Начальник тишины

После похорон отец Серафим пригласил всех в свой домик на поминки. Влад с Власом съездили в поселковый магазин за сухарями, пряниками, баранками и вафельным тортом, инокиня Неонилла и Анжела помогли отцу Серафиму сварить картошку и накрыть на стол. Когда все были в сборе, отец Серафим благословил "ястие и питие".

Во время поминок сестра Неонилла попросила:

- Батюшка, простите, не могли бы вы подробнее рассказать историю Василисы?

- Думаю, лучше всего может рассказать Влас, если пожелает.

Влас вопрошающе посмотрел на священника.

- А что, Влас? Расскажи историю Василисы и свою. Это будет твое свидетельство о вере. Ты же хотел людям о Госте рассказывать.

Влас смутился от неожиданности, но потом начал рассказ с того момента, как он сидел в камере смертников. Все позабыли про угощение и слушали, затаив дыхание. Когда Влас дошел до слов Гостя о девушке Надежде, лицо инокини Неониллы сделалось белым, как свежевыпавший снег, и чашка в ее руке так задрожала, что чай выплеснулся на скатерть.

- Что с вами? - прервал рассказ Влас.

Инокиня до боли прикусила губу. Ее трясло. Все молчали. Через минуту она, сделав большое усилие над собой, промолвила:

- Надежда - это я.

Глава тридцать девятая

Вера Алконост

- Что же ты, Павлуша, такой большой мальчик, а все темноты боишься.

- Мамочка, ну и что ж, что большой. Те домищи тоже большими были, а вон как упали и разбились! - шестилетний Павлик махнул ручкой в сторону окна.

Мама Вера нежно улыбнулась:

- Ах ты какой. Хорошо, хорошо, мой сладкий, ложись на бочок, я тебе сказку расскажу.

Павлик с разбегу плюхнулся в кровать и зарылся в одеяло.

- Рассказывай!

Мать села на стул у кровати и положила руку на плечо сына.

- В некотором царстве, в некотором государстве играли мальчики в футбол. И один мальчик разбежался...

Сын перебил:

- Мам, а они в какой, в русский футбол играли или в американский?

- Конечно, в русский. Ну, слушай дальше. И вот разбежался он и сильно-сильно ударил по мячу. Мячик полетел высоко-высоко в небо. Мальчики долго смотрели ему вслед, но мяч уже никогда не вернулся. Вылетел он в космос и там стал спутником земли, а когда немного подрос, то стал планетой.

- Мам, как Луна?

- Примерно, но только еще больше. И на той планете жили маленькие люди. Жили они жили, вспахивали свою планету, растили хлебушек, строили дома, Богу молились. Но вот однажды одному из них пришла в голову мысль: "А почему я должен пахать землю, растить хлеб, строить дома, Богу молиться. Пусть другие строят и молятся, а я не буду! Где Он, Бог этот? Я сам себе бог!".

- Мам, он что плохой был?

- Не плохой, а просто глупенький. Своего счастья не видел. И вот пошел он в голое поле и стал там один жить. Через год к нему любопытные приходить начали. Они думали: "Как же это он не испугался? И ведь Бог его не покарал, может, и правда, он сам бог?".

- А почему его Боженька не покарал?

- Потому, Павлуша, что Бог его любил и ждал, когда он одумается. И вот стали эти любопытные селиться около своего нового бога. Со временем построили ему храм. А когда их собралось очень много, то этот ложный бог им и говорит: "Нас теперь очень много. Пойдем и победим этих несчастных трудяг-богомольцев. Завоюем их, и пусть они на нас работают, а мы будем всегда пить, гулять и веселиться. Все обрадовались, сделали себе оружие и пошли на безоружных людей: кого убили, кого покалечили, а остальных сделали своими рабами. И началась на этой планете новая жизнь. Прошло сто лет, и все уже привыкли к такой жизни. Старый человек-бог умер, а вместо него правили его дети-боги. Но вот в одной семье рабов родилась девочка по имени Аленушка. Когда она подросла, то стала спрашивать своих родителей, почему мир такой несправедливый. Те ей ничего не могли ответить, и даже умоляли ее, чтобы она никому не задавала таких вопросов, потому что могут за это в тюрьму посадить. Но Алена ничего не боялась и как-то, подойдя к надзирателю, спросила его: "Почему вы за нами постоянно следите, издеваетесь над слабыми и стариками, а сами не пашете землю, не растите хлеб и не молитесь истинному Небесному Богу". Надзиратель вздрогнул и убежал. Тогда Алена пошла к другим рабам и объявила им радостную новость, что надзиратель испугался ее вопроса, испугался правды.

