Собрание сочинение. Том 1. Аскетические опыты

О ТЕРПЕНИИ

«Дом души — терпение: потому что она живет в нем; пища души — смирение: потому что она питается им» (Цветособрание святого Илии, гл.62, Добротолюбие, ч.4), — сказал святой Илия Евдик.

Точно: питаясь святою пищею смирения, можно пребывать в святом дому терпения. Когда же недоста­нет этой пищи, то душа выходит из дому терпения. Как вихрь похищает ее смущение, уносит, кружит. Как вол­ны подымаются в ней различные страстные помыслы и ощущения, потопляют ее в глубине безрассудных и греховных размышлений, мечтаний, слов и поступков. Душа приходит в состояние расслабления, мрачного уныния, часто приближается к пропастям убийственно­го отчаяния и совершенного расстройства.

Хочешь ли неисходно пребывать в святом дому терпения? — Запасись пищею, необходимою для такого пребывания: стяжи и умножай в себе помышления и чувствования смиренные. Вид смирения, приуготовля­ющий к терпению скорбей пред пришествием их и способствующий к благодушному терпению скорбей по пришествии их святыми отцами, назван самоукорением.

Самоукорение есть обвинение себя в греховности, общей всем человекам и в своей частной. При этом полезно воспоминать и исчислять свои нарушения Закона Божия, кроме блудных падений и преткнове­ний, подробное воспоминание которых воспрещено отцами, как возобновляющее в человеке ощущение гре­ха и услаждение им (Филофея Синайского, гл.13, Добротолюбие, ч.2).

Самоукорение есть иноческое делание, есть умное делание, противопоставленное и противодействующее болезненному свойству падшего естества, по которому все люди, и самые явные грешники, стараются выка­зать себя праведниками и доказывать свою правед­ность при помощи всевозможных ухищрений. Самоуко­рение есть насилие падшему естеству, как служит ему насилием молитва и прочие иноческие подвиги, кото­рыми царствие небесное нудится, и которыми нуждницы восхищают е (Мф.11:12). Слово, содержа­щее в себе нужнейшее и полезнейшее повседневное напоминание безмолвствующему в келье своей и призволяющему внимать единому себе. «Некоторый брат, — говорит святой Иса­ак, — написал следующее и полагал это непрестанно пред собою в напоминание себе: В безумии прожил ты жизнь твою, о посрамленный и достойный всякого зла человек! По крайней мере, охранись в этот день, ос­тавшийся от дней твоих, принесенных в жертву суете, вне благой деятельности, обогатившихся деятельнос­тью злою. Не вопроси об этом мире, ни о состоянии его, ни о монахах, ни о деятельности их, какова она, ниже о количестве подвига их, — не вдайся в попече­ние о чем-либо таком. Исшел ты из мира таинственно, вменился мертвым ради Христа: уже не живи более для мира, ниже для того, что принадлежит миру, да предварит тебя покой, и да будешь жив о Христе.

Будь готов и приуготовлен понести всякое поношение, всякую досаду и поругание и укоризну от всех. Прими все это с радостью, как точно достойный этого. Претерпи благодарением Богу всякую болезнь, всякую скорбь и беду от бесов, которых волю ты исполнял. Мужествен­но терпи всякую нужду и горесть, приключающиеся от естества. С упованием на Бога перенеси лишение по­требностей тела, вскоре имеющих обратиться в гной. Это все восприими с благим произволением в надежде на Бога, не ожидая ни избавления, ни утешения ино­го. Возверзи на Господа все попечение твое (Пс.54:23), и во всех искушениях твоих осуди себя самого, как причину их. Не соблазнись ничем и не укори никого из оскорбля­ющих тебя: потому что ты вкусил от запрещенного дре­ва и стяжал различные страсти. С радостью прими эти горести; пусть они потрясут тебя сколько-нибудь, чтоб ты усладился впоследствии. Горе тебе и злосмрадной славе твоей! Душу твою, исполненную всякого греха, ты оставил без внимания, как бы неосужденную, а дру­гих осудил и словом, и помышлением. Оставь эту пищу свиней, которою ты доселе питаешься. Что тебе за дело до человеков, о скверный! Как не стыдишься ты общения с ними, проведши жизнь безумно! Если ты обратишь внимание на это и все это будешь помнить, то, может быть, спасешься при содействии Божием. Если же нет, то пойдешь в темную страну, в селения бесов, которых волю ты исполнял бесстыдно. Вот!

