Страница 201 из 230
Высших Сил… — Нашествие же и видение злых духов
бывает возмутительно — с шумом, гласами и воплями, подобно нашествию разбойников. От сего в душе происходит боязнь, смятение, беспорядок помыслов, уныние, печаль, страх смертный и, наконец, худое пожелание, нерадение о добродетели, нравственное расстройство.
Поэтому если, увидев явившегося, приходите в страх, но страх ваш немедленно уничтожен, и вместо него в
душе вашей появилась неизглаголанная радость, благодушие, дерзновение, воодушевление, невозмутимость
помыслов, любовь к Богу, то не теряйте упование и
молитесь; а если чье явление сопровождают смятение, внешний шум, мирская пышность, угроза смертью и
др. — то знайте, что это нашествие злых духов.
Преподобный Антоний Великий
Отец всякого обмана и лукавства
Однажды сатана, приняв на себя образ пресвитера, поспешно приходит к авве Иоанну и делает вид, будто хочет преподать ему Причастие. Но блаженный
Иоанн, узнав его, сказал:
— Отец всякого обмана и всякого лукавства, враг
всякой правды! Ты не только непрестанно обольщаешь души христиан, но и дерзаешь ругаться над самыми Святыми Таинствами.
Диавол отвечал ему:
— Едва не удалось мне уловить тебя. Ибо этим способом я обольстил одного из твоих братий и, лишив рассудка, довел его до сумасшествия. Многие праведники
молились за него и едва возмогли привести его в разум.
Сказав сие, он удалился.
Лавсаик
Демонское бессилие
«Нечестивый Маркион*, — пишет блаженный Феодо рит, епископ Кирский, — посеял много терний
* Основатель еретической секты. — Ред.
8 - 9
не честия в области города Кира. Стараясь исторгнуть
их с корнем, я употребил все силы и прибегал ко всем
средствам. Но те, о спасении которых я заботился, вместо еже любити мя, скажу словами пророка, оболгаху мя и положиша на мя злая за благая, и ненависть
за возлюбление мое (Пс. 108: 4 — 5) и, при содействии
злых демонов, покушались тайно вредить мне.
Однажды ночью пришел ко мне демон-обольститель и
говорит мне на сирском наречии:
— Зачем ты вооружаешься против Маркиона?
Зачем предпринял войну с ним? Что он сделал тебе
когда-нибудь оскорбительного? Прекрати войну, оставь вражду — и ты по собственному опыту узнаешь, сколь хорошее дело мир. Ибо будь уверен, что я давно
бы уже поразил тебя, если бы не видел хора мучеников, вместе с Иаковом, охраняющего тебя.
Я выслушал это и спросил одного из друзей, который спал тут же:
— Слышал ли ты, что было сказано? Он отвечал:
— Все слышал и хотел даже встать посмотреть и узнать, кто это говорил; только ради тебя, думая, что ты
спишь, хранил молчание.
Итак, встав, мы оба осматривались кругом, но не
слышно было никакого ни движения, ни звука. Те же
слова вместе с нами слышали и другие наши сожители. Тогда я понял, что хором мучеников демон назвал
сосуд с освященным елеем, собранным мною на благословение от гробов многих мучеников, висевший у
моего одра; а над главою у меня лежала одежда великого Иакова*, которая и была для меня прочнее всякой адамантовой ограды.
* Преподобный Иаков, Сирийский отшельник, жил в одно время с блаженным Феодоритом и постоянно молился за него. — Ред.
И сам Иаков рассказывал мне о многоразличных
нападениях, какие делали на него злые демоны.
— Лишь только я вступил в сей род жизни, — говорил подвижник, — явился мне кто-то нагой; он имел
вид эфиопа и из глаз его сверкал огонь. Увидя его, я
обомлел от страха, обратился к молитве и не мог вкушать пищи. Прошло семь, восемь, десять дней, и я
оставался без пищи. Наконец, презрев лукавое нападение, я сел и принял пищу. Демон, не вынеся такого моего великодушия, грозил ударить меня жезлом.
Я же сказал:
— Если позволено тебе это Господом всяческих — бей, и я с радостью приму удары, как бы наказуемый
от Него; если же тебе не позволено, то не ударишь, хотя бы ты тысячекратно неистовствовал.
Услышав это, он обратился в бегство, но тайно продолжал еще строить мне ковы.