Весь народ стал благодарить Живого Бога, Царя Небесного. Через час надзиратель вернулся с солдатами, и Алену арестовали. Но было уже поздно. Все рабы собрались вместе, пришли к тюрьме, освободили Алену и других узников, а потом пошли ко дворцу богов. Все охранники и солдаты соединились с народом. Преданные слуги богов быстро прибежали во дворец и предупредили, что туда идет весь народ. Тогда люди-боги переоделись в простые одежды, вышли из дворца через подземный ход и растворились в толпе. Так что когда народ пришел во дворец, там уже никого не было. И вот так, Павлуша, благодаря смелой девочке Алене, на той планете снова восстановился прежний добрый порядок: все стали жить в любви, вместе трудиться и молиться Единому Богу.

- Мам, а те, которые переоделись и растворились, они что, совсем растворились?

- Нет, не совсем.

- А они что, сразу хорошими стали?

- Да, сынок, стали.

- Разве так бывает?

- Бывает, дружок, бывает. Это же сказка.

- Хорошая сказка, мамочка... Но только на земле так не бывает.

Мальчик помолчал. И уже засыпая спросил:

- Мама, а наш папа хороший?

- Конечно, хороший, плохих людей нет.

- А его застрелят в тюрьме?

- Не застрелят, сынок, не застрелят. Ну спи, спи, мой славный. Христос с тобой.

Мать подошла к окну, чтобы закрыть шторы. На Нью-Йорк опускалась многоогненная неспокойная ночь. Вера с горечью посмотрела на город и шепнула сама себе:

- Как же они его застрелят, если он к электрическому стулу приговорен? Господи, помилуй. Саша, Саша, горе ты мое...

Глава сороковая

Рукопись "Начальник тишины"

VI. Иисусова молитва

* Дабы объяснить, что такое молитва Иисусова, не хватит и моря слов. Если же приступишь к ней на деле, то не нужно будет ни одного слова.

* Иисусова молитва подобна спасительной тропинке вдоль пропасти. А каждое слово этой молитвы, - как шаг по тропинке. Идущий вдоль обрыва не станет размышлять о чем-либо, кроме того, как ему миновать опасное место. Он - весь внимание. Так и делатель умной молитвы должен все забыть, кроме смысла ее слов. А если отвлекся, то значит, шагнул в сторону и как бы сорвался с тропы в обрыв. Но в этом случае нужно не отчаиваться, а, встряхнувшись, начать путь с начала. Так с Божией помощью, достигнем обетованной земли спасения.

* Миряне говорят, что Иисусовой молитвой должны заниматься только монахи, а монахи говорят, что Иисусова молитва - это дело совершенных. Но ведь всякий подвижник, прежде чем достичь совершенства, был обычным мирянином или монахом. Потому-то и нет совершенных, что "простые" миряне и монахи, то есть еще не достигшие совершенства, чуждаются молитвы Иисусовой.

* Святые отцы говорят, что умом в голове чисто молиться невозможно, т. к. там дуют ветры. Для чистой молитвы необходимо сойти умом из головы в сердце (по крайней мере, держать внимание сверху вниз в направлении сердца).

Однако, большинство людей молятся в храме умом в голове, и потому никогда не могут достичь внимательной молитвы, как бы ни старались.

Наоборот, делатели Иисусовой молитвы, молящиеся этой молитвой не только в уединении, но и в храме, достигают сосредоточенной внимательной молитвы, т. к. внимание их ума концентрируется не в голове, а в духовном центре человеческой личности - в сердце.

И потому великую ошибку допускают те, которые считают, что нельзя в храме молиться Иисусовой молитвой, т. к. она якобы отвлекает. Нет, наоборот, она помогает сосредоточиться. Благодатная особенность молитвы Иисусовой заключается в том, что она позволяет одновременно и ею заниматься, и следить за ходом богослужения и общими молитвами.

* Если ты занимаешься Иисусовой молитвой, но без определенного правила, то ты подобен путнику, идущему по дороге пешком. В один день путник пройдет очень много, в другой - меньше, а в иной день вообще не тронется с места.

Но если ты держишь ежедневное молитвенное правило, то оно, как лошадь, будет тащить повозку, сидя в которой ты, не переутомляясь, преодолеешь большие расстояния.

* Инок, увлекающийся внешними вопросами церковной жизни, спросил инока-делателя молитвы Иисусовой:

- Вот, ты все время твердишь, что нужно заниматься умным деланием и молитвой, но если ты не будешь знать, как правильно отвечать гонителям, то что ты скажешь, когда тебя приведут на допрос?

На это последовал смиренный ответ:

- Скажу: Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешнаго.

* Если ты изучаешь творения святых отцов-исихастов, но изучаешь их не смиренномудро, то можешь впасть в прелесть. Но если ты писания отцов об умном делании и молитве Иисусовой сознательно не изучаешь и изучать не собираешься, то без сомнения ты уже в прелести.