Страница 15 из 64
Но человеческая душа для Береславского не просто «искра» божества, по его представлениям душа имеет более сложную структуру. «При сотворении человека Божественный Творец придал душе Адама два чудных состава: божественное умащение – невидимое масло, растворенное в сердце; и целительную каплю росы – человеческий состав». «Божественное умащение в сердце…». Человеческое сердце зачастую выступает в качестве синонима понятия «душа». Как божественное Сердце содержит в себе мировую душу и является средоточием внутрибожественной жизни, точно также и человеческое сердце олицетворяет его духовную суть: «Сердце – духовное средоточие человека». Здесь же следует заметить, что для БЦ характерно ветхозаветное (Лев.17,14; Втор.12,23 и др.) представление о крови как носителе души. Так вот, «божественное умащение» это, судя по всему, та божественная субстанция, которая находится «на дне», «в сердце каждого, в основании души».
«Человеческий состав» в первую очередь ассоциируется с телесной составляющей человеческой природы, но от этой версии вскоре приходится отказаться, т. к. в следующем же абзаце мы узнаем, что результатом грехопадения может быть утрата не только «божественного умащения», но и «человеческой капли», при этом человек не лишается тела, а как бы превращается в робота. Уже само слово «состав» указывает на нечто сложное, состоящее из частей. В «марианских» текстах эти составные части называются «частицами души», «крупицами», «печатями». Причем комбинация («состав») этих печатей понимается как некий эквивалент личности и представляет собой «идеальную структуру личности»: «Любая личность лишь посредник, маска, образ, и отождествление с ней несет определенные печати». Но более подробно о «человеческом составе» будет сказано чуть позже. Изначально человеческая душа (Атман) не имела никаких печатей. Адам и Ева в раю созерцали божественную Славу, которая еще именуется «Сокровищницей добродетелей» или просто «Сокровищницей», и является ни чем иным как «Непорочным Сердцем Божией Матери». При этом души первых людей должны были получить определенные печати, которые также называются «добродетелями». По сути «добродетели» это «семена Божественного Логоса», т. е. все те же божественные идеи, содержащиеся в «Непорочном Сердце».
«Эти добродетели трансцендентны, они надстояли над совершенной человеческой природой. Ими надлежало окормляться, они составляли то движущее, организующее и окормляющее начало, которым питалась эта природа. Имея эти добродетели, окормляясь и питаясь ими, восходя в них к Славе, совершенный Адам и Ева <…> созерцали Славу Божию». Усвоение душой божественных добродетелей «не присущих человеческой природе как таковой» означает принятие человеком «образа Божия». Посредством своих логосов-добродетелей Бог вселяется в человеческую душу (или сердце) «как образ, преподнесенный свыше», причем стяжание этого «образа» равнозначно видению лица Божия. Возможно, здесь раскрывается загадка божественных «Лиц». Судя по всему, они также образуются печатями, иначе как можно объяснить, почему Мария называется «полнотой всех ипостасных свойств» Христа? Единственным объяснением может быть указание на общность идеального мира, заключенного в их Сердце.
Если в православном понимании Образ Божий связан с личностной душой человека («Образ Божий – это наше глубинное “я”»), при этом душа, как и Божество, проста и не имеет определенной формы, ей чуждо всякое сложение и разложение, то для БЦ, который учит о безличии Бога, такое понимание неприемлемо. Личность как образ подменена набором божественных логосов. Поэтому выходит, что человек подобен Богу не как уникально-личностное, вечное и свободное существо, а как «воплощенное божество», как некий оттиск божества, «клонированный» бог.
Как следует из «марианских» сочинений, первоначальный замысел Божий о человеке не осуществился – человек отпал от Бога. «Последовало отступление Сокровищницы» – снова намек на легенду об изгнании шехины – и «отнятие сверхъестественных добродетелей», вследствие чего люди «потеряли образ Божий». Подобное заявление было бы не возможно для православного богослова, т. к. человек не обезличился в результате грехопадения, а, следовательно, не мог потерять Образа Божия: «Образ есмь неизреченныя Твоея Славы, аще и язвы ношу прегрешений» – свидетельствует Церковь. Грех нанес ущерб только подобию Божию в человеке. «Державный катехизис» хоть и утверждает, что человек сотворен по образу и подобию Божию, четкого определения подобия Божия в человеке не дает.
