Страница 40 из 52
Из Святого Евангелия мы знаем, что главными противниками Христа были люди, побежденные бесом тщеславия. Мы все время читаем о фарисеях и книжниках, а кто же такие фарисеи и книжники? Это люди, которые досконально знали Закон Моисеев и особенно ревностно его исполняли, то есть это был духовный цвет иудейского общества. Что в этом плохого? Наоборот хорошо. Но именно законники, книжники и фарисеи оказались духовными вождями распинателей Христа, потому что благочестие большинства из них (не всех: мы знаем и про Гамалиила, и про апостола Павла, который был из фарисеев, и про Никодима, который погребал Христа) основывалось на тщеславии137. И вот Христос учил своих учеников, чтобы они береглись закваски фарисейской (см.: Мф. 16, 6). Он говорил: «Пусть левая рука твоя не знает, что делает правая» (Мф. 6, 3). Так же и обо всем прочем говорил: молись втайне, постись втайне (см.: Мф. 6, 5–6, 17–18), то есть берегись, чтобы о твоих подвигах знали люди. Вот это первая заповедь в борьбе с тщеславием, за этим мы все должны тщательным образом следить. Часто мы можем видеть в себе, как к нам приходит какой-нибудь благой помысел что-либо сделать, но как только мы мысленно представим, что мы это совершили и никто об этом не узнал, сразу его привлекательность как-то для нас меркнет и желание это сотворить куда-то испаряется. Это ясно показывает действие беса тщеславия.
Конечно, вы все скажете: «Ну и что?! Вот мы сделаем тайно и будем себе говорить: вот как хорошо мы тайно поступили и какую мы совершили добродетель! Господь говорил, что, кто совершил свою добродетель перед людьми, уже получил награду свою – похвалу от людей (Мф. 6, 2), а мы теперь получим награду от Бога». Да, упрек справедлив. Абсолютных средств здесь нет – бес тщеславия везде находит свою лазейку. Но тем не менее нам всегда нужно заботиться о том, чтобы наши добродетели были сокрыты138. Если мы будем так действовать, мы уже в большой степени его утесним, поле деятельности у него значительно сузится.
Однако здесь нельзя перегибать палку. Мы не должны, скрывая свои добродетели, вводить людей в искушение. Если мы на вопрос: «Молишься ли ты утром и вечером?» – отвечаем: «Я вообще не молюсь», то мы подаем людям дурной пример. Так делать нельзя. Здесь мерой являются наши общецерковные правила, от которых мы не должны уклоняться. Если мы действительно читаем утреннее и вечернее правила, то на этот вопрос нужно сказать: «Стараюсь читать, конечно, но вот плохо молюсь – невнимательно, рассеянно». А уж что мы делаем сверх того, это должно тщательнейшим образом храниться в тайне. Святые Отцы часто шли сверх этого и специально на виду у всех ели мясо в постный день, чтобы вызвать поношение. Но это удел людей выдающихся, по особому благословению. Когда преподобному Исааку Сирину пришел такой помысел, то его духовный руководитель сказал, что он не победит этим тщеславие, а только умножит. Когда мы с вами говорили о чревоугодии, я приводил пример из писем святителя Феофана Затворника. Он переписывался с одной монахиней, на которую пострижение произвело такое благодатное воздействие, что ей казалось мало монастырских правил, она захотела взять на себя дополнительный подвиг поста. Святитель Феофан не советовал этого делать. Тем не менее она его приняла. И вот он ей пишет: «Все по Вашим письмам мне в Вашей жизни нравится, только этот постишка Ваш дрянной меня смущает».
Он опасался, что этот дополнительный подвиг, который в условиях монастыря скрыть невозможно, приведет ее к тщеславию.
Второй важный момент в борьбе с тщеславием – это жизнь по послушанию. Особенно это актуально именно для нас. Все монашеские советы: удаляйся от братии, иди в пустыню и так далее – к нам не имеют никакого отношения, мы даже думать про это не должны. Мысли о том, что там лучше, где нас нет, – это мысль не созидательная, а разрушительная. Нам, имеющим обязанности и обеты мирян, мечтать о монашеских подвигах так же губительно, как и принявшим монашеский обет мечтать о различных мирских добродетелях: благотворении и прочей всеразличной благочестивой мирской деятельности. Мы должны жить согласно своему положению и тому устроению, в которое Господь нас поставил. А вот жизнь по послушанию относится непосредственно к нам.
