Страница 8 из 23
Появление безгрешного тела в мире тварей означает первый онтологический переход и мост между духовной сущностью Бога и сущностью тварей. Явление безгрешного Богочеловека — это явление первой всецелой Личности, в Которой метафизическое и физическое соединяются до нераздельности, в Которой тайна Троичного Божества проявляет себя в сфере (в свете) физического, телесного, человеческого и человеческое — в сфере Божества. Богочеловек первый преодолел вырытую грехом пропасть между Богом и человеком, метафизическим и физическим, ибо по Своему Божественному естеству Он единосущен Отцу, по человечеству единосущен с нами. Через Него тварь существенно приступила к Творцу без посредства греха и безгрешным познанием познала Бога. Безгрешная сущность проникает все содержание Личности Богочеловека Христа, все Ее способности познания и тем самым делает Христа единственным средоточием и идеалом безгрешного познания.
В Лице Иисуса Христа тайна физического и метафизического становится святой тайной, становится благовестием. Здесь нет пропасти между этим и тем светом, между Богом и человеком, ибо в Нем осуществлено единство (монизм) личности, а тем самым — единство жизни и познания, абсолютная гармония телесного и душевного, идеальное равновесие духовного и материального. Оправдание и осмысление (наполнение смыслом) телесного, тварного, человеческого (= людского) дано в безгрешном теле — to swma — Богочеловека, а также и примирение материального с духовным. Поэтому оправдать себя и тварь — значит соделать себя и тварь безгрешными, устранить грех из себя и вокруг себя. Но сделать это можно лишь Единому Безгрешном.
Именно безгрешное тело (= телесность) Христа преподобный Макарий Египетский исключительно выделяет в качестве христологического центра и выводит из него все прочие категории. Из него он выводит и всю сотериологию, которая для него — не что иное, как личное и опытное усвоение и переживание безгрешной сущности Христовой Личности.
Безгрешное тело есть Христово непобедимое спасительное оружие, которым Он побеждает сатану. Всю спасительную мощь и все аргументы в борьбе с сатаной Христос выводит из факта Своей безгрешности, безгрешности Своего распятого тела, ибо в Нем — "жизнь, искупление, святость". Мертвый змей, которого воздвиг в пустыне Моисей и который победил живых, — это прообраз тела Господня. Ибо тело, воспринятое Господом от Девы Марии, пригвожденное ко кресту и воздвигнутое, умершее на кресте — победило змия, живущего и гнездящегося в сердце человечества.
Таинство (тайна) спасения сводится к победе воплощенной Безгрешности над олицетворенным грехом и злом. Вся икономия спасения сводится к безгрешному телу Богочеловека, Который Своим распятым, мертвым, но безгрешным телом побеждает смерть = змия греха = сатану, и тем самым возводит тайну спасения к парадоксальной антиномии: "мертвое тело победило живого змия". Эта над-умная антиномия и есть "thauma megiston" — "чудо величайшее", через которое человеческая плоть (= тело, anthrwpine sarx) приобретает безгрешность, становясь неразрывной частью Личности Богочеловека. "И сие чудо для евреев соблазн, а еллинам безумие". Распятый Христос — Победитель смерти, — измеренный зараженными грехом гносеологическими мерилами евреев и еллинов, становится скандальной и безумной антиномией, которую можно принять лишь подвигом над-рациональной веры, ибо вера — это единственное гносеологическое око, которое может объять бесконечную тайну распятого Христа и ясно узреть, что Он поистине — Божия премудрость и Божия сила. Будучи Богочеловеческой и безгрешной "Премудростью Божией" — Theou sophia — Христос является мерилом мудрости и светом, освещающим пределы жизни и смерти; но будучи и безгрешной Силой Божией — Theou dynamis, — Он есть "жизнь и искупление"; и Он — Жизнь — повелевает сатане "освободить души из ада и возвратить их Ему".
