Собрание сочинение. Том 1. Аскетические опыты

О ЕВАНГЕЛЬСКИХ БЛАЖЕНСТВАХ

(Заимствовано из отече­ских писаний, преимущественно же из 1-й книги священномучени­ка Петра Дамаскина. Добротолю­бие, ч. 3.)

От исполнения евангельских заповедей являются в душе ощущения, чуждые естеству падшему и незнако­мые ему. Рожденное от Духа дух есть (Ин.3:6); а как заповеди Христовы суть дух (Ин.6:63), то и ощущения, производимые ими, суть ощущения духовные.

Какое первое ощущение является в душе от испол­нения евангельских заповедей? — Нищета духа.

Едва христианин захочет осуществлять в действи­ях своих, внешних и внутренних, евангельские запове­ди, как увидит поврежденную свою природу, восстаю­щую против Евангелия, упорно противодействующую Евангелию.

Христианин, при свете Евангелия, видит в себе падение человечества.

От этого зрения, естественно, рождается смирен­ное понятие о себе, называемое в Евангелии нищетою духа (Мф.5:3).

Нищета духа — блаженство, первое в евангельском порядке, первое в порядке духовного преуспеяния, пер­вое состояние духовное, первая ступень в лествице бла­женств.

Всякое ощущение и состояние, принадлежащие ес­теству обновленному, составляют, по необходимости, и блаженство, как проявление в душе Небесного Цар­ства, как залог спасения, как предощущение вечного блаженства.

О нищете духа сказал святой Давид: жертва Богу дух сокрушен: сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит (Пс.50:19).

Нищета духа — соль для всех духовных жертв и всесожжений. Если они не осолены этой солью, — Бог от­вергает их.

Зрение падения своего уже есть блаженство для падшего человека.

Видящий падение свое способен признать необхо­димость спасения, Спасителя, — способен уверовать в Евангелие живой верою.

Такое состояние — дар благодати, действие благо­дати, ее плод, а потому и блаженство.

Нищему свойственно печалиться о нищете своей.

Нищета духа рождает следующее за ним блажен­ство: плач.

Плач —благочестивая печаль верной души, глядя­щейся в зеркало Евангелия, видящей в этом зеркале бесчисленные свои греховные пятна.

Такая душа омывает свои пятна святой водою сле­зами; стирает пятна святой печалью.

Несказанное утешение, несказанная легкость проли­ваются в сердце после пролития спасительных слез о грехах, о падении, — слез, являющихся по причине ощущения нищеты духовной.

Если здесь, на земле, благочестивый плач достав­ляет такое несравнимое духовное утешение, — какое же он приготовит блаженство в будущем веке?

Христос произнес приговор о благочестиво плачу­щих: блаженны плачущии (Мф.5:4).

Ты сделал грехи? — Пролей слезы.

Кто занят глубоким рассматриванием самого себя, кто видит себя оскверненным бесчисленными греха­ми, кто признает себя достойным вечной муки и уже оплакивает, как присужденного к ней, тот мало видит или вовсе не видит недостатков в ближнем, удобно из­виняет те недостатки, которые видит, — охотно, от сердца прощает все обиды и оскорбления.

Состояние души, при котором устранены из нее гнев, ненависть, памятозлобие и осуждение, есть но­вое блаженство: оно называется кротость.

Блаженны кротции (Мф.5:5), возвестил Спаситель, яко тии наследят землю.

Какая это земля?.. После падения Бог назвал зем­лею Адама, а в Адаме назвал землею и меня: земля еси и в землю отыдеши (Быт.3:19).

Будучи землею, я вместе с тем и лишен владения этой землею: похищают ее у меня различные страсти, в особенности насилующий и увлекающий меня лю­тый гнев; я лишен всей власти над собою. Кротость возвращает мне эту власть, вводит меня во владение моим наследием, моей землею, мною, моей плотью, моей кровью, моими порывами. Кротции наследят зем­лю, и насладятся о множестве мира (Пс.36:11).

Возобладав снова землею, начинаю желать неба: вхожу в новое состояние, устрояемое во мне благода­тью, в новое блаженство: начинаю алкать и жаждать правды Божией, — не пустой, человеческой (Мф.5:6).

Правда Божественная явилась человечеству в Бо­жественном милосердии, и повелела нам уподобиться Богу совершенным милосердием (Мф.5:48), не какою другою добродетелью.

Милосердие никого не осуждает, любит врагов, полагает душу за друзей, соделывает человека богопо­добным. Это состояние — опять блаженство (Мф.5:7).

Сердце, объятое милостью, не может иметь ника­кого помышления о зле; все помыслы его — благость.

То сердце, в котором движется одно добро, есть сердце чистое, способное к богозрению. Блаженны чис­тии сердцем, яко тии Бога узрят (Мф.5:8).

