Страница 51 из 64
«Премудрость Божия, – говорит «марианский» «доктор богословия» «священник» Викентий Давыдов, – очень загодя, очень задолго до проявления в открытую, до Откровения и Слова, готовила сердца к восприятию этой беспрецедентной, уникальной новизны, которая подается сейчас на престолах Марианских Откровений». Действительно, каждый из элементов, нашедших свое выражение в вероучении БЦ имеет глубокие религиозные, философские, культурные, исторические и социальные корни, причем ими же и исчерпывается, так что никакой «беспрецедентной, уникальной новизны» догматика БЦ не несет. В настоящей главе мы попытаемся, не вдаваясь глубоко в вероучительные особенности описываемых религиозно-философских течений, проследить историческую канву тех процессов, которые могли прямо или косвенно оказать влияние и, отчасти, предопределить развитие «богородичного» учения. Мы так же попытаемся выявить причастность марианских течений к формированию глобальной антихристианской религии.
1. Язычество
Как уже говорилось, ключевым моментом в религиозной системе БЦ является учение о существовании женского начала в Боге. Подобное учение можно найти практически во всех древних религиях. Оно проявляется в различных формах. Речь может идти, как о безличных мужском и женском начале (внутри божества – в пантеизме или в качестве двух противоположных космических полюсов – в дуализме), так и о супружеской паре верховных божеств (в политеистических религиозных системах). При этом достаточно трудно провести четкую грань между божеством языческой мифологии и персонифицированным космическим принципом, т.к., по выражению А.Ф. Лосева, «язычество не знает опыта личности». В различных религиозно-философских системах варьируется также и степень активности женского начала (или божества). Древнейшие религии наделяют женское начало большей степенью активности в процессе мироустроения. В первую очередь следует назвать одну из самых древних и самых распространенных религиозных форм – культ Матери-Земли. Наиболее ранние свидетельства о существовании этого культа относятся к эпохе неолита (вероятно, несколько десятков тысяч лет до Р.Х.). В качестве примера можно привести греческую богиню Земли Гею, породившую из себя Урана-небо, Старуху-Мать Кунапипи (австралийская мифология), Эка Абаси (африканская мифология) и множество других ранних религиозных верований.
С Матерью-Землей в древности связывали все виды плодородия, включая рождение детей. После родов ребенка обычно полагали на землю (иногда роды происходили прямо на земле). «Дитерих интерпретировал это действие как посвящение ребенка земле, Tellus Mater, которая является его истинной матерью. Гольдман считает, что положение малыша (или больного и умирающего) на землю <…> призвано дать ему соприкоснуться с магическими силами Земли. По мнению других исследователей, посредством этого ритуала ребенок получает душу, которая входит в него из Tellus Mater», а после смерти возвращается обратно. Итак, для раннего религиозного сознания Мать-Земля – это «источник силы “души” и плодовитости».
Здесь так же следует упомянуть Маха Деви – одну из многочисленных персонификаций шакти – энергии-супруги бога Шивы (Брахмы) (индуизм, тантризм) и Великую Самку поднебесной (даосизм). В данном случае женское начало является активным принципом, реализующим пассивный или скрытый мужской принцип.
Далее можно встретить религии, в которых мужское и женское начала представляются равными, симметричными полюсами, создающими единый дуалистический космос. Это принципы инь и янь, лежащие в основе дуалистической концепции древнекитайской философии, Отец-Мать в зороастризме. К этому же типу относится большинство политеистических религий. В них представления о Великой богине-Матери, начиная примерно с III-го тысячелетия до Р.Х., трансформировались в мифы о богинях-женах. Для ближнего востока это Исида, Астарта, Иштар, Тинит, Маат и пр. Для греко-римского мира это Гера, Деметра, Кибела, Теллус, Церера, Диана и пр. Подобные религиозные представления можно найти практически во всех древних верованиях народов мира. В большинстве мифологий богиня-Мать соотнесена с умирающим и воскресающим богом или богиней, причем именно она рассматривалась в качестве источника жизненной силы и бессмертия. Отсюда преимущественная связь богини-Матери с различными тайными культами и мистериями. Одна из самых знаменитых мистерий древнего мира – элевсинская – была связана с именем богини Деметры (культ просуществовал с XVII в. до Р.Х. по 396г. н. э.). В основу мистического действа полагался миф об умирающей и воскресающей дочери Деметры Коре. Раз в два года жрецы элевсинского культа совершали «великие посвящения».