Искупительный подвиг Христов бесконечно таинствен в своей драматичности, ибо для нас он представляет собой личную встречу и диалог воплощенной Безгрешности с олицетворенной все-греховностью, Христа с сатаной. Услышав повеление Христа вывести души из ада, сатана приходит в величайшее возбуждение, он "приходит к служителям своим, собирает все силы, затем приносит рукописания и говорит: "Сии вот повиновались слову моему, и вот как поклонялись мне люди!" Но Бог, праведный Судия, и здесь показывает правду Свою и говорит ему: "Повиновался тебе Адам, и овладел ты всеми сердцами его (т. е. потомством его. — Примеч. ред.); повиновалось тебе человечество. Что же делает здесь тело Мое? Оно безгрешно. Тело первого Адама стало должным тебе, и по праву ты удерживаешь его рукописания. О Мне же все свидетельствуют, что Я не согрешил; ничем тебе не должен. Все свидетельствуют о Мне, что Божий Я Сын… Посему искупаю тело, проданное тебе первым Адамом, уничтожаю твои рукописания; Я отдал долг Адамов тем, что распят и снисшел во ад. И повелеваю тебе, ад, тьма и смерть, исторгни заключенные души Адама". И таким образом, лукавые силы, вострепетав, отдают заключенного Адама".
Искупление зараженного грехом человечества, причастного смерти Адама, определено безгрешным Лицом Богочеловека. Адам олицетворяет подпавшее под грех человечество, Христос— освобожденное от греха. Все содержание и все человеческие силы содержатся в Богочеловеке, в Его Богочеловеческой безгрешности. Все человеческое (= людское), весь мiр тварей, все духовное и весь мiр духов — представлены в Лице Иисуса Христа как бы в миниатюре, в зародыше и в органическом соединении, так как "panta en autw synesteke" (= "все в Нем существует"), ибо Он один синтезирует все тварное и духовное, все видимое и невидимое. Отсюда следует, что осмысление и оправдание чего бы то ни было духовного или тварного зависит от их участия в безгрешной Личности Богочеловека Христа. Только Безгрешный освобождает от греха, и тем самым спасает, оправдывает и искупает. В Едином Безгрешном все содержание человеческого естества: весь ум, все сердце, вся воля, все тело, вся душа, — восходят к безгрешности, к обожению.
Безгрешность Личности Христа доказывают три свидетельства: Божие, человеческое и сатаны. В отравленной грехом атмосфере человечества Богочеловек сохраняет Свою безгрешность Божественностью, ибо Он "бесстрастен и все содержит", ибо Он — Абсолютное Добро (Благо), "а Благо не оскверняется и не помрачается", так как тьма не может объять Бога, ибо Бог вездесущ, и зло не может осквернить Богочеловеческой Чистоты.
Христос — это первая бесстрастная (apathes) по природе Личность, в Которой страсти (ta pathe)) не являются посредниками между Богом и человеком, но Бог непосредственно соединяется с человеком до ипостасного единства. В Нем вечный идеал личности осуществлен телесно, вечный идеал и вечный смысл. Всецелостью Своей Личности Он спасает всю личность человека, ибо Господь един по существу (kat’ ousian), а многоименитым (polywnymos) Он стал для спасения человеческого. Христос означает спасение через освобождение от греха, потому что без Него никто не может спастись; и "ни в ком другом люди не находят спасения и упокоения". Богочеловек содержит в Себе все человеческое (людское) без остатка, содержит как одно из естеств Своего Лица; и любой человеческий поиск смысла, умного покоя, оправдания чего бы то ни было человеческого — тяготеет к Нему; любое всеусердное желание разрешить роковую проблему человеческой личности всей природой своего бытия устремляется к Нему. Своей богообразной Личностью Христос привлекает богообразную сущность человеческой личности; Своей безгрешной Богочеловеческой душой привлекает зараженную грехом богообразную человеческую душу; Своим умом привлекает подпавший под грех ум; Своей волей привлекает рабствующую греху волю; Своим безгрешным телом привлекает погрязшее во грехе тело человеческое.
Для полноты спасения, для спасения не отдельных фрагментов, а всей личности, воплощение Слова становится самой насущной необходимостью в икономии спасения. Через воплощение Слова Святая Троица открывает мiру Домостроительство спасения. "Слово было послано и воплотилось; и, сокрыв Божество Свое, чтобы подобным спасти подобное — hina dia tou homoiou to homoion swthe, положило душу Свою на кресте". Слово воплощается, чтобы Своим богообразием спасти от греха богообразную душу человека, чтобы отделить ее от греха, ибо "один Бог может отъять от нас грех", чтобы ее очистить, чтобы соделать безгрешной. Только безгрешная душа велика пред Богом. Но освободить душу от греха, "искоренить грех и присущее ему зло — может быть совершено только Божиею силою. Ибо не дано (ouk exesti = "не в состоянии") и невозможно человеку искоренить грех собственною своею силою. Бороться с ним, противиться, наносить и принимать язвы — в твоих это силах; а искоренить — Божие дело".