Я засвидетельствовал тебе все это. Если Бог праведно воздвигнет на тебя человеков воздать тебе за досады и укоризны, которые ты помыслил и произносил против них, то весь мир навсегда должен восстать против тебя. И так отныне престань (действовать, как действовал доселе) и претерпевай попускаемые тебе воздаяния. — Все это напоминал себе брат ежедневно, чтоб нахо­диться в состоянии претерпевать, с благодарением Богу и с своею душевною пользою, искушения или скорби, когда они придут. Будем и мы претерпевать с благодарением попускаемое нам и получать пользу благодатью человеколюбивого Бога». Самоукорение име­ет то особенное, полезнейшее, таинственное свойство что возбуждает в памяти и такие согрешения, которые были совершенно забыты или на которые не обраще­но было никакого внимания.

Упражнение в самоукорении вводит в навык уко­рять себя. Когда стяжавшего этот навык постигнет ка­кая-либо скорбь, — тотчас в нем является действие на­выка, и скорбь принимается, как заслуженная. «Главная причина всякого смущения, — говорит преподобный авва Дорофей, — если мы тщательно исследуем, есть то, что мы не укоряем себя. Отсюда проистекает вся­кое расстройство; по этой причине мы никогда не на­ходим спокойствия. Итак, не удивительно, что слышим от всех святых: нет инаго пути, кроме этого. Не видим, чтоб кто-либо из святых, шествуя каким другим путем, нашел спокойствие! А мы хотим иметь его и держать­ся правого пути, никогда не желая укорять себя. Поис­тине если человек совершит тьмы добродетелей, но не будет держаться этого пути, то никогда не престанет оскорбляться и оскорблять, губя этим все труды свои. Напротив того: укоряющий себя всегда в радости, всегда в спокойствии. Укоряющий себя, куда бы ни пошел, как сказал и авва Пимен, что бы ни случилось с ним, вред ли или бесчестие, или какая скорбь, уже предва­рительно считает себя достойным всего неприятного и никогда не смущается. Может ли быть что спокойнее этого состояния? Но скажет кто-либо: Если брат оскор­бляет меня и я, рассмотрев себя, найду, что я не подал ему никакого повода к этому, то как могу укорять себя.

Поистине, если кто исследует себя со страхом Божи­им, тот найдет, что он всячески подал повод или де­лом, или словом, или каким-либо образом. Если же и видит как говорит, что в настоящее время не подал никакого повода, то когда-нибудь прежде оскорбил его или другого брата в этом деле или в каком ином, и должен был пострадать за это или за какой другой грех, что часто бывает. Так! Если кто рассмотрит себя, как я ска­зал, со страхом Божиим, и исследует свою совесть, тот всячески найдет себя виноватым» (Поучение 7 о самоукорении). — Чудное дело! На­чиная укорять себя машинально, насильно, мы достига­ем, наконец, столько убеждающего нас и действующего на нас самоукорения, что при помощи его переносим не только обыкновенные скорби, но и величайшие бед­ствия. Искушения уже не имеют такой силы над тем, кто преуспевает, но по мере преуспеяния они становят­ся легче, хотя бы сами по себе были тяжелее. По мере преуспеяния крепнет душа, и получает силу терпеливо переносить случающееся (Поучение 7 о самоукорении). Крепость подается как бы особенно питательною снедью углубившимся в сердце смирением. Эта-то крепость и есть терпение.

Несомненная вера в промысл Божий утверждает в терпении и способствует самоукорению. Не две ли пти­цы ценятся единым ассарием, сказал Господь ученикам Своим, и не едина от них падет на земли, без Отца вашего. Вам же и власи главнии еси изочтены суть. Не убойтеся убо (Мф.10:29,30). Этими словами Спаситель мира изобразил то неусыпное попечение, которое имеет Бог и которое может иметь только один всемогущий и вездесущий Бог о рабах и служителях Своих. Таким попечением Бога о нас мы избавлены от всякого малодушного по­печения и страха о себе, внушаемых нам неверием. Смиримся убо под крепкую руку Божию, да ны вознесет во время, всю печаль нашу возвергше Нань, яко Той печется о нас (Пет.6:6,7). Когда мы подвергаемся скорби, Бог видит это. Это совершается не только по Его попущению, но и по Его всесвятому промышлению о нас. Он попускает нам потомиться за грехи наши во времени, чтоб избавить нас от томления в вечности. Часто случается, что тай­ный и тяжкий грех наш остается неизвестным для че­ловеков, остается без наказания, будучи прикрыт ми­лосердием Божиим; в это же время или по истечении некоторого времени принуждены бываем пострадать сколько-нибудь вследствие клеветы или придирчиво­сти, как бы напрасно и невинно. Совесть наша гово­рит нам, что мы страдаем за тайный грех наш!