Страница 3 из 5
Слово давно готов означает предведение Божие. Ибо Бог по предведению как добрым приготовил блага, так и злым свойственное им место. Ибо суд давно готов. Не без причины начинает апостол с верующих, более почтенных, но желает показать, что они за свои грехи повинны большему осуждению. Они имеют то преимущество, что первые призваны к апостольству. Посему и за совращение с правого пути подвергнутся большему осуждению. С намерением представив доказательство в примерах, не вывел следствия одного вида, но соединил вместе пример и воздаяния праведникам. И ему нужно было бы сделать заключение о том, что выше предложено, то есть о грешниках, из-за которых и представлен пример, и сказать: если тех не пощадил, то ужели пощадит настоящих нечестивцев? или утвердительно: тем более не пощадит этих. Но апостол не так делает. Почему? Потому, что заключение само открывается, когда предложены два примера, добра и зла. Что идет к одному только злу, то не относится еще к добру. Ибо за добро не воздается злом. Итак, поскольку не достаточно было одним заключением закончить предложение, то он употребил иное выражение, и восклицанием закончил нужное. Для чего же к примерам худых людей он присовокупляет примеры добрых? Об этом скажем в соответстующем месте.
Как мы выше сказали, по форме ясной речи не вытекает мысль из предложений, ибо не прибавлено заключения, какое обыкновенно следует за подобным словосочинением, но просто доказывается примером, что за грехи бывает наказание, а за правду награда. Апостол как бы так говорит: Бог умеет неизбежно наказывать без пощады живущих во грехах, как наказал ангелов согрешивших, людей предпотопных, города содомские. Умеет награждать и делающих правду, как наградил Ноя, Лота. Ход речи такой: сказано, что лжеучители наказаны будут за хуления свои и за развратную жизнь; представляются примеры: Бог не пощадил ангелов согрешивших, не пощадил и первого мира. Потом упоминаются подвизавшиеся в правде, и говорится, что Бог и Ноя, и Лота за их целомудрие сохранил от погибели современных им людей. Ибо Ной не увлекся нечестием людей предпотопных, и Лот нимало не подражал разврату жителей содомских, а когда они требовали на нечистоту Ангелов, принятых им в виде людей как странников, он не выдал Их, хотя и вытерпел весьма много обидного от наступавшей на него толпы. На это и указывается словом утомленного (ст. 7). О Лоте же говорится и это: знает Господь, как избавлять благочестивых от искушения, и проч. Выше апостол ничего не говорил о праведниках; он говорил только о нечестивцах и о наказании их, а о праведниках упомянул в примерах.
Это для того, во-первых, чтобы воспомянуть историю и погибели нечестивых и спасения праведных; во-вторых, для того, чтобы чрез сопоставление их выставить ужасную злобу грешников и светлые совершенства добродетельных; наконец, для того, чтобы убедить своих слушателей возненавидеть нечестие одних по причине наказаний за оное и возлюбить добродетель других по причине ее спасительности.
А наипаче тех, которые идут вслед скверных похотей плоти, презирают начальства, дерзки, своевольны и, не страшатся злословить высших.
Теперь от вышеприведенных примеров апостол искусно перешел к главному предмету. Он говорит о проклятых николаитах, наасянах и кердониянах; ибо злоба их многоименна и рассматривается слитно, как сходная по скверным делам и именам. Они представляли начатками бытия мира Бездну и Молчание и некоторые из этих начатков странно называли матерями и веками (αίώνας); отсюда же и Маркион взял дурные семена. Затем, отвергнув участие Господа в творении мира и промышлении, они бесстрашно вдались во всякую плотскую нечистоту. Кто желает полнее узнать об этом, тот пусть возьмет в руки книгу Иринея Кельтского, составленную о них и надписанную "Против лжеименного знания"; в ней описаны грехи их, особенно развратнейшего Марка и растленных им женщин, и прочие гнусности, совершенные прочими, которых, по их зловредности, никто не сможет изложить письменно, ни вспомянуть. Неудивительно, что те, которые презирают и не боятся господства, бесстрашно поведут себя и пред всякой славой. Яснее скажет об этом святой апостол Иуда Фаддей, когда упомянет и о теле Моисеевом. А Петр только намекнул на это, коснулся и кончил речь. Но получив от него повод, мы говорим и о предлежащем.
Тогда как и Ангелы, превосходя их крепостью и силою, не произносят на них пред Господом укоризненного суда.
