Сочинения

Стих 21: С того времени Иисус начал открывать ученикам Своим, что Ему должно идти в Иерусалим и много пострадать от старейшин и первосвященников и книжников, и быть убиту, и в третий день воскреснуть. — Смысл таков: Тогда проповедуйте обо Мне, когда Я претерплю это, потому что бесполезно проповедовать всенародно о Христе и провозвещать народам Того, Которого они впоследствии увидят бичуемым и пригвожденным ко кресту и многое претерпевающим от старейшин и книжников, и первосвященников. — Ныне Иисус так же многое претерпевает от тех, которые снова распинают в себе Сына Божия[889]; и, хотя они считаются старейшинами в церкви и главами священников, они снова распинают Сына Божия, который всецело познается (sentitur) духом, а они руководствуются простой буквой.

Стихи 22–23: И взяв Его, Петр начал противоречить (increpare, запрещать) Ему, говоря: Да не будет с Тобою, Господи[890], этого не будет с Тобою. Он же, обратившись к Петру, сказал: Следуй за Мною, Сатана, ты для Меня соблазн, потому что не разумеешь того, что божественное, а разумеешь то, что человеческое[891]. — Мы много раз говорили, что Петр был одушевлен пламенной и наибольшей любовью к Господу. Поэтому, — после исповедания своего: Ты ecu Христос, Сын Бога Живого и награды от Спасителя: Блажен ты, Симон, сын Ио–нин, потому что не плоть и кровь открыли тебе это, но Отец Мой, сущий на небесах, — когда он внезапно услышал от Господа, что Ему должно идти в Иерусалим и там многое претерпеть от старейшин и книжников, и первосвященников, быть убитым и воскреснуть в третий день, то не хочет (или: хочет) ниспровергнуть свое исповедание; он не допускает и мысли, что Сыну Бо–жию возможно быть убитым, и, движимый своим внутренним желанием, берет Его или отводит в сторону, чтобы не показаться другим соученикам, что он в присутствии их обличает Учителя, и начинает возражать Ему с чувством любви и желания сказать: Господи! Да сохранит Тебя Бог, или, как это лучше передается на греческом языке, ίλεώς σοι, Κύριε, ού μή έσται σοι τούτο, т. е. Будь милосерд к Себе, Господи, да не будет этого с Тобою. Не может этого быть, не может слух мой вынести того, чтобы Сын Божий был убит.

Господь, обратившись к нему, сказал: Отступи назад (Vade retro, или Vade retro me — иди позади Меня), Сатана, ты соблазн для Меня. Слово Сатана значит или: враг, или: противник. Так как ты говоришь противоречащее Моему желанию, то должен называться врагом. Многие думают, что [в настоящем случае] упрек относится не к Петру, а к враждебному духу, который внушал апостолу сказать это. По мне это апостольское заблуждение, происходящее притом из чувства благорасположения, никогда не покажется внушением дьявола. Следуй за Мною, Сатана (Vade retro me). Дьяволу говорится: Отступи назад, Сатана (Vade retro). Петр слышит: Иди позади Меня (Vade retro me)[892], т. е. следуй Моему решению, ибо ты не разумеешь того, что Божие, а то, что человеческое. Чтобы Я умер для спасения людей, это есть произволение Мое и отца Моего (волю Которого Я пришел исполнить[893]), а ты, обращая внимание только на свое желание, не хочешь, чтобы зерно пшеницы пало на землю и принесло многий плод[894]. Благоразумный читатель спросит, почему после обещания стольких благ, — как: Блажен ты, Симон, сын Ионин, и: Ты — Петр, и на сем камне Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее, и: Дам тебе ключи Царства Небесного, и: Что ты свяжешь или разрешишь на земле, будет связано или разрешено на небесах, — теперь Петр слышит: Следуй за Мною, Сатана, ты — соблазн для Меня!

Или: что значит столь внезапное изменение, что, после столь великих наград, он называется Сатаной? Но если тот, кто задает[895] такие вопросы, обратит внимание на то, что вышеуказанное благословение, блаженство и власть Петра и основание на нем Церкви обещано в будущем, то он поймет, что в настоящем это еще не дано. Он говорит: «Воздвигну на тебе Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее» и: Дам тебе ключи Царства Небесного. Все это говорится о будущем; если бы Он дал ему это немедленно, то заблуждение извращенной мысли никоим образом не нашло бы в Петре места для себя.

Стихи 24–26: Тогда Иисус сказал ученикам Своим: если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя и возьми [на себя] крест свой и следуй за Мною. Ибо кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее; а кто потеряет душу свою ради Меня, тот обретет ее. Какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит? — Тот, кто отлагает ветхого человека с делами его[896], отрекается от самого себя, говоря: Уже не я живу, но живет во мне Христос[897]; берет он на себя крест свой и распинается для мира. Но тот, кому мир распят, следует распятому Господу.

