Страница 136 из 185
, а нужно верить и работать на благо Церкви, на благо русского общества и советского государства. Не подлежит никакому сомнению, что православные христиане должны быть лучшими гражданами нашей Родины... В нынешней атмосфере внутренней пустоты и внутреннего одичания они должны явиться подлинной силой, подлинным здоровьем, подлинной опорой нашего русского народа и нашего Государства, - и так оно несомненно и будет во славу Божию и к торжеству нашей Православной Церкви!»20.
Последующие события показали, сколь наивными и несбы 534 точными явились надежды на «национально-патриотическое» перерождение советской власти. Тогда, однако, казалось, что по некоторым признакам вполне можно предполагать внутри партии наличие некоторых здоровых тенденций. В 1980 году например, в свет вышла книга Ф. Нестерова «Связь времен», вскоре удостоенная первой премии и диплома на всесоюзном конкурсе общества «Знание», признанная «лучшим произведением научно-популярной литературы».
Весь пафос этого своеобразного национал-большевистского манифеста был направлен на подчеркивание «национально-исторических особенностей России», борьбу с русофобией и развенчание «нигилистических концепций русской истории». Увы, как показали дальнейшие события, яд идеологического догматизма оказался слишком силен даже среди «государственно-национального» партийного крыла, а позиции русофобского, космополитического ядра в аппарате, напротив, - слишком прочными... Второй вариант реформирования СССР (
«западнический», в противоположность первому, «славянофильскому») предполагал, так же, как и первый, смену господствующей идеологии - но совсем в ином направлении и с иными целями. За образец в этом случае принималась некая идеальная модель «цивилизованного правового демократического государства», в которой легко угадывались все главнейшие черты традиционного западноевропейского политического и хозяйственного уклада.
Излишне говорить, что она практически полностью отвергала русский исторический опыт государственного строительства и общественного устройства. Более того, все национальные, самобытные особенности русской жизни, приходившие в противоречие с этой искусственной схемой, рассматривались - в лучших традициях большевизма - лишь как препятствия «на пути реформ», которые надо обязательно преодолеть.
Иначе говоря, пролетарский интернационализм уступал свое «почетное» место идеологического фундамента режима интернационализму демократическому - только и всего. Первые же годы «перестройки» не оставили сомнении в том, какой из вариантов будет в итоге выбран для реформирования страны. Выступая на XXVII съезде КПСС в феврале 1986 года, Горбачев недвусмысленно призвал партию быть бдительной, когда «под видом национальной самобытности в некоторых произведениях литературы и искусства, научных трудах предпринимаются попытки представить в идиллических тонах реакционно-националистические и религиозные пережитки…»21 Последующие годы многое изменили в его политической позиции, но ее подчеркнутый космополитизм никогда не ставился под сомнение.
535 Сегодня мы имеем возможность оценить первые плоды такого реформирования. Единое государство разрушено. Русский народ расчленен на части границами новоявленных «независимых государств». Россия отброшена в своем территориальном развитии на триста пятьдесят лет назад. Общество оказалось совершенно беззащитным перед шквалом безнравственности и цинизма, обрушившегося на людей со страниц «свободной» прессы и экранов телевизоров.
Церковь подвергается бешеным атакам еретиков и сектантов, понаехавших в Россию со всего света, чтобы «просветить» русских варваров. Ростки здорового национально-религиозного самосознания погребены под грудой нечистот «масс-культуры» и фальшивых ценностей «общества потребления». Страной по-прежнему правят богоборцы, космополиты и русоненавистники... Катастрофа состоялась.
*** И было бы все это нестерпимо больно и безпросветно, если бы не утешала нас вера Православная, если бы не являла собой русская история поприще дивного промышления Божия; поучительную картину многочисленных чудес - религиозного подвижничества, государственной мудрости и воинской доблести - всякий раз спасавших Россию в смутные годины общественных бед и несчастий.
«Егоже любит Господь - наказует; биет же всякого сына, егоже приемлет» (Ев р. 12, 6) - поучает нас священное Писание. Издавна хранит церковное предание свидетельства того, что редкие избранники Божий - хранители особых благодатных даров - особым же подвергались испытаниям и скорбям, дабы самим делом явить свою верность Господу, свою готовность на жертву и благое произволение души.