Желая удержать их от такой дерзости, говорит: тогда как и ангелы, превосходя их крепостью и силой, не произносят на них пред Господом укоризненного суда. Апостол, как мы заметили, говорит одно и то же с апостолом Иудой; ибо и он, удерживая дерзких на язык, убеждает их этим же самым примером. Впрочем, он говорит обширнее: Михаил Архангел не смел произнести укоризненного суда (Иуд. 1, 9). Подобное хочет сказать теперь и Петр, что эти злобесные не имеют никакой пощады в хуле на славы, тогда как и ангелы, превосходящие этих скверных силой и крепостью, не произносят против них, то есть начальства, укоризненного суда пред Господом. А как диавол причастен некоторой славы, потому что он начаток творения Господня (Иов. 40, 14), то Архангел не произнес на него укоризненного слова. Если же более достойный хулы, то есть диавол, как причастный славе, не получил от Михаила хулы пред Господом; то весьма неразумны те, которые поспешно хулят начальства, тогда как сами гораздо ниже достоинства ангелов. Под начальствами разумеет божественные силы, или и церковные начальства, против которых они восстают и которые они непрестанно злословят.
Они, как бессловесные животные, водимые природою, рожденные на уловление и истребление, злословя то, чего не понимают, в растлении своем истребятся. Они получат возмездие за беззаконие, ибо они полагают удовольствие во вседневной роскоши.
Некоторые объясняли это так: они истребятся в растлении своем, как бессловесные животные, родившиеся естественно, то есть нисколько не различаясь от скотов, которые рождаются на одно истребление. Как бессловесные животные водимые природою, то есть живущие одной только чувственностью, а не умом и жизнью разумной. Посему они и удоболовимы для ведения по жизни растленной, водятся и увлекаются гневом и похотью, злословят то, чего не знают, то есть со свойственным им незнанием, почему и истребятся в заслуженном ими растлении, получая возмездие за беззаконие, которое они сами приготовили себе добровольно. Полагают удовольствие во вседневной роскоши, то есть в каждодневном услаждении горла полагают истинную цель, истинное и любимое благоразумие и удовольствие. Однако должно знать, что Священное Писание, когда порицает то, что находится в людях по естеству, то есть что присуще животным, уподобляет их бессловесным. Оно говорит, например: человек, который в чести и неразумен, подобен животным, которые погибают (Пс. 48, 13); а также: не будьте, как конь и лошак (Пс. 31, 9); еще: это - откормленные кони (Иер. 5, 8); и еще: будьте мудры, как змии, и просты, как голуби (Мф. 10, 16). Писание говорит это, не переменяя природы, а только убеждая удерживаться от природных наклонностей.
Когда возвещает оно что-нибудь спасительное, то подобие заимствует от высшего, например: будьте милосерды, как и Отец ваш милосерд (Лк. 6, 36). И здесь не претворяет природу, а только повелевает делать это, насколько станет силы.
Срамники и осквернители, они наслаждаются обманами своими, пиршествуя с вами. Глаза у них исполнены любострастия и непрестанного греха; они прельщают неутвержденные души; сердце их приучено к любостяжанию: это сыны проклятия. Оставив прямой путь, они заблудились, идя по следам Валаама, сына Восорова, который возлюбил мзду неправедную, но был обличен в своем беззаконии: бессловесная ослица, проговорив человеческим голосом, остановила безумие пророка.
Порядок такой: срамники и осквернители; сердце их приучено к любостяжанию, то есть искусные в любостяжании; сыны проклятия; пирующие вместе с вами; имеющие глаза, исполненные любострастия и непрестанного греха; они прельщают неутвержденные души, которые и Павел назвал женщинами, утопающими во грехах (2 Тим. 3, 6); они, оставив прямой путь, пошли путем Валаама, сына Восорова, и прочее; голоса их суть безводные источники, облака, гонимые бурею, и прочее. А за что предлежит им в будущем веке мрак? За чрезмерную их суетность, по которой они нечистотами и плотскими похотями прельщают бывших прежде в заблуждении и искренно оставивших его возвратиться, как пес, на свою блевотину. Что вставлено, то объясняет и подтверждает их суетность. Смысл же такой: они, говорит, не имеют ничего, свойственного чистоте, но пристают к чистому, обществу, как пятна на чистой одежде. Когда обольстят кого-нибудь и успеют сделать попавшихся в их сети мужей и жен нечистыми, почитают это дело наслаждением, дополняя свое развращение. Они, и пиршествуя с вами, делают это не по любви и общению с другими, но потому, что находят это время удобным для обольщения женщин. Ибо они, имея глаза, смотрят не на что иное, как на любострастие, и непрестанно имея это в виду и греша, как сыны проклятия, прельщают неутвержденные души.