Страница 7 из 47
Евангелие, как и первые книги Ветхого Завета, подарило миру вечные образы и фразеологизмы: Иуда, Ирод, избиение младенцев, крест, глас вопиющего в пустыне, фарисей и др.
Таким образом, в Евангелии просматривается первая проблематика христианской жизни, очерчивается тематический круг будущей публицистики, формируется ее язык. Евангельские тексты демонстрируют определенные качественные изменения по сравнению с ветхозаветными: большую гибкость, свободу, полемичность, динамичность. Молодому христианству требовался именно такой публицистический потенциал, чтобы выйти за пределы иудейской цивилизации. И логическим литературным продолжением проповедей евангелистов становятся послания апостолов.
2.3. Послания апостола Павла как публицистические тексты
Из текстов Нового Завета для настоящего анализа, кроме четырех Евангелий, представляют интерес послания апостолов. Это послание Иакова, 2 послания Петра, 3 послания Иоанна, послание Иуды и 14 посланий Павла. Здесь речь уже будет идти не о публицистическом потенциале, а о полноценной религиозной публицистике.
Так как уже первые ученики Христа начинают активную миссионерскую деятельность, появляются христианские общины, находящиеся на значительном расстоянии от Палестины. Поэтому перед апостолами встает вопрос управления и опеки этих групп, который и был решен с использованием посланий. Они имели четкие функции – вероучительную, миссионерскую, толковательную (экзегетическую), дидактическую и т.п. Таким образом, апостолам (от гр. – посланник) в соответствии с евангельской заповедью «идите, научите все народы» (Мф. 28, 19) приходилось выполнять коммуникативно убеждающую функцию. Послания касались проблем, актуальных для христианства того времени: этики, обряда, опасности ересей и расколов. Заявленная ими проблематика сохранялась на протяжении всей истории христианской Церкви, изменяясь лишь формально.
Среди апостолов, чьи послания включены в канон Нового Завета, выделяется фигура Павла. Ему приписывают 14 посланий (одно из них – послание Евреям – по видимому, не принадлежит историческому Павлу[20]), что составляет большую часть всего корпуса посланий. Следует отметить, что в него входят послания не только общинам (Римлянам, Фессалоникийцам, Коринфянам и др.), но и отдельным лицам (Тимофею, Титу, Филимону). Такое внимание со стороны Церкви к этому апостолу вызвано несколькими причинами, о которых важно сказать в связи с анализом публицистической природы его трудов.
Во первых, почти достоверно известно, что апостол Павел никогда не видел Христа[21]. Различные источники сообщают, что Павел (Шаул, эллинизированный вариант – Савл или Саул) родился самом начале I в. н.э. в малоазийском городе Тарсе в иудейской семье, имевшей римское гражданство. Его родители, по преданию, принадлежали к фарисейской среде. Савл учился в Иерусалиме у одного из крупнейших представителей фарисейства того времени Гамалиила, получил хорошее образование, знал древнееврейский, арамейский, греческий и, возможно, латинский языки. В середине 30 х гг. I в. Савл становится ярым гонителем христиан, но ему, как гласит Библия (Деян. 9), является Христос, и с тех пор Савл под своим вторым (римским) именем Павел выступает как ярчайший проповедник Евангелия. Его «кредо» становится проповедь Евангелия среди язычников – он сам называет себя «апостолом язычников» (Рим. 11, 13). В период с 45 по 52 г. Павел обходит Малую Азию, посещает Кипр, Балканы, Македонию, Грецию, Испанию. Около 64 (67) г. (во время правления императора Нерона) его арестовывают в Риме и казнят. Итак, жизнь апостола Павла, не видевшего Христа, фарисея ортодокса и гонителя христиан, ставшего вдруг одним из самых страстных проповедников новой веры, уже сама по себе является впечатляющим примером, убеждающим, миссионерским и публицистическим образом.
Во вторых, очевидно, что большую роль сыграли образование и талант, выгодно отличавшие Павла для грамотного слушателя или читателя. Его послания, написанные на хорошем древнегреческом языке, были привычны для позднеантичной ойкумены. Апостол явно был знаком с древнегреческим риторическим, литературным и философским наследием, так как учился в школе Гамалиила – единственной из известных иудейских школ, где дозволялось изучение языческих (древнегреческих) книг[22].
Наконец, послания апостола Павла, как ничьи другие, ориентированы на читателя, мало знакомого с христианством, но желающего восполнить свои познания, утвердиться в вере. И этому тоже есть объяснение – Павел был «апостолом язычников», и потому его тексты несут немалый миссионерский потенциал, они изначально предназначены для неофитов.