«Что значит чистое сердце?» — спросили од­ного великого наставника иночествующих. Он отве­чал: «Сердце, по подобию Божества движимое безмер­ным чувством милости ко всем созданиям» (Преподобный Исаак Сирский, Слово 48). В чистое сердце нисходит мир Божий, соединяет дотоле разделенные ум, душу и тело, воссоздает чело­века, соделывает его потомком Нового Адама.

Мир Божий — удел святых Божиих: посредством свя­того мира, христианин, совершив поприще покаяния, примиряется с Богом, со всеми обстоятельствами, со всеми ближними, с самим собою; он соделывается сы­ном Божиим по благодати [123] .

Мир Божий сопутствуется явственным присутстви­ем в человеке Святаго Духа; он — действие, плод Свята­го Духа.

Стяжавший в себя мир Божий способен к прочим окончательным блаженствам: к благодушному претер­пению, к претерпению с радостью поношений, клевет, изгнаний и прочих напастей.

Стяжавший мир Божий не страшится внешних волн: на весах сердца его утешение благодатное унич­тожило все ценность земного великого и сладостного, всю тягость земного скорбного и горького.

Осмотри величественную духовную лествицу Бла­женств евангельских, осмотри каждую ступень. Хоро­шо быть на высоте этой лествицы, но поистине бла­жен и тот, кто находится хотя на первой ее ступени.

На этой лествице скачки невозможны: непременно должно восходить со ступени на ступень.

Ведет по ним Божественная благодать: возводит человека на следующую ступень не тогда, когда он удо­стоит себя этого, но когда она признает его достой­ным.

Достойны возвышения — смиренные.

Не сочини сам себе блаженства: гордое и глупое самомнение может сочинить для человека такое бла­женство, и оно в течение всей жизни будет обманы­вать тебя, льстить тебе, — лишит истинного блага на земле и на небе.

Ищи нищеты духовной. Искание этого блаженства позволительно и похвально. Оно — основание, пода­тель всех прочих блаженств. Когда поколеблется осно­вание, тогда и тот, кто стоял на высшей степени духов­ного преуспеяния, обрушивается вниз, и часто разби­вается до смерти.

Обретается нищета духа изучением Евангелия, ис­полнением его велений, сличением своих действий и качеств с велениями Евангелия, принуждением своего сердца к великодушному перенесению обид, самоукоре­нием, молитвой о получении сердца сокрушенного и смиренного.

Прошения гордые Бог отвергает, ненужные не ис­полняет, но когда Его создание просит у Него дара су­щественно полезного и необходимого, — Он ниспосы­лает его из всех неоскудевающих Своих сокровищ.

Существенно полезный, необходимый для челове­ка духовный дар от Бога — нищета духа. Аминь.

ОТНОШЕНИЕ ХРИСТИАНИНА К СТРАСТЯМ ЕГО

Некоторый великий подвижник сказал: «Должно терпеть свои недостатки точно так же, как терпим не­достатки других, и снисходить душе своей в ее немо­щах и несовершенствах. Вместе с этим не должно пре­даваться нерадению: должно заботиться усердно о ис­правлении и усовершенствовании себя». (Духовные наставления блаженного старца Серафима Са­ровского, глава 10 о подвигах, изд. 1844 года.)

«Не возмущайся, не приходи в недоумение, — ска­зал некоторый святой отец, — когда увидишь в себе действие какой-либо страсти. Когда восстанет страсть, подвизайся против нее, старайся обуздать и искоре­нить ее смирением и молитвою» (Преподобного аввы Дорофея поучение 13 о терпении искушений).

Смущение и недоумение, при открывшемся дей­ствии страсти, служит доказательством, что человек не познал самого себя (Преподобного аввы Дорофея поучение 13 о терпении искушений).

При свете Слова Божия рассмотрим отношение наше к страстям и немощам нашим, чтоб получить правильное понятие о себе, и, на основании правиль­ного понятия о себе, правильно управлять собою.

Человек в беззакониях зачинается, рождается во грехах (Пс.50:7): следовательно, страсти, или греховные не­дуги души и тела, свойственны нашему падшему есте­ству.

Страсти противоестественны непорочному естеству нашему, каким оно было создано; противоестественны страсти и естеству обновленному; они естественны пад­шей природе. Так, естественны всякой телесной болезни свойства этой болезни; так, естественны болезни и смерть нашему телу, утратившему бессмертие и свойства бессмертия. До падения бессмертие было естественно нашему телу, — болезни и смерть были неестественны.

Страсти — иначе грехи, в обширном значении этого слова. Апостол, когда говорит о грехе, живущем в челове­ке (Рим.7:14; 17:20), разумеет под словом «грех» заразу злом всего ес­тества человеческого, разумеет страсти. Это состояние называется также состоянием плотским (Рим.7:14; 8:8) и смертию (Рим.7:24; 8:2).