Страница 42 из 82
"По учению Церкви, — гласило послание, — епархия, почему-либо лишенная возможности получить распоряжение от своего Патриарха, управляется своим епископом, пребывающим в духовном единении с Патриархом. Епархиальный епископ есть глава епархии. Епархия должна быть послушна своему епархиальному епископу и пребывать в единении с ним. "Кто не с епископом, тот не в Церкви", — говорит мужеапостольный Игнатий Богоносец...."
На следующий день его арестовывают. При аресте присутствовал и Введенский, явившийся принимать канцелярию митрополита. В обязанности управляющего Петроградской епархией вступил викарный епископ Ямбургский Алексий (Симанский, будущий патриарх). Тотчас после вступления в должность, епископ Алексий был вызван в ГПУ и ему был предъявлен ультиматум: либо трое отлученных священников будут восстановлены в своих правах, либо митрополит будет расстрелян.
4 июня, в праздник Святой Троицы, было распространено воззвание епископа Алексия, которым восстанавливалось общение отлученных с Церковью.
"...Ввиду исключительных условий, в какие поставлена Промыслом Божиим Церковь Петроградская, и не решаясь подвергнуть в дальнейшем мира церковного каким-либо колебаниям, я, призвав Господа и Его небесную помощь, имея согласие Высшего Церковного Управления, по преемству всю полноту власти замещаемого мною Владыки Митрополита, принимая во внимание все обстоятельства дела, признаю потерявшим силу постановление Митрополита Вениамина о незакономерных действиях прот. А. Введенского и прочих упомянутых в послании Владыки Митрополита лиц и общение их с церковью восстановленным..."
ВЦУ поспешило своим постановлением лишить митрополита священного сана и монашества. Ни один акт обновленческого руководства не оттолкнул православные массы от обновленчества, так как этот.
Несмотря на историю со снятием анафемы, епископ Алексий, поставленный перед ультиматумом Красницкого 24 июня, отказался признать ВЦУ и тут же письменно заявил о снятии с себя обязанностей управляющего Петроградской епархией. А в августе и он был сослан в ссылку. Но его послание сделало свое дело, расчистив путь обновленцам.
20 июня митроп. Сергий Нижегородский (тоже будущий патриарх) публикует в журнале "Живая Церковь" (обновленческий журнал, начавший выходить в эти месяцы) воззвание, в котором призывает верующих как своей, так и других епархий последовать его примеру и признать ВЦУ единственной, канонической, законной, верховной церковной властью.
"Мы, Сергий (Страгородский), митрополит Владимирский и Шуйский, — говорилось в послании, — Евдоким (Мещерский), архиеп. Нижегородский и Арзамасский, и Серафим (Мещеряков), архиеп. Костромской и Галичский, рассмотрев платформу Временного Церковного Управления, заявляем, что целиком разделяем мероприятия Церковного Управления, считаем его единственной канонически законной Верховной церковной властью, и все распоряжения, исходящие от него, считаем вполне законными и обязательными.
Мы призываем последовать нашему примеру всех истинных пастырей и верующих сынов Церкви, как вверенных нам, так и других епархий".
Разрушительное значение этого послания трудно переоценить. В отсутствие многих видных иерархов, митроп. Сергий, бывший ректор Петербургской академии, "член всех Синодов", маститый архиерей, пользовавшийся репутацией выдающегося богослова и канониста, — был образцом поведения для многих, в особенности молодых, архиереев и священников.
Митроп. Мануил (Лемешевский), сторонник и почитатель митроп. Сергия, впоследствии писал в своем "Словаре епископов": "Мы не имеем права скрыть от истории тех печальных потрясающих отпадений от единства Русской Церкви, которые имели место в массовом масштабе после опубликования в журнале "Живая Церковь" письма-воззвания трех известных архиереев. Многие из архиереев и духовенства рассуждали наивно и правдиво так: "Если же мудрый Сергий признал возможным подчиниться ВЦУ, то ясно, что и мы должны последовать его примеру".
В свете таких событий тем с большей силой народ возлагал надежды на действительного (согласно патриаршей резолюции) главу Русской Церкви, митроп. Агафангела.
