Страница 6 из 9
Избавившись от внутреннего бедствия со стороны Привата, Церковь Карфагенская подверглась всей тяжести внешних зол. Ужасная язва опустошала города и села. Чувство человеколюбия, как обыкновенно бывает среди общественных бедствий, притупилось: живые равнодушно взирали на умирающих; непогребенные трупы наполняли дома, улицы и площади; не надеясь сохранить жизни, не думали о тех, кои соделались жертвой смерти. Язычники, почитая сие бедствие наказанием за презрение, оказываемое христианами богам, воздвигли на них жестокое гонение. Казалось, что небо и земля устремились на разрушение Церкви.
Киприан, подобно Ангелу Хранителю, явился среди позорища смерти. Будучи вознесен над страхом ее, он старался и в других возбуждать презрение к ней, но презрение не бесчувственное, а соединенное с делами любви и милосердия. В этом намерении он написал два трактата: "О смертности" и "О милостыне". Смерть обнажала суету и ничтожество благ земных; Киприан указывал в милосердии способ придать им цену. "Прежде, — говорил он, — одни богатые обладали возможностью оказывать благодеяния, теперь сие сделалось равно возможным и для бедных. Требуются не деньги, а усердие, ибо предметом благодеяния сделались не живые, а умирающие, которые имеют нужду только в сострадании и призрении, или мертвые, для коих потребна одна могила. Вот случай, — восклицал Киприан, — показать христианам свое истинное достоинство перед язычниками. Прострите руку помощи к тем, над коими тяготеет рука смерти. Не смотрите на лица страждущих, они все ваши братия, дети единого Отца Небесного. Пусть язычники узнают, что самая смерть не может угасить в христианине любви ко врагам" (Трактат о смертности и милостыне).
Что касается до клеветы язычников, якобы язва и другие бедствия, удручавшие Римскую империю, были казнью за оставление христианами богов, то святой Киприан для отражения ее написал целую книгу. Деметриан, к коему она надписана, по мнению некоторых, был тогдашним проконсулом Африки. Весьма вероятно. Ибо если святой Киприан решился торжественно обличить заблуждения язычников касательно источника общественных бедствий, то всего приличнее было обратить сие обличение к главе африканского язычества (письмо к Деметриану). Несмотря на сие, карфагенская чернь в продолжение гонения, по обыкновению своему, неоднократно требовала Киприана на сражение со львами, но час его, назначенный Промыслом, еще не пришел; он пережил и сие гонение, которое вскоре прекратилось.
Преемник Корнелия в Римском епископстве был Луций, который вскоре по своем избрании удостоился чести исповедать имя Христово. Святой Киприан, услышав о сем, поздравил его посланием с сугубой честью епископа и исповедника (письмо к Луцию).
В начале следующего, 253 года, варвары, напав на нумидийские области, пленили великое число христиан. Киприан писал к нумидийским епископам о выкупе их, и, когда они извинялись недостатком своих имуществ, открыл для сего в своей Церкви подписку. Народ, побуждаемый примером епископа, делал великие пожертвования, которые немедленно отправлены были в Нумидию (письмо к нумидийскому епископу).
Вскоре за сим писал Киприан к Цецилию о Таинстве Евхаристии. Поводом к сему было погрешительное обыкновение некоторых пресвитеров, и даже епископов, употреблять при священнодействии, вместо вина с водой, одну воду. Обыкновение сие извиняли примером некоего в древности епископа и тесными обстоятельствами Церкви. Киприан доказал, что пример епископа, употребившего одну воду или по незнанию, или по простоте, недействителен, и что кровь и вода, истекшие из ребра Спасителя, во время страданий, самым временем истечения своего показали, что гонения не должны разлучать их (письмо к Цецилию).
С возвращением мира Церкви при конце 253 года в Карфагене снова составился Собор под председательством Киприана, вероятно, для приведения в порядок дел церковных, расстроенных гонением. На нем разрешены были некоторые вопросы касательно крещения младенцев. Желание епископов и пресвитеров, лишенных своего звания за непостоянство во время гонения, возвратить себе прежние степени, объявлено незаконным (Деян. собор. писан. св. Киприана).
