Питанов В.Ю.

«Роза Мира» принципиально отлична от того Откровения, которое дал нам Господь. Основные различия таковы: Священное Писание учит о том, что Бог и человек иноприродны. Мир не есть Бог, и Бог не есть мир. Материя и дух отличны. Душа человека не есть Бог. Бог не творил человека из Самого Себя. Все учение о монадах, данное в «Розе Мира», противоречит как формальной логике, так и библейскому Откровению.

6. Бог: подмена понятий

Становясь на путь духовного развития, человек выбирает дорогу, идя по которой, он стремится (или полагает, что стремится) прийти к Богу. Но горе тому, кто подменяет реальность иллюзиями. Правильное представление о Боге – это ключ к духовному развитию. От ответа на вопрос, Каков Тот Бог, в Которого предлагается верить, и какова природа взаимоотношений Бога и человека, зависит дальнейший духовный и жизненный путь верующего.

Учение Даниила Андреева пантеистично: «Господь – это неизменное и невыразимое первоверховное стремление, это – духотворящая власть, действующая во всех душах, не умолкающая даже в глубине демонических монад и направляющая миры, от микробрамфатур до сверхгалактик к чему то более совершенному, чем добро, и более высокому, чем блаженство. Чем выше ступень каждого Я86, тем полнее совпадает его воля с творческой волей Господней. И когда оно, начав свой космический путь с простейших форм живой материи, минует ступени человека, демиурга87 народов, демиурга планет и звезд, демиурга галактики, оно через Бога Сына – погрузится в Отца и воля его полностью совпадет с Отчею волею, сила – с Отчею силой, образ – с Отчим образом и творчество – с Отчим творчеством»88. По отношению к богу «Розы Мира» уместно использовать местоимение «оно». Андреев активно пытается заимствовать понятия христианского вероучения. При этом, все определения ему приходится переосмысливать. Представление о «Боге-Отце» «Розы Мира» не имеет никакого отношения к христианскому учению о Первом Лице Пресвятой Троицы. Слова те же, смысл – совершенно иной. В книге Даниила Андреева бог – это некий безличный принцип, которому автор упорно пытается приписать личностные черты.

У него присутствует множество идейных заимствований из восточных пантеистических систем, например во многом искаженное учение даосизма об «инь и янь»89: «Выявляясь вовне, Единый проявляет некую присущую Ему внутреннюю полярность. Сущность этой полярности внутри Божества для нас трансцендентна. Но, выявляясь вовне, она воспринимается нами, как полярность двух друг к другу тяготеющих и друг без друга не пребывающих начал, извечно и присно соединяющихся в творческой любви и дающих начало третьему и завершающему: Сыну, Основе Вселенной, Логосу. Истекая во вселенную, божественность сохраняет эту присущую ей полярность; ею пронизана вся духовность и вся материальность вселенной. На различных ступенях бытия она выражается различно. В слое неорганической материи, который доступен всеобщему человеческому восприятию, ее можно усмотреть, вероятно, в основе того, что мы именуем всеобщим законом тяготения, в полярности электричества и во многом другом. В органической же материи нашего слоя, здесь, эта полярность Божественного проявляется в противозначности мужского и женского начал. Повторяю и подчеркиваю: здесь, ибо лежащая в основе этой противозначности полярность Божества, сама в себе, в своей сути, не может быть понятна»90. «Роза Мира» внутренне противоречива. Автор явно хотел собственные представления о боге соединить с христианским вероучением.

Он стремится к этому, полностью подменяя смысловое значение всех основных понятий христианства.

Фантазия автора «Розы мира» и его невежество в христианском богословии возрождают ереси, ответ на которые Церковь дала еще в древности, например ересь модализма91, содержание которой заключается в том, что Единый Бог проявляет Себя то в качестве Бога-Отца, то в качестве Бога-Сына, то в качестве Святого Духа. Он как бы надевает на Себя маски, играет разные роли. Даниил Андреев пишет: «Ипостаси – это различные выявления Единой Сущности вовне; это – то, как открывается Она миру, а не какою пребывает в Себе»92, «Он (Святой Дух. – В.П.) есть Бог Отец, и… Бог Отец есть Бог Святой Дух, – … это два именования одного и того же – первого – лица Пресвятой Троицы»93.

