Страница 6 из 13
Сей василевс, как мудрый кормчий, сидя на возвышении и держа в руках кормило, верно правит кораблем и, при содействии благоприятного ветра, ведет всех своих подданных к безопасной и вожделенной пристани. А Бог, великий Царь, простирая к нему свыше десницу, делает его победителем всех врагов и противников, и укрепляет силу его царствования многолетними периодами. Он явит его участником еще высших благ и самым делом исполнит на нем свои обетовании, о которых настоящее время говорить не позволяет: надобно ждать переселения его туда. Смертными очами и физическим слухом божественное постигнуть невозможно.
11. Теперь в этом слове, в этом сочинении о Всецаре предложим тебе, великий победитель, Константин, тайны сокровенного учения. Мы не будем посвящать в них тебя, умудренного самим Богом, не обнажим неизреченных вещей тебе, которому еще прежде нашего слова, сам Бог явил и открыл священные тайны не через людей и не через человека, но через самого общего Спасителя и через многократно с перед тобой сиявший образ Божий.
Не лучше ли было бы, говорят они, хранить отеческие обычаи (jullottein), и чтимых в каждой области богов и героев умилостивлять, а не презирать их, и ради таких несчастий не убегать от них? Ибо, по чувству беспристрастия, либо надобно равно боготворить и тех и Сего[48], либо, если первые, как служители человеческих страстей, должны быть отвергнуты, под такой же приговор должно подвести и последнего. Так, может быть, говорят некоторые из них, нахмурив брови, представляя себя мудрее других и желая выказать свою надменность.
Громогласно вещая всем забвение прежних зол, Оно вопияло: приидите ко Мне вси труждающиися и обремененнии, и Аз упокою вы (Мф. 11, 28); и опять: не приидох призвати праведники, но грешники на покаяние (Мф. 9, 13), и присовокупляло причину, говоря: не требуют здравии врача, но болящии; не хощу смерти грешника, но еже обратитися ему (Иез. 18,32). Поэтому, только изучивший божественные наставления и узнавший причину упомянутой заботливости, только тот сознает, что на нашего василевса действовало некое вышечеловческого внушение, будет удивляться благочестию его нрава, и уверится, что такое усердие к трофею бессмертия Спасителя родилось в нем не без Бога, но по истине через внушение Всеблагого, Которому служа, он является благим совершителем благ.
Не сомневаюсь, что тебе, великий Государь, по истине приятно и благоугодно слышать в настоящем моем слове рассуждение об основаниях и причинах боголюбивых дел твоих. Желая быть как бы истолкователем твоих мыслей и вестником богоугодной души твоей, я хочу научить слушателей всему, чему должно, чему следует научиться каждому из них, желающему знать основания силы Спасителя нашего Бога, по которым Он, искони предсуществуя и обо всем промышляя, напоследок сошел к нам с неба, по которым принял естество человеческое и решился умереть. После сего я хочу также изложить причины бессмертной жизни и воскресения из мертвых, и не только причины, но и умственные доказательства, ясные доводы для людей нуждающихся в них. Об этом именно время теперь начать нам речь свою.
Так то и они, смотря на все телесными очами, должны искать причины этого не в солнце, не в луне и не в другом каком-либо небесном теле, но виной всех вещей признавать мудрость и, памятуя о Творце и Создателе их, почтение и благоговение к Нему ставить выше всего прочего. Созерцая эти самые вещи, надобно от всей души возносить славословие и поклонение Всецарю. Слову Божьему, Которое не созерцается уже телесными очами, но понимается одним светлым и чистым умом. Если и в мудром, или ученом человеке, никто никогда не приписывал мудрости его телу, например глазам, голове, рукам, ногам или другим частям, а еще менее внешнему его облачению, домашней утвари, либо необходимым [даже] философу сосудам, но каждый здравомыслящий удивляется скрытому в нем и невидимому уму, то взирая на чудные создания всего мира, как на тела, сотворенные из одной материи, тем более должны мы дивиться невидимому и бестелесному Слову - Создателю и Украсителю всего, тому единородному Сыну Божьему, Которого Творец всяческих, сущий за пределами и превыше всякой сущности, родив из Самого Себя, поставил Владыкой и Правителем вселенной.