Дважды в неделю приносили мне из-под горы воду. Он, встретив несущего, принимал на себя мой вид
и забирал воду, приказывая при этом несшему идти
назад, воду же выливал. Сделав это два или три раза, он заставил меня страдать от жажды. Измучившись, я спросил того, кто обыкновенно приносил мне воду, почему он уже в продолжение пятнадцати дней не
приносит воды? Тот отвечал:
— Я приносил два или три раза и ты же брал ее у
меня.
— Где, — сказал я ему, — я брал у тебя принесенную
воду?
И когда он показал место, я сказал:
— Хотя бы ты тысячу раз видел меня на этом месте, не отдавай сосуда прежде, чем придешь сюда.
Когда таким образом я разрушил злой навет, демон
покусился на другой.
10 - 11
Однажды он, приняв на себя вид молодой красивой девицы, подошел ко мне с улыбкой и шутками.
Раздраженный гневом, я прогонял его, осыпая укоризнами, но он продолжал стоять, смотря на меня страстными глазами с улыбкой на устах. Тогда, исполнившись еще большим гневом, я сказал:
— Как ты можешь обходить всю вселенную и всем
строить такие ковы?
— Я не один, — отвечал он, — но по всей вселенной
рассеяно множество демонов, которые подобным образом шутят и этими шутками достигают своих целей.
Таким, по-видимому, ребячеством они стараются развращать людей.
— Отойди же, — сказал я, — по повелению Христа, Который некогда целый легион бесов ввергнул в глубину морскую.
Лишь только лукавый услышал это, тотчас же обратился в бегство, не вынося силы имени нашего Господа
и не могши смотреть на любомудрие Его раба».
Феодорит Кирский («История боголюбцев»)
Рассказ о преподобном Петре Афонском
Демон всегда злобен, лукав, хитер и бесстыден.
Вот какое средство изобрел он к низложению великого подвижника Петра Афонского. Средство самое
хитрое, — и потому тем горше посрамился он в своих
злоухищрениях.
Сей окаянный демон превратился в одного из слуг
святого Петра, явился в пещеру его и, с крайним бесстыдством, обнимал и лобзал своего якобы господина.
Потом он сел и начал прикрытую самой ловкой и бесстыдной лестью беседу, сопровождая ее даже слезами.
— От многих слышали мы, господин мой, честь моя
и свет мой, — говорил он плачевным тоном, — что
варвары и безбожники, схватив тебя на войне, увели
пленным в крепость Самарянскую. Потом услышали, что Бог всеблагий извел тебя из той гнусной темницы
и привел в Древний Рим. Но Богу было угодно снова
повергнуть нас в глубокую печаль и неутешный плач:
нам неизвестно было, куда ты скрылся из Рима. Мы не
могли не только найти тебя, но даже и услышать, что
с тобой делается, — и начали усердно просить великого Чудотворца Николая. Святой Николай, теплый
помощник всем, с верой призывающим имя его, не
презрел нас, недостойных, и скоро открыл нам тебя, сокровенное и многоценное наше сокровище, — и вот
я, любящий тебя сильнее всех твоих рабов, предварил
их и пришел к тебе, господину моему. Само собой ясно, что теперь тебе, господин мой, ничего другого не
остается делать, как принять на себя труд отправиться
со мной в наш славный дом, и явлением своим в кругу домашних своих и друзей неизреченно обрадовать
их. Ты сам знаешь, как много в нашем месте людей
преданных страстям, которые для обращения своего к
истинному богопознанию от лести диавольской имеют нужду в наставнике. Значит, великая тебе от Бога
готовится награда, если ты этих обольщенных диаволом возвратишь от него к законному Владыке Богу.
Во время бесстыдной демонской беседы преподобный Петр начал смущаться и невольно чувствовал неприятный трепет сердца. Но иначе и быть не могло: при
демонских явлениях человеку душа его всегда смущается. В присутствии же Ангела Божия она радуется и
чувствует неизъяснимое удовольствие. Находясь в этом
гнетущем состоянии, святой заплакал и сказал демону:
— Знай, человече, что в это место привел меня не
Ангел, не человек, а Сам Бог и Пресвятая Богородица, и потому без воли Их я не могу выйти отсюда.
12 - 13
Демон, лишь только услышал Пресвятое имя
Пренепорочной Владычицы, вдруг исчез, как призрак.
Святой Петр не мог надивиться злоумышлению, коварству и дерзости демона. От всей души возблагодарив Бога и Царицу Небесную, начал он снова подвизаться со смирением и сокрушением сердца в молитве, воздержании и посте, так что достиг в меру истинной
любви и чистоты ума.
Афонский патерик
Второе искушение