного, преп. Ефрем старается и других расположить к такому же смиренному сознанию своих грехов, причем всегда выставляет наперед свое собственное недостоинство. «Будьте, по сердоболию», говорит он в одном своем поучении: «сострадательны ко мне, братие... склонитесь на воззвание человека, который обещался благоугождать Богу, и солгал Сотворившему его; – склонитесь, чтобы ваших ради молитв избавиться мне от обладающих мною грехов. С детства стал я сосудом непотребным и нечестным... Увы ми, какому подпал я осуждению! Увы мне, в каком я стыде... Подлинно, у меня только образ благочестия, а не сила его».
Стараясь в других возбудить сокрушение, он прежде стремится возбудить его в себе: «Сокрушайся, душе моя, сокрушайся о всех благах, которые получила ты от Бога и которых не соблюла. Сокрушайся о всех злых делах, которые совершила ты! Сокрушайся и кайся, чтобы не предали тебя во тьму кромешнюю». Вслед за тем обращается он и к другим: «Приидите, братие мои, приидите отцы, приидите рабы Христовы, сокрушим сердца свои и будем день и ночь плакать пред Господом... Приидите, в сокрушении и в простоте сердца припадем к Богу; потому что Он благ и милосерд и спасает кающихся».
Весьма характерны и важны последние слова этого призыва.
Они, как и многие другие места его творений, в корне опровергают многих современных светских ученых, далеких от духа истинного христианства (см. например, курс «Истории Русской Словесности» проф. В. В. Сиповского, ч. I, вып. II стр. 32), будто преп. Ефрем был пессимистом – мнение, которого держатся об истинном христианстве вообще современные мнимые христиане. Сокрушение преп. Ефрема отнюдь не было каким-то горьким безотрадным состоянием души. Во всех проповедях своих он обращает мысль слушателей к христианскому учению о благости Божией, а потому сквозь слезы в его словах сияет тихая небесная радость, истекающая из сердца, полного любви к Богу и крепкого упования на своего Спасителя. Слезы его были слезами не мрачного безотрадного отчаяния, как это было бы свойственно пессимисту, а слезами сладкого умиления. И сам он никогда не был мрачен с виду. «Лице Ефрема», говорит св. Григорий Богослов: «цвело и сияло радостью, тогда как ручьи слез лились из глаз его. Ефрем и там, где говорит о сокрушении, возносится мыслью к благости Божией, изливает благодаренье и хвалу Всевышнему. Во всех словах и делах его исторгалось из души его псаломское слово: «На Него упова сердце мое» (Пс. 27, 7). И между наставлениями его видим мы целые размышления «О любви к Господу», «О блаженствах» надежды и проч. Оттого-то в поучениях преп.