Вероучительно богословский момент апостольских посланий состоял в напоминании и разъяснении мистического смысла прихода Христа, евангельских и ветхозаветных эпизодов, в толковании заповедей. Проповедь христианства для Павла – высшая задача: «Если я благовествую... это необходимая обязанность моя, и горе мне, если не благовествую» (1 Кор. 9, 16).
Продолжается проповедь и этических идеалов христианства: высшей ценностью Павел вслед за Христом считает любовь: «Если я раздам все имение мое, отдам тело мое на сожжение, а любви не имею, нет мне в том никакой пользы» (1 Кор. 13, 3).
Находит отклик и евангельская эсхатологическая тема, которая используется как основание для непрестанного самосовершенствования христианина: «По упорству твоему и нераскаянному сердцу ты сам себе собираешь гнев на день гнева и откровения праведного суда от Бога, Который воздаст каждому по делам его: тем, которые постоянством в добром деле ищут славы, чести и бессмертия, – жизнь вечную; а тем, которые упорствуют и не покоряются истине, но предаются неправде, – ярость и гнев» (Рим. 2, 5–8).
Нет ничего удивительного, что у молодой, строгой религии довольно быстро появились враги. Теме апологии, полемики с нехристианами и еретиками, также было суждено стать вечной – на протяжении столетий менялись лишь названия сект и ересей. В апостольские времена первыми противниками христиан стали иудеи, не пожелавшие принять Иисуса как обещанного Мессию. «Вы, братия, сделались подражателями церквам Божиим во Христе Иисусе, находящимся в Иудее, потому что и вы то же претерпели от своих единоплеменников, что и те от Иудеев, которые убили и Господа Иисуса и Его пророков, и нас изгнали, и Богу не угождают, и всем человекам противятся, которые препятствуют нам говорить язычникам, чтобы спаслись, и через это всегда наполняют меру грехов своих; но приближается на них гнев до конца» (1 Фес. 2, 14 16).
Другая опасность исходила от язычников, причем апостол относит к ним как греко римские цивилизованные народы, так и полудиких варваров. Сама опасность язычества заключалась в том, что неопытный христианин неофит вполне мог принять участие в языческом празднике, жертвоприношении, мистерии, нарушив тем самым первую заповедь Декалога. Поэтому Павел предупреждает: «Не преклоняйтесь под чужое ярмо с неверными, ибо какое общение у праведности с беззаконием?» (2 Кор. 6, 14). Аналогично апостол относится к античной философии: «Смотрите, братия, чтобы кто не увлек вас философиею и пустым обольщением, по преданию человеческому, по стихиям мира, а не по Христу» (Кол. 2, 8).
И, наконец, существовали ереси внутри самого христианства, и от них также нужно было ограждать новообращенных христиан. «Есть люди, смущающие вас и желающие превратить благовествование Христово. Но если бы даже мы или Ангел с неба стал благовествовать вам не то, что мы благовествовали вам, да будет анафема» (Гал. 1, 7, 8).
Павел касается и конкретных, сиюминутных проблем, что характерно для публициста. Под его пером эти вопросы тоже переходят в разряд «вечных», актуальных для христиан любой эпохи: «Сделалось мне известно о вас, братия мои, что между вами есть споры. Я разумею то, что у вас говорят: "я Павлов"; "я Аполлосов"; "я Кифин"; "а я Христов". Разве разделился Христос? разве Павел распялся за вас? или во имя Павла вы крестились?» (1 Кор. 1, 11–13).
Как уже сказано, Павлу принадлежит большая заслуга в распространении христианства среди язычников. Он первый говорит о том, что христианином может стать не только иудей – наследник Ветхого Завета: «Неужели Бог есть Бог иудеев только, а не и язычников? Конечно, и язычников, потому что один Бог» (Рим. 3, 29, 30). В послании к Галатам он отменяет иудейское обрезание для христиан: «Вот, я, Павел, говорю вам: если вы обрезываетесь, не будет вам никакой пользы от Христа» (Гал. 5, 2).
Павел сам признается в использовании миссионерской методики: «Ибо, будучи свободен от всех, я всем поработил себя, дабы больше приобрести: для Иудеев я был как Иудей, чтобы приобрести Иудеев; для подзаконных был как подзаконный, чтобы приобрести подзаконных; для чуждых закона – как чуждый закона, – не будучи чужд закона пред Богом... для немощных был как немощный, чтобы приобрести немощных» (1 Кор. 9, 19–22). По свидетельству книги Деяний апостолов, когда Павел приходит в Афины, он начинает полемику с местными философами со слов «Проходя и осматривая ваши святыни, я нашел и жертвенник, на котором написано "Неведомому Богу". Сего то, Которого вы не зная, чтите, я проповедую вам» (Деян. 17, 23), что тоже является своеобразным миссионерским и ораторским приемом.