Обратимся опять к вышеприведенному примеру из переписки святителя Феофана Затворника. Если бы этой монахине и удалось сохранить свой пост в тайне, она бы все равно им тщеславилась, поскольку приняла его самочинно, без благословения. В этом крылась основная опасность. Вот и нам, когда мы желаем сотворить что-либо доброе, помимо тайны, хорошо бы еще действовать всегда по благословению и возражать бесу тщеславия тем, что мы это не потому делаем, что мы такие хорошие, а потому, что нас благословили.
Это касается не только наших взаимоотношений с духовником. Духовника у нас, по зависящим и не зависящим от нас причинам, может даже и не быть: или мы его пока еще не нашли, или у нас не получаются, не складываются с ним отношения. В любом случае у нас есть кого слушаться. Это те люди и те обстоятельства, которые Господь над нами поставил. Как вы заметили, жизнь по послушанию – это основное оружие по отношению ко всем страстям. Это красная нить, проходящая через все наши беседы. Послушание – это царский путь, по которому мы можем безбедно войти в Царство Небесное.
Во время нашей беседы возникал вопрос о похвалах и грамотах для учителей. И вот ответ, который четко определяет нашу линию поведения: ничего не просить и ни от чего не отказываться. Призывает, например, нас начальство выступить на конкурсе – мы соглашаемся. Надо – так надо. И уже не следует смущаться тем, что, возможно, Господь пошлет нам позор в этом деле. Опозоримся, и будет на конкурсе последнее место – и слава Богу. Отдаемся на волю Божию: прославит нас тут Господь или опозорит. Дают нам грамоту – мы не отказываемся, мы берем. Будет еще с большим тщеславием говорить: «Да нет, я недостойный учитель. Вот Иван Петрович – это великий педагог. Ему надо дать. А мне не надо». Это обычно голос того же беса тщеславия. Дали – мы взяли, не дали – мы не просим и не ищем.
Возникал также вопрос, что такое поведение «опасно для жизни»: с работы могут выгнать, зарплату понизить. Мы должны быть готовы на все. Пусть нас выгонят с работы, пусть нас оставят без куска хлеба, но мы будем следовать этому пути, потому что лучше нам потерять в зарплате, чем потом лежать «на сковородке» всю вечную жизнь. Чем более ревностно мы будем следовать этому пути, тем более ревностно мы будем бороться с бесом тщеславия. Да и не даст нам Господь потерять никакую зарплату. Он о нас позаботиться и, сколько нам надо, столько и даст.
Итак, золотое правило, которому мы должны следовать: не искать самому, а принимать то, что нам дают. Это касается и вопросов, связанных с людьми, то есть когда нами распоряжается поставленное над нами начальство и когда это делается не через людей, а просто обстоятельствами жизни. Мы должны стараться смириться перед всяким посланным нам Богом обстоятельством. Сгорела у нас дача, сказали: «Слава Богу!» И этим самым мы нанесем бесу тщеславия значительный урон. Украли у нас деньги, мы сказали: «Слава Богу! Бог дал – Бог взял». Заболели мы, сказали: «Слава Богу!» Хотели мы то-то и то-то совершить, а обстоятельства повернулись так, что мы это совершить не можем, мы сказали: «Слава Богу!» Сколь бы благим и полезным это дело нам ни казалось, если получается, что мы не смогли его исполнить, значит: «Слава Богу!» Каждый раз, когда мы так поступаем, мы наносим бесу тщеславия великую рану.
Вопрос: Если какой-то человек сделал нам добро, можно об этом говорить другим людям или это неправильно?
А почему нет? Вообще, по-моему, преподобный Серафим учил начальство Саровского монастыря и других, что, мол, не хвалите особенно благодетеля, а то лишаете его награды небесной своими похвалами и превозношениями. Но я думаю, что это к нам не относится. Если человек сделал нам добро, мы должны с благодарностью об этом говорить. Уж Господь убережет его от тщеславия. Конечно, мы можем поступать так: человек сделал нам добро, и в душе мы готовы ему ноги целовать, но мы сдержимся и сурово пройдем мимо, не сказав ему даже спасибо, чтобы он не тщеславился. Но это неправильно, это не наша забота. Господь его воспитает. Наше дело его отблагодарить и выразить свою признательность.