Получив известие о назначении его заместителем патриарха, митроп. Агафангел в течение месяца не подавал о себе никаких вестей. Такое поведение митрополита действительно было странным, если не знать, что в течение месяца велись секретные переговоры между Е. А. Тучковым и митрополитом Агафангелом. Е. А. Тучков, которого ВЦУ считало своей главной опорой, в переговорах с митрополитом выражал желание как можно скорее отделаться от этого несолидного учреждения и поддержать Агафангела.
Однако, и от Агафангела ожидался ряд уступок; он должен был заявить об отходе от политической линии патриарха Тихона. После месячных переговоров, видя, что дело не сходит с мертвой точки, митрополит Агафангел 18 июня неожиданно обратился к Русской Церкви с воззванием, отпечатанным в какой-то подпольной типографии и очень быстро разошедшимся по Москве и по другим городам.
В послании, в частности, говорилось:
"...Я предполагал немедленно вступить в отправление возложенного на меня служения Церкви и поспешить в Москву, но вопреки моей воле, по обстоятельствам от меня не зависящим, я лишен и доныне возможности отправиться на место служения...
Возлюбленные о Господе Преосвященные Архипастыри!
Лишенные на время высшего руководства, Вы управляйте теперь своими епархиями самостоятельно, сообразуясь с Писанием, священными канонами; впредь до восстановления Высшей Церковной власти окончательно решайте дела, по которым прежде испрашивали разрешения Святейшего Синода, а в сомнительных случаях обращайтесь к нашему смирению..."
В послании также говорилось, что власть, принятая на себя ВЦУ, — незаконна. Это было, возможно, самое неприятное для советской власти. Тучков был ошеломлен. Ошеломлено было и ВЦУ. Митроп. Агафангел был тут же арестован и отправлен в ссылку в Нарымский край.
Этим же летом внутри обновленческого движения оформляется самостоятельная так называемая "Живая Церковь", которую возглавил свящ. В. Красницкий. Первоначально так назывался журнал (название придумал Калиновский), но вскоре этим именем (живоцерковники) стали называть все обновленческое движение.
Лозунги "Живой Церкви":
* белый епископат (8 октября появится первый женатый епископ — митроп. Томский и Сибирский Петр Блинов),
* пресвитерское управление,
* единая церковная касса.
По мысли Красницкого, структура "Живой Церкви" должна была напоминать коммунистическую партию и быть как бы ее филиалом среди духовенства.
Несмотря на очевидно непривлекательные принципы "Живой Церкви", она в течение одного года вовлекла в свое подчинение более 60 православных епископов.
По стране начинала катиться новая волна арестов тех епископов, кто не признавал ВЦУ. Приговор обычно так и гласил: "За сокрытие (или сопротивление изъятию) церковных ценностей, контрреволюционную деятельность и гонение на сторонников Живой Церкви..."
На места арестованных рукополагались новые епископы. В течение 11 месяцев, например (с 3 июня 1922) года, было рукоположено 53 новых епископа.
С 6 по 17 августа в Москве проходил Первый Всероссийский Съезд группы "Живая Церковь". В первый же день съезда управляющий Московской епархией епископ Леонид переводится (по воле ВЦУ) в Пензу и исчезает с исторической сцены. На Московскую кафедру назначается архиеп. Антонин и вскоре возводится в сан митрополита.
Съезд живоцерковников послужил толчком к расколу обновленцев. 25 августа в недрах обновленческого движения владыка Антонин создает новую группу, названную им "Союз церковного возрождения", с центром в Заиконоспасском монастыре и печатает программу этой группы. Вскоре были образованы и другие обновленческие группы, в частности: Свободная Трудовая Церковь (Москва) и Союз религиозно-трудовых общин (Петроград).
В сентябре большевики начинают невиданную доселе антирелигиозную кампанию, которая показала, что им одинаково враждебны и патриаршая, и обновленческая позиции. В выступлении Скворцова-Степанова была изложена программа: отрыв масс от всякого духовенства и от всякой религии.