Страница 12 из 37
Что же касается Гарри – то он неуступчив по отношению к мировому злу, но бывает податлив по отношению к самому себе. Как и все мы, и особенно дети, в которых вообще поразительно сочетаются бездны альтруизма и само-собой-разумеющегося эгоцентризма.
«Гарри - сусальный сказочный мальчик, идеальный персонаж? Вовсе нет. Он не всегда сдержан (впрочем, с Дурслеями сорвался бы любой), он бывает близорук и даже жесток (по-детски, когда чужая боль еще плохо осознается), бывает слишком самонадеян, бывает мстителен. И - Гарри сталкивается с искушением. "Ты мог бы многого добиться в Слизерине" - шепчет ему волшебная шляпа-сортировщица. Во второй книге Гарри на время оказывается изгоем, потому что все уверены: это он - "Наследник Слизерина", черного мага. Гарри балансирует на "темной стороне Силы", и не срывается туда только потому, что его выбор каждый раз - это нравственный выбор. С самого начала Гарри знает, что из него получился бы сильный маг, согласись он играть в "черной команде". Но Гарри отказывается - не потому, что он "просто милый", а потому что он действительно хороший человек, он принимает правильные решения и они даются ему нелегко… В этих книгах заданы правильные нравственные ориентиры, в них честно сказано о цене, которую человек платит за право быть смелым, честным и добрым»87.
В пятом томе («Гарри Поттер и Орден Феникса») всякая сказочная сусальность с Гарри слезает окончательно. Читатели «Гарри Поттера» подросли. Им, как и главному персонажу, уже по пятнадцать. Соответственно изменился жанр книги. Это уже не волшебная сказка. Теперь это психологический роман в сказочной упаковке. Чудеса теперь не важны, не интересны, они перестают держать на себе сюжет. Главная проблема теперь уже совсем не в том, чтобы овладеть «заклинанием трансформации». Теперь главный сюжет книги – это классическая подростковая проблема: проблема реального (или мнимого ) одиночества подростка.
Вот уж на что, казалось, Гарри не мог быть обречен. После своих триумфальных побед в первых четырех классах (и томах) он должен был бы стать всеобщим героем и любимцем… Но в дело вмешивается пресса. И, снова приехав в школу после летних каникул, Гарри узнает о существовании яда, о котором им ничего не говорили на уроках магии: о пиар-кампаниях.
Гарри по сути один. Дамблдор с ним не разговаривает. Первая влюбленность рушится (Гарри высказывает вполне трезвую мысль, что в школе важнее изучать не астрологию, а то, как мальчик может понять девочку). Гарри даже желает бросить учебу в Хогвартсе. Усложняются его отношения с родителями (хотя те и мертвы, но теперь Гарри узнает об отце нечто, что ему совсем не нравится88).
Подросток злится. Срывается. Хамит. Более того – «Гарри чувствовал дикое удовольствие, обвиняя Снегга»… Герои сказок так себя не ведут. Они слишком примитивны, условны, чтобы быть настолько живыми. В сказках зло внеположно по отношению к доброму персонажу. Но в жизни-то иначе: «Не понимаю, что делаю: потому что не то делаю, что хочу, а что ненавижу, то делаю. Доброго, которого хочу, не делаю, а злое, которого не хочу, делаю… Бедный я человек!» (Римл. 7, 16-24). Вот и Гарри знает, что ему нельзя видеть «наведенный» Волан-де-Мортом сон, и все же сам себе признается, что на самом-то деле ему интересно, что там за дверью и вовсе не хочется, чтобы сон перестал повторяться. Гарри предстоит понять, что нет границы «зло – и я». Зло, грех нужно увидеть в себе и победить в себе же, а не в соседе.
Но самое удивительное – это то, как вводится эта тема в повествование. С самого начала пятого тома Гарри ищет в своих снах некую тайную комнату. Затем он понимает, что на самом деле через его сны эту комнату ищет Волан-де-Морт. Затем он предполагает, что в этой комнате хранится какое-то страшное оружие. А оказывается, что хранится там всего-навсего пророчество о самом Гарри и его схватки с Темным Лордом. Тайное оружие – это, оказывается, самопознание. Знание себя и – больше – знание Замысла о себе. Того Замысла (логоса), которому ты должен соответствовать и до которого ты должен дорасти - как бы тебе порой ни было больно и как бы тебе не хотелось свернуть к обычной растительной жизни.
