Страница 12 из 20
Но надлежало же, рано или поздно, сойти наконец сему венцу на главу Честнейшей Херувимов и Серафимов, - и он сошел - во время Ее Успения. Но жизнь, исполненная таинств, не осталась и здесь без тайны. Что было бы удивительного, если бы Матерь Сына Божия взята была на небо, не испытав смерти? Даже не требовало ли сего некоторым образом самое приличие, когда сего высокого жребия удостоились уже Енох и Илия? Но Марии суждено другое. Как бы в отраду и успокоение всем нам, имеющим проходить вратами смерти, и Матерь Божия умирает; и таким образом разделяет долг природы со всеми земнородными. Но яко Матерь Сына Божия, Того, Кто сказал о Себе: Аз есмъ воскрешение и живот, веруяй в Мя аще и умрет, оживет (Ин. 11; 25), Мария, подобно Божественному Сыну Ее, не удерживается узами смерти; тело Ее и во гробе не видит нетления, и, по прошествии трех дней, взимается, одушевленное, со славою на небо. С сих пор завесы все отняты; одушевленная Скиния Божия является во всей лепоте; святейший Кивот Нового Завета поставлен на свое место; Честнейшая Херувимов вознесена превыше всех небес; и вся вселенная начинает ублажать Ту, Которая соделалась источником благословений для всего рода человеческого.
Созерцая таковые тайны (а мы указали только самые главные) в жизни Преблагословенной Девы, кто не воскликнет ныне к Ней радостно вместе с Церковью: "Дивны Твоя тайны, Богородице!" Дивны в Твоем благодатном зачатии и рождении, дивны в Твоем чудном введении во храм, и еще более чудесном вхождении во Святая святых; дивны в беспримерном обручении святого Иосифа и ношении имени жены, без познания мужа; дивны в безсеменном зачатии и рождении от Духа Святаго Предвечного Сына Божия; дивны в непрестанных, по примеру Сына и Бога, страданиях и перенесении многих различных крестов и искушений; дивны в таинственном усыновлении Иоанну, и отвержении всей земной славы; дивны, наконец, в самом Успении и взятии потом Пречистого Тела со славою на небо!
Но, братие мои, удивляясь благоговейно святым тайнам Промысла Божия в жизни Преблагословенной Девы и святолепно ублажая в настоящий день созерцанием их память Успения Ее, не забудем при сем, что и наша жизнь не без таинств, что сии тайны нашей жизни подобны тайнам в жизни Богоматери, как образца всех наших жизней; особенно же не забудем того, что некоторые из тайн нашей жизни совершаются над нами без нас, а некоторые, и притом самые важные, от коих зависит наша вечная судьба, непременно требуют нашего участия, и по недостатку его, не совершившись над нами, могут подвергнуть нас страшному осуждению.
Какие тайны Промысла Божия совершаются над нами без нас и нашего участия? Это преимущественно две тайны - нашего входа в мир сей и нашего исхода из оного, то есть тайна нашего рождения и смерти. Кто мог определить свое происхождение на свет? Никто. Кто может определить и свою кончину? Также никто. То и другое в руках Божиих; и поелику в руках Божиих, то мы можем быть спокойны касательно сих тайн нашей жизни, твердо веруя, что всемогущество и премудрость Божия сделали и сделают, если мы предадим себя в волю Божию, за нас и для нас все, что нужно и полезно нам, сделают так благоуспешно, как мы сами по себе никогда бы не сделали.
Но другие тайны, и притом, как я сказал, самые важные, хотя непременно должны совершиться над нами в продолжение нашей жизни для нашего вечного счастья, но не могут совершиться в нас без нас, без нашего произволения и содействия. Это тайна благодатного вселения в нас Господа Иисуса, и тайна нашего сораспятия Ему в духе и истине. Ибо для чего Сын Божий оставил небо и, вселившись в утробу Преблагословенныя Девы, явился Человеком, подобным нам? Для того, чтобы, совершив дело искупления нашего, освободив нас Своею смертью от греха и проклятия, вселиться потом в каждого из верующих во имя Его Своею благодатью, вселиться для того, чтобы мы составляли с Ним един дух и как бы едино лицо. Без сего таинственного вселения Его в нас и нашего соединения с Ним тайна спасения нашего не может совершиться в нас, и мы, несмотря на все наше участие в вере христианской и самых Таинствах ее, явимся некогда чуждыми Христа и Царствия Небесного, Им для нас приобретенного. Но тайна соединения нашего со Спасителем нашим не может совершиться без предварительного очищения греховной и нечистой природы нашей, без умертвил нашего греху и чувственности, без самоотвержения растленной самолюбием и страстями воли нашей, кратко, без сораспятия Ему в духе и сердце нашем. Кто же может сделать все сие в нас без нас? Явно никто.
