Страница 5 из 10
Но мы с вами отклонились немного в сторону, продолжал священник. Я хочу ответить на сделанное тут замечание, что в связи с развитием науки, для религии остается все меньше и меньше места. Вы тут опускаете из вида одно чрезвычайно влажное обстоятельство. Современная наука не отображает внутренних переживаний человека: она не может сказать, что хорошо, а что плохо, что прекрасно, а что искажено. Суждение об этом принадлежит глубинам человеческой души. В человеческом сердце не все "механика". Оно все-таки страдает, обливается кровью от боли. Наука и религия не только не антагонистичны, а более того, наука и религия перекликаются между собой. Настоящая наука, а не научное суеверие ведет нас к космологическому восприятия религии, к ее постулатам и не только не будет удалять, а еще больше приближать нас к Богу...
Голос с места: - Если сейчас самозарождение живых организмов на Земле невозможно, то это не значит, что оно не могло состояться, когда на ней были совершенно другие условия. Наука сейчас со всей очевидностью показывает, что при определенных условиях кислород, углерод, азот и другие элементы вступают между собой в связь и создают простейшие белковые молекулы. Эти белковые сочетания на протяжении долгой эволюции, через много миллионов лет явились тем основным материалом, с которого образовались все до одного организмы.
Отец Михаил молча взглянул на нового собеседника, покачал головой, устало вздохнул и сказал:
- Вы все-таки верите, что живое образовалось с неживого, с мертвого. Допускают, что в лаборатории, когда-нибудь химикам удастся синтезировать простейшие виды белков, но от этого образования до хотя бы живой бактерии - непроходимое расстояние. Меня удивляет варварское упрощение, кретино-подобный схематизм в суждении о величайшем процессе создания и развития живой природы. По-вашему получается, что первично образованные простейшие белковые вещества со временем, пройдя ряд процессов синтеза и распада, непрестанно усовершенствовались, усложнялись и, вдруг эти белковые комочки... стали обретать свойства живых организмов, мельчайших бактерий, а от них пошли другие и так далее, пока белковый комочек в своем развитии завершился образованием человека, так что ли?
В камере раздался смех и в тот момент дискуссия была прервана: раздался лязг отбрасываемого засова - началась раздача обеденной баланды. Камера зашевелилась. Все до одного, кто лежал, поднялись и начали удобнее рассаживаться на полу.
Раздались выкрики: - Староста! Староста!
Староста камеры еле пробрался через тела заключенных к дверям. Пятеро человек стали в цепочку.
- Смотрите друг за другом, чтобы кто-нибудь "не закосил" лишнюю пайку, - произнес староста.
Мисок не хватило. Раздача шла медленно, несмотря на то, что "второе блюдо" (маленький черпачок каши) давалось всегда с баландой.
В камере, рассчитанной на 25 человек, находилось 166. Одни нетерпеливо кричали к другим: "Ешьте скорее! Не задерживайте! Сдавай миски! Не облизывай!" Миски, которые освободились, погружались в ведро с теплой водой и тут же снова пускались в оборот. Староста отсчитал пайки, чтобы раздатчики из "друзей народа" не "закосили" лишней порции для своих дружков "блатарей".
Долгожданный обед не удовлетворил ощущение голода. Для "зэков" на протяжении суток было два желательных момента: утренняя раздача хлебных пайков и обед. Ужин, состоявший из гнилой селедки или миски баланды, в расчет не принимался. После обеда каждый мысленно подсчитывал сколько часов осталось до утра, когда можно будет, расправиться с пайком хлеба, хотя бы немного заглушить ощущение голода, а о следующем обеде уже и не мечтали: до него было так далеко, бесконечно долго, целых двадцать четыре часа.
Рядом со мной, на полу, сидел врач, арестованный по обвинению в "групповом отравлении Максима Горького". В ожидании своей пайки он заговорил со мной.