Начало следующего, 254 года, для Киприана было весьма неприятно. Он получил оскорбительное письмо от некоторого епископа Пупиана, прославившегося в Дакиево гонение исповеданием Христа. В нем обнаруживалось, что Пупиан до сего времени не может уверить себя, чтобы Киприан достоин был епископства; что он почитал и почитает нечистыми всех тех, кои повинуются Киприану, и что Киприан, по его мнению, есть главная вина всех несогласий, раздирающих Церковь. Нетрудно было угадать, каким духом внушены были сии клеветы Пупиану, обольщенному сообщниками Новациана. Киприан, предвидя всю опадаость для Церкви, если самые епископы будут столь легкомысленны и дерзки, как Пупиан, как бы забыл на время свою умеренность и возгремел против него со всей силой словес Божиих. Послание, отправленное к нему по сему случаю, весьма примечательно по многим отношениям. Вот оно.
«Фасций Киприан брату Флоренцию Пупиану здравия желает.
Я полагал, что ты, любезный брат, давно переменил мысль и раскаялся в том, что внимал тяжким клеветам на меня. Но из письма твоего вижу, что ты совершенно таков же, как и был, веришь со всем легкомыслием тому же, чему и прежде верил, и как будто опасаясь затмить славу своего мученичества сообщением со мною, прилежно вникаешь в мое поведение; презрев суд Божий, желаешь поставить самого себя судиею не только надо мною (ибо что за слава быть моим судьей?), но и над Самим Иисусом Христом, дарующим Своей Церкви епископов и пресвитеров. Так поступать, значит не верить Самому Богу, значит противиться Иисусу Христу и Его евангелию. Он сказал: "Не два ли воробья продаются за один ассарий, и ни один из них не упадет без воли Отца Небесного" (Мф.10; 29). Ты, напротив, думаешь, что самые священники поставляются в Церкви без воли Божией. Ибо почитать недостойными и нечистыми тех, кои возводятся на сию степень, что другое значит, как не верить, что священники в Церкви поставляются без воли Божией?.. Но ты лучше согласился слепо следовать внушениям безумных врагов Церкви, нежели верить определению божественного Промысла и свидетельству моей совести, как будто бы у врагов Церкви, лишенных Духа Божия, можно было найти что-либо, коме развращения сердца, лживого языка, ядовитой ненависти и святотатственных обманов!
Пишешь, что пресвитерам должно быть смиренными, из подражания смирению Господа и Его апостолов. Но смирение мое известно всем, не только братиям, но и язычникам. Ты сам уважал и любил меня за смирение, доколе не отделился от Церкви и от меня. Кто из нас далее от смирения, я ли, служащий ежедневно братиям и с радостию принимающий и упокоивающий всех, приходящих к нашей Церкви; или ты, поставляющий себя епископом епископов и судиею судей?.. Когда святому Павлу было сказано: "Как ты злословишь первосвященника Божия?", то он извинялся неведением и не говорил более ничего обидного для первосвященника, хотя имел право многое сказать против того, кто осудил на распятие Господа славы. Он почтил в сем случае, так сказать, тень первосвященства. А ты поступаешь напротив. Если ты не верил моему епископству до гонения, то должен был поверить оному после гонения. Ибо то же самое гонение, которое вознесло тебя на степень мученичества, меня подвергло лишению имущества. Всенародно было читано: "Если кто имеет что-либо принадлежащее Цецилию Киприану, христианскому епископу" и прочее, как будто для того, чтобы те, кои не верили Богу, поставившему епископа, поверили диаволу, изгоняющему оного.
С великой горестью и не для хвалы упоминаю о сем, видя, что ты поставляешь себя судиею Самого Иисуса Христа, Который о апостолах и их наместниках, епископах, сказал: "Кто вас слушает, тот слушает Меня, а кто отвергает вас, тот отвергает Меня" (Лк. 10; 16). Отсюда-то произошли и происходят все ереси и расколы, что епископ, который один должен распоряжать Церковью, по причине буйной гордости некоторых, подвергается презрению, и удостоенный божественного избрания, почитается недостойным человеческого одобрения. Рассуди сам, куда заводит тебя гордость. Из твоих слов выходит, что в продолжение шести лет ни братство не имело епископа, ни народ вождя, ни Церковь правителя, ни Иисус Христос строителя тайн Его. Куда же смотрел Пупиан? Для чего давно не произнес суда на нас, дабы толикое число верных, скончавшихся в продолжение моего епископства, не отошли без надежды, мира и спасения, и дабы остающиеся в живых не оставались без даров Духа Святаго, коего я не мог им сообщить. Удостой, удостой благосклонного подтверждения твоей властью мое епископство; окажи Иисусу Христу благодеяние; дай алтарю и народу предстоятеля...