Если мы не решимся умереть греху, дабы ожить со Христом новою благодатною жизнью, то останемся живы для мира, но мертвы для Бога; если останемся мертвы для Бога и жизни праведной, то Спаситель наш, яко Святейший святых, не вселится в нас, нечистых и нераскаянных, и не соделается в нас началом и источником жизни вечной; а без сего мы, служа миру, работая всю жизнь нашу плоти, умрем во грехах и будем отвержены от лица Божия.
Посему, видя как сии великие тайны совершились над Самою Матерью Божией, как Она чистотою жизни и смирением достигла благодати быть вместилищем Сына Божия по плоти, как потом питала и сохранила сию благодать подвигами чистой любви и самоотвержения, - обратим внимание на свою жизнь и действия, дабы видеть, есть ли в нас хотя начало сих тайн, стараемся ли мы о благодатном приближении нашем в духе к Спасителю нашему, о таинственном соединении с Ним - всем существом своим, а для сего очищаем ли себя постепенно от всякой скверны плоти и духа, заключаем ли более и более волю нашу в Его пресвятой воле, любим ли Крест Его и переносим ли благодушно искушения, посылаемые Им на нас для нашего очищения и для привлечения нас к Нему. Благо тому, кто давно знаком с сими великими и святыми тайнами и видит их совершение над собою! Таковому остается только подвизаться и пребыть верным до конца. Благо и тому, кто хотя поздно познал важность сих тайн для себя, но, познав, не замедлил употребить все, чтобы они начали совершаться и над ним! Но что будет с тем, кто вовсе не мыслит о своем спасении и своем Спасителе? Наступит и для него время последнего таинства в жизни, время смерти; но как ужасна будет сия тайна для него и сама по себе, а еще более по своим последствиям? Ибо если и смерть грешника, по свидетельству слова Божия, люта, то безсмертие грешников еще лютее и ужаснее. Аминь.
Слово на день Успения Пресвятой Богородицы
Сколько смертей у человека? Одна, говорят обыкновенно, коей никому не миновать. Точно, у человека - одна смерть телесная, коей нельзя миновать, но есть другие две смерти, коих миновать можно и должно. Поелику сии обе смерти зависят от нас, и, избегнутые, ставят человека в состояние самое блаженное, а неизбегнутые, делают его злополучным на всю вечность, то, казалось бы, нам ни о чем так не должно часто думать, ни о чем так не заботиться, как об избежании сих смертей. Но вот наша заботливость! Многие не знают даже о существовании их!
Что это за смерти?
Первая из этих смертей есть смерть духовная, состоящая в умертвении души для жизни в Боге. Ее производит грех и беззаконие. Каждый грех есть болезнь души, рана сердца. Но если сии недуги, эти раны умножатся, растравятся, то наконец следует смерть души; она делается мертвою для Бога, для вечности, для добродетели, для закона. Такой человек, подобно мертвому, имеет очи ума, но не видит света Божия, имеет слух, но не внемлет ни воплю бедности, ни гласу справедливости; имеет руки, но не простирает их на совершение дел добрых; имеет ноги, но не может сделать ни одного шага на пути покаяния и исправления.
И наше око видит иногда сию внутреннюю смерть, видит, в каком положении душа. Говорим: "это бездушный человек"; "у него нет совести", "он без сердца". Но все наши выражения далеко не выражают дела. Нет, это мертвец духовный. Внутри такого человека, как во гробе, смерть и тление, тление помыслов, пожеланий, похотей! И может быть, если бы мы могли увидеть душу, в ее внутреннем виде, то с ужасом побежали бы от нее, как побежали бы от мертвеца в ночи.
Отчего же сам такой человек не чувствует своего жалкого положения? Оттого, что он потерял самое духовное чувство. Это-то и служит признаком духовной смерти, ибо мертвец бесчувствен.