По дороге из Афин в Элевсин над посвящаемым совершали ряд приготовительных ритуалов, символизирующих его смерть. Но главные действа происходили в элевсинском святилище – телестерионе. Они разыгрывались как грандиозная драма, в которой после мрака, устрашающих криков, нечеловеческих страхов раздавалась гармоничная музыка и разливался чистый свет. После совершался так называемый «священный брак» (иерогамия) и инициируемый становился мистом. Мистериальное посвящение являлось отголоском древних ритуалов посвящения Матери-Земле. Через него «мист получал бессмертие, становясь сыном богини посредством прикосновения к некоему сексуальному символу. Символически он как бы рождался заново от богини».
Наряду с элевсинскими мистериями существовали и другие культы, связанные с почитанием богини-Матери. Это фригийский культ богини Кибелы и Аттиса, ассирийский – Иштар и Таммуза, египетский Исиды и Осириса, сирийский – Афродиты (Астарты) и Адониса и пр. Культы богини-Матери всегда имели ярко выраженный эротический характер. Это могло проявляться, как в чистом виде (оргии, имитировавшие процесс космогенеза, священная проституция и т.п.), так и в сублимированном (акты самооскопления и членовредительства). При этом скопчество связано с оргийностью не только диалектически, как отрицание эроса и пола, но и детерминологически.
Стоит отдельно упомянуть об Афине. Она, подобно Коре, была не богиней-женой, а богиней-девой, дочерью верховного бога Зевса и олицетворяла собою мудрость. Мифы об Афине имеют много общего с последующим учением о Софии.
Со временем происходит осмысление роли женского начала в различных философских системах. Классическая эллинская философия сформулировала, пожалуй, универсальный для большинства мифологий принцип: мир возникает из хаоса, который в процессе космогенеза дифференцируется на два начала – мужское и женское, причем женское, более материальное, остается образом хаоса, а мужское, духовное, имеет оплодотворяющее и оформляющее значение, являясь не столько отцом космоса, сколько его творцом, демиургом. Подобные мысли встречаются у пифагорейцев, Платона (+ок.347г. до Р.Х.) (Тимей, 50d), Аристотеля (+322г. до Р.Х) (Физика, I. 192а. 5-20). В эллинской философии великая богиня-Мать превращается в безликую материю. Она уже не мать космоса, а только «восприемница» и «кормилица». Плотин, чье учение впитало в себя «почти все философские системы предыдущего античного развития», вслед за Аристотелем называет материю «не-бытием» ????() (????Энн. I 8, 3). И тем не менее, многие великие философы (Пифагор, Платон, Аристотель, неоплатоники Ямвлих, Прокл и др.) принимали участие в мистериях.
Сам Платон напрямую связывает религиозную жизнь язычества с демоническими силами и дает оригинальное объяснение мистериальной эротике. В диалоге «Пир» он говорит о боге Эроте как о «великом демоне». «Демоны эти многочисленны и разнообразны, и Эрот – один из них». Их предназначение – «быть истолкователями и посредниками между людьми и богами, передавая богам молитвы и жертвы людей, а людям наказ богов и вознаграждения за жертвы» (Пир, 202е-203). Эрот – спутник и слуга богини Афродиты, а поскольку Платон различает Афродиту «небесную» и «пошлую» или «всенародную» (Пир, 180d), то и любовь (эрос) в его философской системе подразделяется на возвышенную, «небесную» (т.н. «платоническая» любовь) и пошлую. При этом платоническая любовь предполагает «рабство <предмету любви> во имя совершенствования» (Пир, 184c). Подобное разделение имеет место и в системе неоплатоников, но здесь «всенародная» любовь уже приобретает негативную окраску. На самом деле, разница между двумя типами платоновского эроса иллюзорна. Первый тип эроса является всего лишь неудачной попыткой сублимации второго типа.