Гарри смотрит в прошлое своего отца (когда тот сам был 15-летним) и видит в нем отражение своих собственных нынешних худших черт. Читатель-подросток сможет то же самое сделать, смотрясь в отражение пятого тома «Гарри Поттера». Именно дурные черты Гарри дают возможность превратить чтение сказки в урок самопознания89.
Вновь скажу: в пятом томе сюжет строится вокруг психологических проблем растущего Гарри. Это психологический триллер. Сюжет развивается медленнее. Более того, именно с сюжетно-авантюрной точки зрения пятый том – это некая пауза. В конце четвертого тома Волан-де-Морт вернулся. Естественно ожидать решающую битву уже в начале следующего тома. Но вопреки этим ожиданиям лишь последняя глава пятого тома таит в себе обещание (и только обещание) грядущих действий: «Вторая война начинается».
Разговоров больше, чем действий. Описаний внутренних переживаний Гарри больше, чем чудес. Читать толстенную книгу уже труднее (что отсекает более младших читателей, решивших перескочить через свой том и возраст)90. Как и всякий подросток, Гарри болезненно реагирует на несовершенство других и в упор не видит свои настоящие проблемы. Поскольку перед нами не учебник по психоанализу, то эта слепота Гарри проявляет себя в его неспособности противостоять своему главному магическому врагу. В пятом томе Гарри становится одержимым: отказываясь брать горькие уроки, он делает свой собственный ум беззащитным перед Темным Лордом. Замечательный поворот сюжета: после четырех побед Гарри сам становится невольным орудием Волан-де-Морта. Подростковая самонадеянность получает суровый урок.
Еще более страшный урок дает шестой том. Гарри, чья ненависть к Снеггу небезосновательно растет из года в год, откровенно желает ему смерти: «Эта должность проклята. Никто еще не продержался на ней больше года. Квирелл так и вообще погиб. Я лично буду дерать скрещенные пальцы – может, еще кто помрет… - Гарри! – укоризненно воскликнула шокированная Гермиона»91. В конце тома обнаруживается, что Гарри оказался страшно прав. Как «избранный», он верно ощутил будущее: еще одна смерть ждала их в конце года. Верно оказалось и то, что Снегг уже не появится в Хоггвартсе. Но смерть пришла не к ненавистному Снеггу, а любимому Гарри Дамблдору. Его убил Снегг. Но по мольбе самого Дамблдора (не сомневаюсь, что в финале седьмого тома окажется, что Снегг все же был на стороне сил добра)… Гарри возжелал смерти человека (пусть и на минутку) – и получил самый страшный ответ. Как говорил блаж. Августин – «Остерегайся своих мыслей, ибо мысли слышны на небесах»92.
Христианский педагог при чтении пятого тома сказал бы, что уроки ментальной защиты и в самом деле – главное, чему должен научиться христианин, если он желает вести духовную брань. Надо научится защищать свой ум, очищать его, не позволять злой воле вторгнуться в него. Оказывается, твое сознание – не всегда и не во всем твоя собственность. И завещание Гарри от Дамблдора – «Помни, закрывай свой разум!» - это уже повод всерьез рассказать о православной аскетике, «хранении помыслов», «трезвении ума» и «фантастических логосах».
В конце концов оказывается, что пятый том – хотя и не победа для Волан-де-Морта, но несомненное поражение для Гарри Поттера.
В шестом томе главная тема – тема жертвы. Или Гарри или Дамблдор должны выпить яд. – «Но почему я не могу выпить это зелье вместо вас? – отчаянно спросил Гарри. – Потому что я намного старше, умнее и представляю намного меньшую ценность, - ответил Дамблдор»93.
Одну победу, впрочем, Гарри все же одерживает: зная о своей вине, зная свои темные стороны, он все же не оставляет борьбу (ни с собой, ни с Тем-Кого-он-может-называть). Мир Гарри становится сложнее. А, значит, - реальнее94.
Увы, не только сказочность, но и реализм «Гарри Поттера» ставят ему в вину православные критики. Да, Гарри непослушен. А много ли есть сказок, в которых мальчики представлены всецело послушными? И любят ли эти сказки дети? И хорошо ли для растущего мужчины быть всецело послушным?