Или какой выкуп даст человек за душу свою? — В замену Израиля дается Египет и Эфиопия и Савея[898]. А за душу человеческую есть только та одна отплата, о которой восклицает псалмопевец: Что воздам Господу за все благодеяния Его ко мне? Чашу спасения приму, и имя Господне призову[899].

Стих 27: Ибо приидет Сын Человеческий во славе Отца Своего с Ангелами Своими, и тогда воздаст каждому по делам его. — Петр, соблазнившийся при предсказании смерти Господа, был остановлен запрещением Господа; а ученики призваны к тому, чтобы отречься от себя и взять крест свой и последовать Учителю с духом умирающих [для мира]. Ужас слушающих был велик и мог заронить страх в других после того, как первый из апостолов (priceps apostolorum) подвергся действию страха; поэтому после печальных слов следуют радостные и Он говорит: приидет Сын Человеческий во славе Отца Своего с ангелами Своими. Если ты боишься смерти, то слушай о славе торжествующего, если опасаешься креста, то внимай служению ангельскому. И тогда, — говорит Он, — воздаст каждому по делам его[900]. Нет различия между иудеем и язычником, между мужчиной и женщиной, между бедным и богатым там, где принимаются во внимание не лица, а деяния.

Стих 28: Истинно говорю вам: есть некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят смерти, как уже увидят Сына Человеческого, грядущего в Царствии Своем. — Ужас апостолов Он хотел исцелить надеждой на обетования, говоря так: Приидет Сын Человеческий во славе Отца Своего с Ангелами Своими. Сверх того, с властью Судии присоединены слова: И тогда воздаст каждому по делам его. Невысказанная мысль апостолов могла заключать в себе также соблазн такого рода: «Ты теперь говоришь, что должна последовать смерть; а то, что Ты обещаешь придти в славе Отца Своего в сослужении ангелов и с властью судии, это отлагается на отдаленный день и срок». Поэтому Он как ведающий[901] тайное, предвидя то, что они могли возразить Ему, успокаивает настоящий страх их и наградою теперь же, потому что слова Его: Есть же некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят смерти, как уже увидят Сына Человеческого, грядущего в Царствии Своем, имеют тот смысл, что ради неверия нашего Он в настоящее время покажется таковым, каковым Он впоследствии должен[902] придти.

Глава XVII. — Стих 1: По прошествии дней шести, взял Иисус Петра, Иакова и Иоанна, брата Его, и возвел их на гору высокую одних (seorsum = отдельно от других). — Мы уже неоднократно говорили, почему Петр, Иаков и Иоанн в некоторых евангельских местах отделяются от прочих [учеников] или какое преимущество имеют они перед другими. Теперь спрашивается, каким образом Он взял их и повел отдельно от других на высокую гору спустя шесть дней, когда евангелист Лука[903] указывает восьмидневный промежуток? Но ответ не представляет затруднений, потому что здесь указываются только средние [целые] дни, а там [у Луки] к ним присоединяется и первый, и последний, потому что не говорится: «Спустя восемь дней взял Иисус Петра и Иакова и Иоанна», а: в день восьмой[904]. Возвести учеников в горнее относится к царствованию (pars regni est). Возводятся они отдельно от других, потому что много есть званных, но мало избранных[905].

Стих 2: И преобразился пред ними. — Он явился апостолам таким, каким будет[906] во время суда. А слова евангелиста: Преобразился пред ними пусть никто не понимает[907] в том смысле, что Он утратил прежний вид и лицо или утратил действительное тело (veritatem corporis) и принял тело или духовное, или воздушное; а как Он преобразился, это показывает евангелист, говоря:

И просияло лице Его, как солнце, одежды же Его сделались белыми, как свет. — Там, где делается указание на сияние лица, и описывается блеск одежды, не уничтожается сущность, а только изменяется внешнее прославление. Просияло лице Его, как солнце. Несомненно, что Господь преобразился в тот славный вид (еа gloria), в котором впоследствии Он придет[908] в Царстве Своем. Преображение присоединило сияние, но не устранило Его лица. Но предположим [esto], что тело Его сделалось духовным, разве одежды Его изменились, когда они стали светлыми настолько, что, — как у другого евангелиста говорится, — так на земле белильщих не может выбелить[909]. Но то, что на земле может сделать белилыцик пряжи, телесно и подлежит осязанию, а не духовно и воздушно, — что только вводит в заблуждение глаз и созерцается только в видении.