Страница 42 из 230
к Богу и не допускает в себе изменения, тогда вменяПРОТОИЕРЕЙ ВАЛЕНТИН МОРДАСОВ 38 ОБ ИСКУШЕНИЯХ 39
ется у Бога, как бы именующий Его должником своим
и как искушений друг; потому что, во исполнение воли Божией, вел брань с врагом Божиим и победил его.
Вот что значит сказанное: «Молитеся, да не внидете в
напасть». И еще: «Молись, чтобы в страшное диавольское искушение не внити тебе, за кичливость твою; но
за любовь твою к Богу да содействует тебе сила Божия
и тобой победит врагов своих. Молись, чтобы в искушения сия не внити тебе за порочность помыслов и дел
твоих; но да искусится любовь твоя к Богу и прославится сила Его в терпении твоем».
Когда хочешь положить начало доброму деланию, приуготовься сначала к постигающим тебя искушениям и не сомневайся в истине; ибо у врага в обычае, когда увидит, что с горячей верой начал кто-либо
доброе житие, встречать разными страшными искушениями, чтобы, пришедши от сего в страх, охладел
он к доброму произволению, и вовсе не имел горячности приближаться к богоугодному деланию. И сопротивник делает это не потому, что имеет такую силу
(тогда никто не мог бы сделать что-либо доброе), но
потому, что попущается ему Богом, как дознали мы
на праведном Иове. Посему, уготовься мужественно
встретить искушения, какие насылаются на добродетели, и потом уже начинай их делание. А если не
будешь приуготовлен к сретению искушений, то удержись от делания добродетелей.
Не отказывайся от скорбей, потому что ими входишь
в познание истины; и не устрашайся искушений, потому что через них обретешь досточестное. Молись, чтобы не впадать в искушения душевные, а к искушениям телесным приуготовляйся со всей крепостью
своей. Ибо вне их не возможешь приблизиться к Богу, потому что среди них уготован божественный покой.
Кто бежит от искушений, тот бежит от добродетели.
Разумею же искушение не пожеланий, но скорбей
(преподобный Исаак Сирин).
Будь всегда внимателен к самому себе, возлюбленный; и в ряду дел своих рассмотри и встречающиеся
тебе скорби с искушениями, какие наводит истинный
Врач к здравию оного внутреннего человека (а в иное
время наводят и бесы), иногда болезнями и телесными трудами, а иногда боязливыми помышлениями души твоей, страшливыми воспоминаниями о том, что
будет напоследок (преподобный Исаак Сирин).
Пока ты еще на пути ко граду Царствия, признаком
приближения ко граду Божию да будет для тебя следующее: сретают для тебя сильные искушения; и чем
более приближаешься и преуспеваешь, тем паче предстоящие тебе искушения умножаются. А потому, как
скоро на пути своем ощутишь в душе своей наибольшие и сильнейшие искушения, знай, что в это время
душа твоя действительно втайне вступила на новую, высшую степень.
Если же душа немощна и нет у нее достаточных сил
для великих искушений, а потому просит, чтобы не
войти ей в оные, и Бог послушает ее, то наверное знай, что в какой мере не имеет душа достаточных сил для
великих искушений, в такой же она недостаточна и
для великих дарований; и как возбранен к ней доступ
великим искушениям, так возбраняются ей и великие
дарования, потому что Бог не дает великого дарования без великого искушения. Соразмерно с искушениями определены Богом и дарования (преподобный
Исаак Сирин).
ПРОТОИЕРЕЙ ВАЛЕНТИН МОРДАСОВ 40 ОБ ИСКУШЕНИЯХ 41
Промыслитель соразмеряет искушения с силами
и потребностями приемлющих оные. В нас срастворяются и утешение, и поражение, свет и тьма, брани и помощь, короче сказать, теснота и пространство. И это служит знаком, что человек при помощи
Божией преуспевает.
Послушай еще и о другом способе заключать об искушениях. Всякое тесное обстоятельство и всякая
скорбь, если нет при них терпения, служит к сугубому
мучению, потому что терпение в человеке отражает
бедствия, а малодушие есть матерь мучения. Терпение
есть матерь утешения и некая сила, обыкновенно порождаемая широтой сердца. Человеку трудно найти
таковую силу в скорбях своих без божественного дарования, обретаемого неотступностью молитвы и излиянием слез.
