Страница 18 из 19
Многие люди в эмиграции понимали всю ненормальность складывающейся ситуации в церковной жизни зарубежья. "Система параллельных приходов по природе антихристианская, ибо цель захватническая, разделяющая верующих по политическим признакам, и вредная для православия... Приходится защищать свои приходы и пасомых от посягательств воинственно настроенных деятелей церковной организации зарубежного Архиерейского Синода: нападки, злобные писания, переманивания прихожан и параллельные приходы и т.п. никому не дают спокойно молиться, а пастырям исполнять свой религиозно-нравственный долг. Об этом несутся жалобы буквально отовсюду, куда внедрились воинствующие не на грех, а на ближних священнослужители. Русские православные люди за границей устали от церковных раздоров и наветов и хотят церковного мира..." [244], - с болью писал один престарелый русский генерал, в эмиграции надевший рясу священника.
Из Касабланки в Рабат писали: "...Настоятелю Свято-Воскресенского храма Московской юрисдикции в г. Рабате, архимандриту Митрофану (Ярославцеву)... Во исполнение постановления Общего собрания членов "Общины Православной Русской церкви заграницей", бывшего в г. Касабланка 30 марта 1952 г., сообщаю Вам следующую резолюцию... "Общее собрание... полагая себя выразителями настроений 91% православного населения русского происхождения, проживающего в Марокко, для какового неприемлемы ни в какой форме влияния, исходящие от Московской Патриархии, находящейся в пленении коммунистической безбожной власти в Москве... и стремясь всемеро... к достижению церковного единства, считает возможным столь вожделенное объединение осуществимым лишь под руководством Синода Русской Зарубежной Церкви, для чего и обращается к настоятелю прихода Московской Патриархии в г. Рабате, а через него - к Правлению "Православной церкви и Русского Очага в Марокко" [245]. Настоящее письмо было передано 6 мая, через протоиерея Григорий Баранникова, которого зарубежники, не дожидаясь мнения патриархийных сторонников, уже назначили своим священником в Рабат.
Ответное письмо в центр сторонников зарубежной юрисдикции - Касабланку, был отправлен через 3 дня. В нем, в частности писалось: "Протоиерею отцу Митрофану Зноско-Боровскому... По существу могу заметить следующее: ссылка на количественное - в процентах превосходство в церковном деле не играет никакой роли; к тому же - вычисление (91%) - слишком тенденциозно. Неприемлемость ни в какой форме влияния - исходящего от Московской Патриархии - имеет причины исключительно политического характера, но отнюдь не церковного... Указание на пленение Московской патриархии коммунистической безбожной властью - голословно и, опять таки подчеркивает политический характер резолюции "Общины" и расцерковленность (мирские вожделения) принявших резолюцию..." [246]
Что касается характеристики самого административного органа Русской Зарубежной Церкви, то отношение к его легитимности в африканских приходах было не однозначным: "...этот "Синод" составляют архиереи - находящиеся под прещением высшей русской церковной власти, оставившие свои епархии и не могущие претендовать на автокефальность их Церкви... Название "Русская" - ...не походит Церкви "Синода и Собора архиереев", ибо они не признают законное русское священноначалие... "Зарубежная" Церковь тоже никакими канонами не предусмотрена... Александрийский патриархат, Блаженнейший Христофор воспретил своим священнослужителям иметь литургическое общение с архиепископом Пантелеимоном в Тунисе... личные и политические вожделения превозмогают. Последние выразились в целом ряде выступлений - отнюдь не церковного характера - ... благодарственный адрес Гитлеру [247], в коем он назывался "вождем в мировой войне за мир и правду", служились молебны о спасении России помощью Гитлера и т.п. Позднее митрополит Анастасий призывал к очищению Русского Народа атомной бомбой, огнем и кровью (Пасхальное послание 1948 г. и речь его 29 июля 1951 г.)... Здесь же - в Марокко на общем собрании "Церковной" общины в Касабланке в 1950 г. дебатировался вопрос о вхождении в "политическую организацию (кн. Белосельского-Белозерского [248]) ...В Приходских Листках №№ 3, 4 и 5 - Вы клеймили нас всех большевиками...