2. 3. 3. Учение об источнике зла в человеческой природе.
Но человек не долго оставался «безобразным». Лишенный «семени Жены», Адам, некогда «рожденный для блаженства, принял семя греха». «Чадо падшего Адама было запечатано семью печатями греха от ангелов злобы». «Две печати из семи коренятся даже в нашем “тайном”». «Первая печать самая поверхностная, внешняя. Начиная с четвертой все печати держатся на блуде и гордости. <…> Седьмая печать снимается на Страшном Суде. <…> Последняя печать греха, печать Адамова». И божественные и дьявольские печати образуют в человеке «семя духовное, являющее собой лишь одно из двух начал: змия или Жены. Между ними положена вражда (Быт.3,15)». «Предназначение души – принять определенный образ в веке сем. Этот образ подается свыше Пречистой Девой или Ее соперницей».
От духовного семени следует отличать «семя душевное: генетический код, наследство состава души». Это и есть «человеческий состав» или личность человека. Как уже видно из самого определения, душевное семя наследуется от предков: «Ветхий состав душ скроен из частиц душ ближайших родственников по крови <…> приписываемое личному началу есть семя родительское, продолжение чужой души <…> в одном – душа матери, в другом двоюродного дяди». Но преимущественно дети усваивают материнскую и отеческую ипостаси. Человеческая душа превращается из Образа Божия в образ родителей, «собирательный портрет родового прошлого».
Хотя, по определению «Державного катехизиса» следует различать духовное и душевное семя в человеке, на самом деле разница между ними иллюзорна. Все, что связано с родом, в том числе и душа, носит для Береславского откровенно инфернальный характер. Душа понимается им как «блудный слепой, навязанный сатаной». «Генетический код наш, или наследие прошлого, – это <…> сосуд, предполагавший сокровище нетленное, но в котором оказались только змеи». От родителей человеку достается не душа в нашем понимании, а лишь греховные печати, включая и печати первородного греха: «Первый человек потому назван Адамом, чтобы знали, как по генетической цепочке из рода в род передается прародительский грех, умножаясь». В итоге, каждая душа запечатлевает в себе «грех совокупный, или Адамов, грех всего человеческого рода, грехи родовые, коллективные, родительские до четвертого поколения <даже до седьмого -д.И.>, грехи ближних, с которыми вступали в контакт». Совокупность греховных печатей (как унаследованных, так и приобретенных) носит название «греховная чаша». Весьма любопытно описание этой чаши: «Сосуд формы небольшого бокала, доверху полный черным ядом. Яд греха вашего, чадо Мое, столь силен, что от самой малой капли его умрет всякая тварь земнородная, вкусившая его». «Ныне призываются души с наибольшей греховной чашей».
Поскольку грех субстанционален, он наделяется рядом физических свойств: помимо ядовитости, грех наэлектризован, намагничен, токсичен, радиоактивен и заразен подобно вирусу, разносимому через бациллы.
Идеологи БЦ уподобляют совокупность душевных частиц «генетическому коду», но, в отличие от ДНК, структура души крайне неустойчива. Душу можно «раздробить» на составляющие частицы, «перегруппировать» их между собой, при этом одну часть забрать (или передать кому-либо), а другую оставить в теле. Более того, можно заменить душу и сердце, по крайней мере, полностью изменить состав души, сердца и крови, что, как уже было сказано, в сущности одно и тоже. Но самое поразительное состоит в том, что душа может «раствориться». Так души грешников после смерти «окончательно растворятся в околоземном космосе», а потом снова выделятся из сизо-серого дыма перед Страшным Судом.