Бог нередко попускает, чтобы добродетельные искушаемы были. Дозволяет, чтобы отовсюду восставали против них искушения, поражает их в теле, как
Иова, ввергает их в нищету, делает так, что отступает
от них человечество, поражает их в том, что приобретено ими; только к душам их не приближает вред;
ибо невозможно, чтобы, когда идем путем правды, не встретилась с нами печаль, тело не изнемогало в
болезнях и трудах и пребывало неизменным, если
только возлюбим жить в добродетели. Когда пойдет
человек путем правды, тогда должен он с радостью, без пытливости, принимать это и благодарить Бога, что Он послал благодать сию, и сподобился он ради
Бога впасть в искушение, и соделаться сообщником
в страданиях с пророками, апостолами и прочими
святыми ради пути сего претерпевшими скорби. От
людей ли, от демонов ли, от тела ли приидут на него искушения (невозможно же, чтобы они пришли и
были попущены без Божия мановения), да будет сие
для него поводом к правде. Ибо невозможно, чтобы
Бог возжелавшему пребывать с Ним оказал благодеяние как-нибудь иначе, а не послав на него искушения
за истину... Ибо столько велико дело сие, что апостол
явно называет дарованием, когда человек уготовляется пострадать ради надежды на Бога... Наконец, не
надлежит тебе радоваться, когда живешь пространно, а в скорбях потуплять лице и почитать их чуждыми
пути Божию, ибо стезя его от века и от родов крестом
и смертию пролагается.
Благодать Божественная попускает, чтобы насылаемы были на человека искушения, соответственные его
мере, чтобы понести человеку силу их. И в сих искушениях ощутительно приближается к нему помощь, чтобы благодушествовал он, пока обучится постепенно и приобретет мудрость, и в уповании на Бога станет презирать врагов своих. Ибо умудриться человеку в духовных бранях познать своего Промыслителя, ощутить Бога своего и сокровенно утвердиться в вере
в Него, невозможно иначе, как только по силе выдержанного им испытания.
Благодать как скоро усмотрит, что в помысле человека начало появляться несколько самомнения и стал
он высоко о себе думать, тотчас попускает, чтобы
усилились и укрепились против него искушения, пока не познает свою немощь, не бежит и не емлется во
смирении за Бога. Сим приходит человек в меру мужа
совершенного верой и упованием на Сына Божия и
возвышается до любви. Ибо чудная любовь Божия к
человеку познается, когда бывает он в обстоятельствах, разрушающих надежду его. Здесь Бог силу Свою
ПРОТОИЕРЕЙ ВАЛЕНТИН МОРДАСОВ 42 ОБ ИСКУШЕНИЯХ 43
показывает во спасении его. Ибо никогда человек не
познает силы Божией в покое и свободе... Не дивись, что, когда приступаешь к добродетели, отовсюду источаются на тебя жестокие и сильные скорби.
Без попущения искушений невозможно познать нам
истины. Точное же удостоверение в этом находит человек в мысли, что Бог имеет о человеке великое промышление и что нет человека, который бы не состоял
под Его промыслом, особенно же ясно, как по указанию перста, усматривает сие на взыскавших Бога и на
терпящих страдания ради Него.
Преимущественно же открывается людям Промысл
Божий, когда ради Бога входят они в великое искушение... Ибо тогда ощущают они Промысл Божий, как бы
усматривая его телесными очами, сообразно с мерой и
причиной искушения, какое постигает каждого из них, чтобы подвижников сих возбудить к мужеству, как было и с Иаковом, Иисусом Навином, тремя отроками, Петром и прочими святыми, которым являлся в человеческом некоем виде, ободряя и утверждая их в благочестии.
В искушениях, многократно испытывая Божию помощь, человек приобретает и твердую веру; отчего
делается небоязненным, приобретает и благодушие от
самого упражнения в искушениях, какое имел он.
Искушение полезно всякому человеку. (Ибо, если полезно было искушение апостолу Павлу, то да всякие
уста заградятся, и повинен будет весь мир Богови).
Подвижники бывают искушаемы, чтобы присовокупить им к богатству своему; расслабленные – чтобы
охранять им себя от вредного; погруженные в сон –
чтобы приуготовиться им к пробуждению; далеко отстоящие – чтобы приблизиться им к Богу; свои Богу –
чтобы веселиться им с дерзновением.
Как предаваемым в руки судьям для наказания за злодеяние, если они, как скоро приближаются к пыткам, смиряются и немедленно сознаются в неправде своей, наказание уменьшается, и вскоре по малых скорбях
избавляются они от суда; если же какие преступники
бывают упорны и не сознаются, то подвергают их новым пыткам и напоследок, после многих истязаний, когда тело их бывает покрыто ранами, хотя и сознаются они невольно, но не получают от того никакой