Такова и судьба Святой Руси - с момента ее чудесного крещения в днепровском потоке и до сего дня, омраченного, увы, предательством и злобой, ложью и лицемерием. Но не вечно тому быть, ибо - верую! - не до конца прогневался на нас Господь. «Будет шторм, - предсказывал еще в феврале 1917 года оптинский старец Анатолий. - И русский корабль будет разбит.
Но ведь и на щепках, и на обломках люди спасаются. И все же не все погибнут. Надо молиться, надо всем каяться и молиться горячо... Явлено будет великое чудо Божие, да... И все щепки и обломки волею Божией и Силой Его соберутся и соединятся и воссоздастся корабль в своей красе и пойдет своим путем, Богом предназначенным. Так это и будет явное всем чудо»22.
Ныне все зависит от нашей готовности к духовному труду, 536 внутреннему религиозному возрождению. Воспрянем же - и с Божией помощью сможем одолеть все преграды, всех врагов, сколь бы ни были они страшны и многочисленны! Сие и буди, буди. Аминь. СВЯЩЕННОЕ И СТРАШНОЕ ДЕЛО ВЛАСТЬ…. ВМЕСТО ПОСЛЕСЛОВИЯ «Я есмь Альфа и Омега, начало и конец, говорит Господь, Который есть и был и грядет, Вседержитель». (Апок. I, 8)
ВЛАСТЬ как сила - действовать, влиять и определять ход событий на земле - издавна считалась основой всякой общественной организации, всякой упорядоченности и государственности. Божественное, трансцендентное происхождение этой силы, а следовательно, и Верховной власти на протяжении тысячелетий человеческой истории не подвергалось сомнению, служа прочной религиозной основой человеческого общежития равно в Ассирийском Царстве и Древней Персии, в Римской Империи и Арабском Халифате, в Византии и на просторах Российской Державы.
За полтора тысячелетия до Рождества Христова провозгласил Господь устами пророка Своего: «Видите ныне, что это Я, Я - и нет Бога, кроме Меня: Я умерщвляю и оживляю, Я поражаю и Я исцеляю, и никто не избавит от руки Моей» (Втор. 32, 39). Непостижим всемогущий Промысел Божий, и лишь многовековой, благодатный церковный опыт являет тем, кто способен его разуметь, как болезни и скорби, страдания и несчастья этого мира вопреки дьявольской воле их устроителей соучаствуют 538 в Домостроительстве спасения человеческого, созидая чертоги вечного блаженства тому, кто – выстояв под напором разнообразных бед - остался верен Истине и Любви.
Признание этого непреложного факта заставляло наших благочестивых предков искать прочную духовную опору державным формам традиционной российской государственности. Ныне, когда после тяжких десятилетий духовного порабощения душа народа с трудом освобождается от гибельных оков вульгарного материализма и воинствующего богоборчества, нам как никогда важно вернуть утраченное было понимание здравых основ государственного устройства.
Для этого необходимо открыто утвердить его религиозно-нравственные опоры и принародно, гласно обличить гибельную ложь секуляризованной, бездуховной формы устройства российского общества, в какие бы «благонамеренные» и «цивилизованные» одежды она ни рядилась... ДУХОВНЫЕ ОСНОВЫ ГОСУДАРСТВЕННОСТИ «КАЖДЫЙ христианин, любя весь мир человеческий, который находится под управлением одного Царя Небесного, в то же время должен иметь особенную любовь к своему Отечеству - ибо Отечество сие не произвольно им выбрано, но Самим Богом указано ему посредством рождения.
Соотечественники связаны между собой одной верою, общим происхождением, языком, обычаями, законами, воспоминаниями о славе и бедствиях предков, памятью о знаменитых войнах и царях. Отечество освящено для человека благодеяниями Божиими, в пределах его свершенными. Что же собственно до Русской земли, то она не иначе и называлась прежде в истории, как «Святая Русь», «святая земля». Почему же?
Именно в смысле особенных чудесных благодеяний Божиих к ней, а также по великому множеству людей, мученически проливших кровь свою за Отечество, и по обилию угодников Божиих, которые почивают в ней мощами. Посему не любить Отечества и предпочитать ему другие государства столь же низко и неблагодарно, как не любить родителей своих, оказывая привязанность к посторонним лицам, непричастным к рождению и воспитанию.