Страница 38 из 138
Как на источник происхождения страстей святоотеческая литература указывает на темную силу. Прп. Иоанн (сподвижник прп. Варсонофия Великого), говорит, что «страсти суть демоны». А о. Иоанн С. так характеризует силу влияния на человека страстей:
«Страсть горяча, смутна, необдуманна, зла, стремительна».
Схиархимандрит Софроний дает такое определение страстей:
«Подпадая демоническому влиянию, человек претерпевает поражение своей богоподобной свободы и отпадает от Божественной жизни. Такое состояние как страдательное в аскетике именуется "страсть". В этом наименовании выражена, с одной стороны, идея страдания в смысле пассивности и рабства, с другой — идея страдания в смысле разрушения и смерти…
Когда какой-либо страстный помысел или образ утвердится в душе, тогда человек становится в той или иной мере одержимым. Страсти суть "одержимости" различной степени напряжения и силы».
Итак, страсти есть болезни, язвы души демонического происхождения, которые при сильном развитии их ведут душу к духовной смерти. В состоянии страсти человек находится как бы в состоянии душевного опьянения.
Св. отцы называют восемь главных страстей: чревоугодие, блуд, печаль, уныние, сребролюбие, тщеславие, гордость и гнев. Некоторые из этих основываются на извращении потребностей тела. Сюда относятся страсти чревоугодия и блуда. Другие страсти проникают через мысли и ум и основываются на маловерии души. Сюда относятся печаль и уныние. Страсти печали и уныния имеют много общего, но между ними есть и различие.
Печаль противоположна радости и характеризуется затаенным недовольством души чем-либо из происшедшего и существующего, отсутствием живого чувства веры в Промысл и в неизменную благодать Божию.
Ангел-«пастырь» так говорил Ерму о действии печали:
«Мирская печаль оскорбляет Духа Святого, помрачает разум и препятствует исполнению молитвы, ибо печальная молитва не восходит к престолу Божию».
Однако бывает и спасительная печаль. Такая печаль бывает тогда, когда человек согрешил и скорбит о сделанном грехе. Побитому ап. Павел пишет: «Печаль ради Бога производит покаяние… печаль мирская производит смерть» (2 Кор. 7, 10).
Уныние противоположно бодрости, или трезвению и характеризуется бездеятельностью, инертностью человека в силу подавленного состояния духа.
Может быть, не всем ясно, почему такое состояние души, как печаль и уныние, св. отцы называют «страстями». И разве печаль и уныние так же страшны для человека, как другие страсти?
В ответ мы приводим мнение о том старца Зосимы из Троице-Сергиевой Лавры, который говорил, что «мы должны быть бодры и очень оскорбляем волю Господню, когда от горестей, постигающих нас, впадаем в уныние, ропот, отчаяние, безмерную печаль, окаменелое нечувствие. Эти страсти — преддверие геенны огненной. Душа, унывая, уже вся горит в огне, хуже геенского, нет в ней больше никакого чувства, кроме одного острого, больного, все убивающего, все сжигающего.
Ни в каком случае и ни при каких обстоятельствах не унывайте. Уныние — это палач, который убивает энергию, необходимую для получения в сердце Духа Святого. Унылый теряет молитву и умирает для подвига».
Вот почему прп. Серафим Саровский дивеевским сестрам велел больше всего бояться уныния и от него бегать, как от огня. Он говорил: «Нет ничего пагубнее духа уныния!» Чтобы избегать его, он даже велел сестрам всегда быть не только сытыми и кушать вволю, но и на труды брать с собою хлеба.
Сребролюбием называется страсть, основанная на склонности сердца к материальным благам и ценностям. Может быть, некоторым пристрастие к материальным благам может казаться чем-то незначительным. Но это не так. Как пишет о. Александр Ельчанинов:
«Сребролюбие, казалось бы, грех второстепенный; на самом деле это грех чрезвычайной важности — в нем одновременно фактически отвержение веры в Бога и любви к людям и пристрастие к низшим стихиям. Оно порождает зло-бу, окаменение, многозаботливость. Преодоление его есть частичное преодоление всех этих видов греха».
Это находится в полном соответствии со словами ап. Павла, который пишет: «Корень всех зол есть сребролюбие» (1 Тим. 6, 10).
Самою губительною и ненавистною для Бога страстью является гордость — возведение себя самого в кумиры, почитание себя выше других, обольщение собою, своими достоинствами, способностями, умом и т. п.
