Ерёмина В. М.

Поэтому в этом как бы просвещенном народе в тоже время оставались многие языческие навыки: обрядовые и бытовые (лешие, домовые, русалки, культ предков и так далее). То есть десятину церковную немецкие епископы брали, а вглубь не шли. Как писал впоследствии профессор Малышевский: “занято было больше доходами, да интересами епископской власти”.

Но все же, церковное устроение от немецкого духовенства Моравия получила в конце 20-х и в 30-е годы IX-го века.

Патриарх Фотий посылает солунских братьев просвещать Моравию заново, как бы и в нарушение правил;10 но глубинно - он был прав. Поэтому и возник спор, так как затронуты интересы двух епископий: Зальцбургской и Пассавской, и разрешать спор был приглашен король Людовик Немецкий.

Однако еще в 855 году совершилось под руководством благоверного князя Ростислава освобождение Моравии государственное от немецкого протектората.

864 год – военный конфликт князя Ростислава с Людвигом Немецким. В этом случае Римский папа Николай I заявил, что благоволение святого престола на стороне Людвига Немецкого.

В эту, можно сказать, церковно-государственную брешь и вклинивается Фотий. Он готовит преемников – кому передать эстафету знаменосца православной веры. И поэтому учители словенские выступают уже как эмиссары патриарха Фотия и при поддержке государя Моравского.

863 – 867 годы славянская миссия Константина Философа (Кирилла) и Мефодия в Моравию. Ростислав и Людвиг довольно быстро заключили перемирие, а потом и мир. Но папа Римский Николай I и его преемник Адриан II живейшим образом заинтересовались – что же это за новая славянская азбука и что же это за способ произнесения проповеди на родном языке.

Написано же в посланиях и в Деяниях апостолов – о “даре языков”, о чудесно возникающей способности говорить на любом иностранном языке. Но как писал Григорий Богослов и затем и Иоанн Златоуст – “духовные дары – это предмет ныне неизвестный”, а неизвестный потому, что охладела любовь. Хотя, если охладело сердце, то еще довольно жив ум. Поэтому оба Римские папы, и Николай I и Адриан II, обнаруживают явную заинтересованность и желали бы ознакомиться с новой славянской азбукой и переведенным Священным Писанием на родной язык каких-то варваров. Во всяком случае – это было добровольное любопытство и, самое главное, что со стороны первоиеерарха, которому подчинялись епископы западных областей и в том числе и Зальцбургский и Пассавский.

В 867 году был низложен патриарх Фотий и поставлен патриарх Игнатий, которому все идеи Фотия о северных народах было абсолютно чужды. Игнатий занимался малым ареалом, то есть Константинополем и устоявшейся Византией. Поэтому дела в Моравии у славян его не интересовали.

Эти два события и предопределили – почему Кирилл и Мефодий направились за благословением не в Константинополь, а в Рим.

Характер проповеди Константина Философа и святых братьев.

Они начинают не с истин вероучения и уж тем более не с догматических проблем. То есть они не рассматривают со своими начинающими учениками вопросов: тринитарного, христологического, сотериологического – богословие не для младенцев. Но Кирилл учит грамоте сразу же по богослужебным книгам. Сказано: “научил их суточному кругу”, то есть утрени, часам, обедни (то есть обедницы – без священнических молитв), вечерни.

Обычно обучение грамоте производится или на бытовом материале, или на сниженно - культурном материале – плохие стихи, как бы для детей.

О Христе славяне какое-то понятие имели – все-таки хоть как-то, но здесь побывали немецкие латинские священники. Но позднее, после того, как равноапостольный Мефодий получил посвящение в Риме и прибыл в Моравию на законном основании – архиепископ Моравский, любимый народом, окруженный учениками, с которыми и продолжает дело просвещения. То есть, если с кем у него и могут быть конфликты, то только с государем той страны.

Святые братья проводят в Моравии 40-к месяцев, то есть без малого 3,5 года. Наконец пришла пора посвятить подготовленных учеников в священнический сан, а и сам святой Мефодий не имел еще сана (в то время игумен не обязательно - пресвитер).