Эта сила совершеннейшим и самым близким образом беседует с Отцом и, пребывая в Нем, наслаждается сокровенными Его тайнами, тем не менее однако же оно кротко снисходит и некоторым образом приспосабливается к тем, которые отдалены от высоты божественной: иначе Существу за пределами и превыше всяческих было бы и непристойно и не свято смешиваться с тленной материей и телом. Посему-то Божье Слово, приобщившись всему этому и взяв бразды целого мира, ведет его бестелесной и божественной своей силой, и управляет им премудро, - как только признает наилучшим. Доказательство этого учения ясно. Именно: пусть части мира, который мы обыкновенно называем первыми стихиями, то есть, землей, водой, огнем и воздухом, и которые состоят из неразумной природы, как мы это видим собственными очами, - пусть эти части мира существуют или сами по себе, или в своем основании все имеют одно вещество, у знатоков этого дела называемое вместилищем (ousia), материей, питательницей всего. Но так как это вещество без формы, без вида, вовсе без души и без разума, то откуда, скажите, существующая в нем гармония? Откуда разделение стихий? Откуда стечение противоположностей? Кто повелел тяжелой стихии земле - сноситься с существом влажным[52]? Кто предписал, чтобы воды, по природе падающие долу, возвращались вспять и, посредством облаков, плавали по воздуху?
Кто укротил силу огня и скрыл его в дереве, растворив противоположными природами[53]? Кто смешал холодный воздух с теплотворной силой и междоусобную вражду их переменил на дружбу? Кто подчинил смертный род закону преемственности и протянул жизнь его в долговечность жизни бессмертной? Кто, сотворив мужа и образовав жену, привел обоих в согласие, и для всех живущих изобрел одно начало - рождение? Кто эту влажную и содержащую семя (spermatuhn)
Таким образом неразумную, аморфную и безвидную сущность тел преобразовав Само для себя в музыкальный инструмент, и соединив его в созвучные тона, Оно начало силой премудрости и разума играть на нем (ergasteriw)[54]. По неизглаголанным законам управляя солнцем, луной и другими небесными светилами, Оно ведет их ко благу целого. Тоже самое Слово Божье, спустившись на землю произвело различные роды (genh) животных и многообразную красоту растений, тоже самое Слово Божье, проникнув в глубины моря, придумало природу плавающих, и тут опять сотворило бесконечно многие и неисчислимые виды разнообразных животных. Оно же совершая свое дело в мастерской природы, дает животные формы носимому во чреве. Оно же текучую и тяжелую природу влажной сущности подняв на высоту и изменив на сладкую, низводит ее на землю понемногу, а в определенные времена изливает в изобилии[55]. Равным образом Оно же, подобно превосходному земледельцу, проводить эту влажную природу по полям и, растворив ею сухое, приноравливает ее ко всему и доставляет в ней разнородную пищу то прекрасным цветам, различным образом: то приятным запахом, то многообразием плодов, то вкусом. Но как я отваживаюсь перечислять силы Слова Божья и решаюсь на невозможное, когда Его деяния выше всякой смертной мысли?
Это Слово одни называли сущностью всего, другие - душой, иные - судьбой, а те которые утверждали, что Оно есть Бог - Сущее за пределами всяческих, не знаю, как-то смешивали существа, далеко между собой не сродные: самого Правителя вселенной (panhgemona), нерожденную и высочайшую Силу, низводили на землю и сливали с бренной природой тела, назвав Его серединой между животными разумными и неразумными, смертными и бессмертными. Так мыслили они.
12. Но божественное учение говорит, что верховное благо выше всякого понятия, посему Оно невыразимо, непроизносимо и не называемо по имени, оно - вне области не только слова, но и мысли. Оно не ограничивается ни местом, ни телом, ни небом, ни воздухом и никакой частью целого, но скрывается везде и вне всего - в неизреченной глубине ведения. Божественное Писание учит признавать Его единым истинным Богом, отрешенным от всякой телесной сущности, и чуждым всякого служения. Посему и предание говорит, что все произошло из Него, однако же не через Него[56], что Он, как Царь, пребывая среди неизреченных, сокровенных, недосягаемых чертогов, и живя в свете совершенно неприступном, законодательствует и повелевает единой силой воли. По Его воле есть все, что есть, и без воли Его ничего не бывает, а Он хочет всего доброго, ибо, по своему существу, есть истинное благо. Тот же, через Которого сотворено все, - Бог Слово исходит свыше, от всеблагого Отца, как бы из вечного и беспредельного источника и, подобно реке, изливаясь неизреченными словесами, заключает в Себе полноту силы для общего спасения всех. Возьмем пример в самих себе. В нас есть незримый и невидимый ум (nouV), которого не познал никто из людей, каков он в своему существе. Это как бы Царь, который, находясь в таинственных своих чертогах, один определяет, что должно делать.