«Нет никакой другой страсти, — пишет св. Иоанн Кассиан, — которая бы так истребляла все добродетели, как злая гордость. Она, как всеобъемлющая некая зараза, не довольствуется расслаблением одного какого-нибудь члена или одной части, но все тело повреждает смертельным расстройством.
Всякая другая страсть довольствуется своими пределами и своей целью, и хотя тревожит и другие добродетели, однако же против одной главным образом направляется.
Так что иногда преданный одной какой-либо страсти (например чревоугодию и др.) не совсем бывает чужд других добродетелей, а эта (гордость), коль скоро овладевает бедной душой, то, как какой-нибудь свирепый тиран по взятии самой верхней крепости (добродетели) весь их город до основания разоряет».
С гордостью связана и страсть тщеславия. Об этих страстях и их значении будет говориться еще особо (в части 3, главе 27).
Гнев — это «пожар души», по выражению св. отцов.
По словам о. Иоанна С, «гнев есть страшное, противоестественное явление в человеке» и является внезапным и резким обострением недовольства души кем-либо.
Гнев основывается на острой неприязни, гордости, самолюбии, а также маловерии или неверии души; душа не сознает во время приступа гнева, что во всем происшедшем надо видеть волю Господню, всегда благую и совершенную.
Как пишет еп. Феофан Затворник:
«Гневливость проявляется, когда ты считаешь себя выше других; считай себя меньше и ты избежишь этого.
В борьбе с гневом хорошо: 1) молчать, 2) удаляться от возбуждающего гнев; 3) просить прощения; 4) внутренне взывать к Господу об умиротворении сердца».
Бывают, однако, случаи и безгрешного гнева.
Господь сказал: «Всякий, гневающийся на брата своего напрасно, подлежит суду» (Мф. 5, 22).
Какой же бывает не напрасный гнев?
На это св. Пимен Великий дает такое разъяснение:
«Напрасным признается гнев за всякую обиду, какою бы ни обидел тебя брат твой; даже если бы он выколол у тебя правый глаз или отсек у тебя правую руку и ты на него прогневался, то прогневался бы напрасно. На того имеешь право разгневаться, кто хочет отлучить тебя от Бога».
Начальная стадия гнева — это раздражение, которым мы часто страдаем и на которое так мало обращаем внимания. Мы очень склонны легко извинить его усталостью, утомлением нервной системы, болезненностью и т. п.
Однако оно не простительно ни при каких обстоятельствах. Оно свидетельствует о том, что мы в это время находимся во власти темной силы и грешим тяжким грехом против любви к ближнему.
Здесь вместе с тем страсть начального гнева объединяется с гордостью; мы во всем оправдываем себя и своими резкими словами и осуждением заражаем часто и душу ближнего душевными пороками раздражения, осуждения, неприязни, самооправдания и превозношения.
Когда мы чувствуем себя больными, мы стараемся узнать у врача характер нашего заболевания и просим вылечить нас. Но как мы мало интересуемся тем, чем мы больны духовно!
А ведь так важно знать полный диагноз наших душевных болезней, знать, какие страсти преимущественно владеют нами. И узнав главнейшую из наших душевных болезней, нам надо начать лечиться, обращая вначале особое внимание на господствующую страсть.
Как победить в себе страсти?
Как пишет еп. Игнатий (Брянчанинов):
«Каждое сопротивление, оказанное требованию страсти, ослабляет ее; постоянное сопротивление низлагает ее. Каждое увлечение страстью усиливает ее, постоянное увлечение страстью порабощает страсти увлекающегося ею».
Наиболее же совершенно страсти побеждаются при развитии противоположных страстям добродетелей и очищении сердца путем усиленных молитв и духовных подвигов.
Так, если разовьется смирение, то угаснут гордость и тщеславие. Если расцветет кротость, то не будет места раздражению и гневу; если в душе будет господствовать радость, то не будет места печали и т. д.
Развитие же добродетелей произойдет путем достижения единой цели христианина — стяжания им Духа Святого Божия. Но это дается не сразу. Исцеление от страстей также требует многолетней борьбы.
«Мне потребовалось 15 лет, чтобы победить гнев», — свидетельствовал один из великих подвижников. А прп. Серафим говорил: «Добродетель не груша, ее сразу не съешь».