Братья направляются в Рим. Их задачей было убедить самого папу в истинности и в богоугодности их апостольских трудов.

Была еще немаловажная причина, почему святые братья направились непосредственно в Рим: надо было прекратить нападки латино-немецкого духовенства, хотя и тяготевшего скорее к светской власти (королю Людовику Немецкому), но церковно подчиненного Римскому папе. И Константин Философ решается на неожиданный, казалось бы, шаг: убедить самого Римского папу; тогда и латинский клир уже не сможет вмешиваться в дело просвещения славян.

И папа Николай I (живой человек!) идет навстречу: он сам пожелал видеть этих новых апостолов у себя в Риме и в 867 году последовало прямо в Моравию приглашение: Моравским проповедникам придти в Рим – желания встретились! – милость и правда готовы облобызаться.

Святые братья, не торопясь, двинулись в Рим. Путь лежал через Паннонию (территория современной Венгрии; тогда – славянская земля). Князь Паннонский Кочел (или Коцел) захотел и у себя ввести богослужение на славянском языке – и дал от себя святым братьям 50 молодых людей для обучения славянской грамоте.

И вот Кирилл и Мефодий следуют в Рим, преднеся пред собою недавно перед тем обретенные (при непосредственном участии святого Кирилла) и торжественно прославленные мощи свящмч. Климента, папы Римского (видимо, шли в Рим вновь через Корсунь); но главу оставили в Корсуни; глава ныне в Дальних пещерах Киево-Печерской Лавры, прославлена мироточением (истечение святого мира возобновилось в 1988 году, после открытия Киево-Печерской Лавры).

Вся депутация прибыла в Рим уже в 868 году; папа Николай I уже скончался, папский престол занимает Адриан II, человек живого ума и доброжелательного сердца.

Рим торжественно встречает святые мощи священномученика Климента. Множество духовенства, во главе с папой Адрианом II выходят навстречу большим крестным ходом. Естественно, и святым мужам, которые удостоились обрести святые мощи (Кирилл особенно) оказан радушный прием. Мощи же святого Климента вскоре же были прославлены в Риме многими чудесами.

Вскоре же святые братья приняты папой по делу о богослужебном языке и внимательно им выслушаны. И папа решил собрать для разбора дела о новом богослужебном языке и трехъязычной доктрине Собор (поместный) – в Венеции. И на него приглашают святых братьев отстаивать – не свою правоту, но убедить весь собор, что дело это есть дело Божие.

Вкратце рассмотрим ход собора, особенно, критерий, который был принят на соборе. Этот критерий – не апостольский; слишком много изменений произошло. Тогда ведь не было чина богослужений (чин литургии ап. Иакова не был известен, да и шел по-древнееврейски, против чего никто не спорил).

И был признан другой критерий: авторитет святости позднейших учителей Церкви. И на нем утверждается святой Кирилл; он указывает, во-первых, на прецедент святителя Иоанна Златоуста: Иоанн Златоуст благословил служить литургию на готском (восточно-немецком) языке для пленных готов в Константинополе; во-вторых, на уже существующую практику богослужения на национальном языке у армян, персов и сирийцев и до монофизитского раскола. Нечего и говорить, что святой Кирилл, имевший к тому времени солидный опыт богословского диспута, блестяще отразил все нападки. “Трехъязычная доктрина” была собором отвергнута и получила название трехъязычной ереси, каковое определение сохраняется за нею и по сей день.

Папа Римский Адриан II освятил (притом в алтаре!) священные книги на славянском языке и разрешил употребление национального языка в богослужении, не исключая и литургии. Более того, литургия на славянском языке была отслужена в главных Римских церквах.

Сам святой Кирилл (принявший схиму перед сметью с этим именем) произвел глубокое впечатление и на папу и на римское духовенство. Его и в ватиканских актах того времени и в последующих именуют мужем апостольской жизни. Святой Кирилл скончался на следующий год, 14 февраля 869 года, и был погребен в церкви святого Климента, того самого мужа Апостольского, чьим он стал и духовным наследником и ревнителем его памяти.