в Приходском Листке №4 - поносили ныне усопшего архимандрита Варсонофия и меня - как слуг сатаны - советских подданных, хотя я не имею советского паспорта... Ваше утверждение (Пр.Л. №4), что в нашем "Обществе" засилье советских граждан, также не верно, их всего 26% общего состава... Вы очевидно с целью умаления - называете... "советским патриархом", а... русскую церковь - "подсовецкой", подобные политические термины здесь преследуют нехорошую цель... Из Пр.Л. №3 видно, что у Вас в "Общество" принимаются люди определенных политических убеждений... За три года своего пребывания в Марокко и, - бывая много раз в Рабате, - Вы не удостоили меня Своим посещением, никогда к нам - двум рабатским священникам не обращались с предложением жить в мирном согласии, содержанием же подписанных Вами Пр. Листков - № 3, 4 и 5 - показали явное нежелание мира между нами"... Во всех писаниях в русских и французских газетах Ваших пасомых ясно высказывалось одно желание завладеть нашим храмом в Рабате не Вами и не ими созданном, а старыми эмигрантами... Оставьте нас в покое, не досаждайте своими необоснованными претензиями и не мешайте спокойно молиться" [249].
О политическом характере касабланской православной общины сообщалось в публикациях тех лет. Газета "Русская мысль" в 1950 г. поместила статью под заголовком "Церковь и политика. Православная жизнь в Марокко", где в частности писалось о том, что на приходском собрании поднимался вопрос участия в строительстве антикоммунистического центра в Нью-Йорке [250].
Отчасти злобность и непримиримость церковных и политических лидеров второй волны эмиграции можно объяснить их жизненной безысходностью, ведь "первые" русские любили Россию, мучительно переживали ее беды и хотели ее блага и процветания. С надеждой всматривались в перспективные направления внутренней и внешней политики. Прошедшие лагеря для военнопленных, насильно угнанные в Германию на работу и не захотевшие возвращаться в Россию, люди, жили ненавистью к СССР, не признавая ничего положительного в происходящих на родине процессах. Советский Союз, создал невыносимые условия для своих сынов и дочерей, вынужденных бежать от "Родины-Матери", как от злой мачехи.
В этой связи, становится понятно, почему религиозные символы примешивались к политическим понятиям. Например, касабланский зарубежный священник писал: "...советский паспорт в руках эмигранта - это билет от самого сатаны, а обладатель этого билета, добровольно отказывающийся от дара свободы, сознательно или не сознательно становится, несомненно, слугою сатаны" [251]. С точки зрения правомочности, данное утверждение просто не христианское и противоречит евангельскому смыслу.
В церковно-народной психологии, очень часто, в переломные моменты истории образу врага придаются черты противника церкви и Христа. Подобное явление, начиная с римских времен, можно наблюдать и в связи с реформами Петра [252] и с именем В.И. Ленина [253], равно, как и с личностью последнего советского реформатора М.С. Горбачева [254]. Эти же мысли беспокоили русскую церковную среду в эмиграции. Современник писал: "В русских настроениях той эпохи нередко прощупывался эсхатологический [255] привкус" [256].
И если, карловацкое церковное крыло, апеллируя к угрозе конца света, пугая антихристом и бесами, - все это применяло к советскому, коммунистическому строю, то нормальные священники относились к проблеме государственного устройства, как и следовало, исходя из сути христианства. Архимандрит Митрофан в Рабате, по этому поводу писал: "...пастырям - надлежит молиться за Родину и народ свой, а не уподобляться неистовому Аввакуму [257] с его истерическими воплями об антихристе. История повторяется; как при патриархе Никоне [258] и при императоре Петре говорили об антихристе, так и ныне, а Промысел Божий ведет нашу Родину своими путями, а не нашими хотениями. Хула не простится, а молитва - за кого бы то ни было - всегда благословенна. Не нахожу ничего плохого, если при божественном служении реже будут упоминаться злые духи и сатана, а то некоторые духовные лица привыкают чаще упоминать их, чем священные имена Господа Бога, Пречистой Его Матери и подвижников" [259]. Трезво оценивая всю пагубность для души и неспасительность разделения, тот же русский старец писал: "...Жалко становится наших русских православных людей, рассеянных по белому свету; терпящих нужду, горе, всякие лишения и, из-за внушенного им изуверами ложного понятия, боящихся поднять свои глаза на светящийся благодатью лик призывающей их Матери Патриаршей Церкви.