- Вы видели как я смеялся, знаете над кем? Над самым собой! Ведь я очень настойчиво и фундаментально изучал микробиологию, зоологию беспозвоночных, физиологию, анатомию. Изучал под микроскопом колонии микробов и представителей класса "амебы" Удивлялся сложности и разумности их строения и проявлений их жизнедеятельности. У меня в то время даже не возникал вопрос, как с мертвой белковой молекулы могли возникнуть эти живые особи, что поражали целеустремленностью своего строения. "Теорию" о самозарождении жизни на земле нам навязывали, как аксиому, не подлежащую никакому сомнению. Она была удобной для нас, поскольку ясно, просто и убедительно отвечала на запросы разума.
Мы росли язычниками: нас заставляли верить в непогрешимость Маркса, в святость Ленина и Сталина, в истинность неизменных законов марксизма - ленинизма - сталинизма. Слова священника для моего разума, не привыкшего к противоречиям, возражениям, дискуссиям были для меня откровением.
Задумываясь о причине этой общей доверчивости и однородности восприятия, я прихожу к выводу, что причина лежит как во всей системе советского образования, начиная от начальной школы и заканчивая высшими учебными заведениями, так и во всем образе жизни советских людей. Система образования не преследует цели развития способности критично мыслить, сомневаться, а, наоборот, стремиться подавить в себе малейшую склонность, даже намек на возникновение всего этого, но ведь без критического подхода, сомнения нет прогресса. Преподавание сводится к заучиванию "отсюда-досюда" определенных положений дисциплин, которые изучаются. И эти положения - догмы не подлежат никакому сомнению.
Попробуйте высказать сомнение или несогласие с то или иной трактовкой вопроса и Вы в тот же час почувствуете враждебно - неприязненное отношение со стороны преподавателя. В случае дальнейшей "оппозиционности" Вам гарантируется соответствующая характеристика и неудовлетворительный бал при зачете знаний. Он говорил, я слушал, но оба мы внимательно и нетерпеливо следили за процедурой "кормления зверей" и с вожделением ожидали своих паек.
Библия и наука о создании мира
Заморив червячка заключенные успокаивались. Дискуссия возобновилась репликой одного из оппонентов:
- Отец! Возвращаясь к Вашим последним словам, я должен подчеркнуть, что вы очень упрощенно представляете процесс образования жизни на Земле. Зарождение и развитие живых существ шло не одним путем, не "прямолинейно", а в разных направлениях.
Священник: - Разумеется же, Вы должны знать, что даже микроскопическая бактерия, я уже не говорю о простых организмах, есть чрезвычайно сложное живое образование, владеющее наследственными свойствами и неизменно передает эти свойства по наследству. Стоит только задуматься при изучении живых организмов о их возникновении, чтобы убедиться в непроходимом невежестве и необъятном дилетантстве сторонников вашей "научной" теории о самозарождении живого из мертвого.
Мы, верующие, уже много столетий знаем истину о создании мира. Настоящая наука, а не псевдо-научный мираж митрофанушек, который Вы выдаете за науку, все увереннее и настойчивее приближается к подтверждению и принятию этой истины. Если бы Вы были знакомы с Библией, Вы бы не могли не почувствовать внутреннего трепета при чтении тех мест, где говорится о создании мира. Мог ли вождь пастушьего народа, Моисей, за несколько тысяч лет до нашей эры, без откровения свыше, при низком уровне развития других представлений и понятий, так доходчиво изложить народу историю творения, которую наука сейчас начинает лишь осмыслять.
Голос с места: - Отец Михаил, не сочтите за труд познакомить нас с библейским сказанием о сотворении мира!
Голоса: - Присоединяемся к просьбе товарища! - Я также! - Просим, просим!
Священник: - Неужели вы все до одного незнакомы с Библией?
Голоса с мест: - Библия стала библиографической редкостью, ее не приобрести ни за какие деньги!
- В СССР место Библии занял "Капитал" Маркса. Библия, как и Евангелие, стали нелегальной контрреволюционной литературой.
Священник покачал головой: - Я с радостью выполню вашу просьбу, но перед тем, как сделать это, прошу вас задуматься вот над чем. Первое - случайно ли наша Земля оказалась от Солнца на том расстоянии, на котором она сейчас находится, ни ближе и ни дальше от него? Задайте себе вопрос: если бы наша Земля находилась ближе к Солнцу, как, например, Меркурий могла ли бы существовать на ней жизнь?