Подведем итоги: учение о Боге Даниила Андреева внутренне нелогично, противоречит Священному Писанию и возрождает древние ереси.

7. Учение «Розы Мира» о Пресвятой Богородице

Учение о Пресвятой Богородице в «Розе Мира» так же не имеет никакого отношения к вере Церкви: «В метаистории новейшего времени совершается таинственнейшее событие: низлияние в нашу брамфатуру новых божественно творческих сил. … Первое звено этого события – события такого значения, что его можно сопоставить лишь с вочеловечением Планетарного Логоса, – имело место на рубеже XIX столетия: то было низлияние сил Приснодевы Матери, но не безличное, как это имело место уже дважды в истории человечества, а несравненно усиленное личным своим характером. С высот Вселенной нисходила в Шаданакар великая богорожденная монада. Прозрение в Раорис – один из высочайших слоев нашей брамфатуры, в который Она вошла тогда, было дано почти столетие спустя Владимиру Соловьеву, когда он в Египетской пустыне звездной ночью пережил потрясающий прорыв сознания и воочию узрел это Великое Женственное Существо. Ее, Пресветлую и Благую, выражение Женственной ипостаси Троицы (выделено нами. – В.П.), мы зовем Звентой Свентаною94. Теперь Ее обиталище – в Баюшми, в одной из сфер, входящих в сакуалу Волн Мировой Женственности. Близится день Ее долгожданного спуска в один из верховных градов метакультур. Там должна Она родиться в теле из просветленного эфира – дитя демиурга и одной из Великих Сестер. С Нею спустится в этот затомис из Элиты Шаданакара сонм высочайших душ.

Вот Она, надежда наша и упование, Свет и Божественная красота! Ибо это рождение отразится в нашей истории тем, что увидят наши внуки и правнуки: основанием Розы Мира, ее распространением по человеческим кругам всех стран и, если страшный срыв человечества не отбросит его вниз, в глубь мрака, – приходом Розы Мира к верховной власти надо всей землей»95. Фактически, Даниил Андреев превращает Богородицу в Ипостась Пресвятой Троицы: «Основанию Христом Церкви в Энрофе предшествовало низлияние сил Приснодевы Матери, другой ипостаси Троицы (выделено нами. – В.П.), в высшие миры Шаданакара. Это низлияние не носило характера личного, не заключалось в нисхождении какой либо богорожденной монады. Не было это низлияние Женственности и первым по времени. Первое низлияние Женственности за период существования нашего человечества имело место на четырнадцать или двенадцать веков ранее, и отголоски интуитивного понимания этого факта можно найти в некоторых мифах, где он, впрочем, нерасчленимо сливается с преданиями о жертвенных нисхождениях соборных душ сверхнародов в темные слои, как это мы видим, например, в Вавилонии. Но два раза именно в Вавилонии, и второй раз именно в эпоху первого низлияния Женственности принимала воплощение в человеческом облике та светлейшая из богосотворенных монад, которой впоследствии предстояло стать Матерью Планетарного Логоса на земле (выделено нами. – В.П.).

Ее жизненный путь в тот раз не вывел Ее из пределов небольшого города в Сеннааре; Она была там великой праведницей и претерпела казнь. В момент Ее смерти Мировая Женственность просветлила все Ее существо, и это предопределило то, что Она впоследствии стала Богоматерью (выделено нами. – В.П.). Еще же раньше, до Вавилонии, Она жила в Атлантиде, где была простою прекрасной женщиной, матерью многих детей, а до Атлантиды, на самой заре человеческой цивилизации – в маленьком городке Центральной Америки. Городок этот совершенно забыт, и его бедные останки никогда не будут извлечены из под тропических зарослей Гондураса или Гватемалы. Раньше, в эпоху первобытных обществ, монада грядущей Богоматери в человеческом облике не рождалась»96. Богородица не является Ипостасью Пресвятой Троицы. Это не более, чем фантазия автора «Розы Мира». Христианин не считает Ее равной Богу. Церковь именует Ее Пресвятой, но Она была человеком. Христиане почитают Ее, потому что Она была причастна к совершению спасения рода человеческого – через Ее согласие Бог вошел в мир: «Слово стало плотью» (Ин.1:14). Ответ Девы Марии на весть Архангела Гавриила сделал возможным Боговоплощение: «се, Раба Господня; да будет Мне по слову твоему» (Лк.1:38).